Страница 48 из 95
Итак, к середине XII в. на Северо-Западе складываетсяновгородский город-государство. Проследим за развитием этогогосударственного организма во второй половине XII — началеXIII вв.
Сразу можно сказать, что это развитие характеризуется дальнейшейдемократизацией всей социально-политической системы Новгорода.Изгнание и призвание князей становится теперь обычным модусомотношения к княжеской власти. Нет необходимости рассматривать всеслучаи приглашений и изгнаний князей новгородцами. Хорошо известно,что в Новгороде XII–XIII вв. князья менялись 58 раз. Сменакнязей здесь происходила, пожалуй, чаще чем в другихгородах-государствах Древней Руси, так как новгородцы не былипривязаны к какой-либо ветви рюрикова княжеского древа. Вот почемукнязья в Новгороде порой менялись чаще чем времена года. И князьясмирялись с таким положением вещей. С одной стороны, их тянулобогатое и почетное новгородское княжение, с другой — сила былавсегда на стороне городской общины. Если община ополчалась накнязя, хотела его изгнать, то действенной помощи ему не моглаоказать и дружина. Если дружина вступалась за князя, то с нейпоступали так, как с дружиной Святослава Ростиславича. Этот князьбыл отправлен новгородцами в пригород Новгорода — Ладогу, а дружинуего новгородцы «в погреб въсажаша» {71}. Такого рода отношения городской общины и князя в Новгороде современем были отлиты в четкие политические формулы. В представленииновгородцев это звучало так: «Новгород выложиша вси князи всвободу: кде им любо, ту же собе князя поимають» {72}. Князья, в свою очередь, так сформулировали эту мысль: «…а вывольни в князех» {73}. В то же время надо подчеркнуть, что князь был необходимымэлементом социально-политической структуры Новгорода. Он был нужендля нормального функционирования города-государства. Не случайнолетописец тщательно фиксирует те случаи, когда новгородцыоказывались без князя {74}.
Суверенность городской общины распространялась и на властьпосадника. Посадники менялись не менее часто, чем князья {75}. Более того, со временем, по мере дальнейшей демократизацииновгородского общества право избрания и изгнания распространяется ина высшую церковную власть. Горожане начинают распоряжатьсядолжностью игумена крупнейших монастырей {76}. Одна из ярких сцен избрания игумена дошла в летописи под1226 г. Тогда «преставися игумен святого Георгия Саватия,архимандрит новгородьскыи. Преже своего преставления Саватий съзвавладыку Антония и посадника Иванка и все новгородце, и запрашабратье своей и всех новгородьць: „изберете собе игумена“» {77}. В другой раз новгородцы «въведоша с Хутина от святого СпасаАрсения игумена, мужа кротка и смерена, князь Ярослав, владыкаСпуридон и всь Новгород, и даша игуменьство у святого Георгия, аСаву лишиша» {78}. С течением времени новгородцы начинают также распоряжаться идолжностью епископа, архиепископа. Когда в 1150 г. из Киевапришел архиепископ Нифонт, «ради быша людье Новегороде» {79}. А уже в 1156 г. «събрася всь град людии, изволиша собеепископь поставити мужа богом избрана Аркадия; и шьдъше всь народ,пояша и из манастыря от святыя Богородиця… и поручивъше епископью вдворе святые Софие» {80}. После смерти новгородского архиепископа Ильи «новгородцы же скнязем Мьстиславом и с игумены, и с попы съдумавше, изволиша собепоставити брата его Ильин Гаврила» {81}. Такого рода прецеденты были постоянными в Новгороде.Митрополит киевский воспринимал народное избрание «пастырей» какдолжное и утверждал кандидатов на должность архиепископа {82}.
Социально-политическая активность новгородцев, призывающих иизгоняющих князей, избирающих и смещающих посадников, игуменов иархиепископов, во второй половине XII — начале XIII вв.облекалась в вечевые формы. Сведения о вече в Новгороде весьмамногочисленны. Достаточно сказать, что все манипуляции с высшимиволостными должностями — дело рук веча {83}. Надо лишь еще и еще раз подчеркнуть, что вече в Новгороде —не узкосословная группа могущественных феодалов, а народноесобрание, в котором принимали участие все новгородцы от «мала и довелика» {84}.
О том, что новгородское общество шло по пути дальнейшегоупрочения демократии, свидетельствовала и начинавшаясямежкончанская борьба. В 1218 г. в летописи впервые появляютсясведения о борьбе концов {85}. Борьба разгорелась вокруг посадника Твердислава. В городе вНеревском конце и на Торговой стороне собрались вечевые собрания.На следующий день «ониполовцы» двинулись на Софийскую сторону. Всоюзе с ними выступали неревляне, а загородцы придерживалисьнейтралитета. На стороне Твердислава были лишь Людин конец иПрусская улица {86}. Такого же рода ситуация наблюдается и в 1220 г. Тогдакнязь Всеволод, недовольный Твердиславом, «въвади всь город, хотяубити Твьрдислава». Но Твердислав имел защиту: «Скопишася о немпруси и Людинь конець и загородци, и сташа около его полком иурядивъше на 5 пълков» {87}. Мы видим, что концы собирают свои вечевые собрания,составляют свои полки. В дальнейшем борьба между концами станетодним из важных элементов внутриполитической жизни Новгорода.Развитие концов — территориальной системы, появившейся позжесотенной {88}, свидетельство о развитии Новгорода как городскойтерриториальной общины {89}.
Ярко отразился в источниках и волостной строй новгородскогогорода-государства. В этот период понятия «область новгородская»,новгородская волость становятся обычными в устах летописцев. Этоопределенная территория, которая тянет к Новгороду: «…приходиша Емьи воеваша область Новгородскую» {90}. Но «область» это не только территория, но и население,которое проживает на ней. Оно входит в состав новгородскогоополчения. Собственно, новгородское ополчение и состоит из горожан— членов общины главного города земли и жителей области, илиобитателей пригородов и прилегающих к ним территорий. «На осеньходи Святополк с всею областию Новъгородскою, хотя наСуждаль», — сообщает нам летописец {91}. «Иде князь Ярослав с новгородци и пльсковици и с оболостьюсвоею на Чюдь» {92}. Характерно сообщение под 1225 г. Готовясь к борьбе сВладимирской волостью, новгородцы «скопиша всю волость» {93}. Ясно, что без сил волости они не могли противостоять своемумогущественному соседу.
Структура новгородской волости соответствовала общерусской«модели» города-государства. В центре ее находился главный город,от него зависели пригороды. Важнейшие пригороды Новгорода: Псков,Луки, Ладога, Новый Торг, Руса часто фигурируют в летописи {94}. Многие зримые и незримые нити связывали главный город спригородами. Главный город был воеиным центром волости. В немсобиралось волостное ополчение, на нем лежала обязанность защищатьпригороды. Когда шведы подошли к Ладоге, «пожгоша ладожане хоромысвоя, а сами затворишася в граде с посадником с Нежатою, а по князяпослаша и по новгородце» {95}. Подоспевшие новгородцы разгромили врагов. А вот и другойпример. Однажды враждебный Новгороду князь Святослав с помощью,полученной от Андрея Боголюбского, «пожьже Новый търг, ановотържьци отступиша к Новугороду» {96}. Будучи уверенными в поддержке главного города, пригорожане вто же время должны были расплачиваться за внешнеполитический курссвоего патрона. Интересны в этом отношении события 70-х годов.«Новгородце целовавше ко Всеволоду Юргевичю крест и не управиша, онже иде к Торжьку в волость их», «город пожгоша весь за Новгородскуюнеправду» {97}.