Страница 37 из 95
Аналогичные явления наблюдаются в Теребовльской волости, гдевозникает и набирает силу Галич — пригород Теребовля. ИсторияГалича представляет для нас особую ценность, открывая пружины,приводящие в действие механизм образования волости, илигорода-государства. Несмотря на существование в Теребовле иПеремышле конца XI — начала XII вв. прочной княжеской власти,ни один из этих городов не превратился в средоточие региона. Ихоттеснил новый город Галич, стремительно выросший за какие-тополвека. Это показывает, что земские силы определяли ход событий, ане княжеская власть, которая обосновалась в Галиче после того, кактот стал центром социальной консолидации, действенным факторомформирования волостного союза. Княжение в Галиче появилось,вероятно, со смертью Василька Ростиславича, последовавшей в1124 г. {162}Василько оставил сыновей Григория (Ростислава) и Ивана (Игоря).Первый принял княжение в Теребовле, а второй — в Галиче {163}. Н. Ф. Котляр, констатируя вокняжение Ивана вГаличе, пишет: «Вначале Галич был, следует думать, скромным всоциально-экономическом отношении центром, скорее всего — княжескимзамком, почти лишенным посада, — не случайно до начала 40-хгодов XII в. о нем не упоминают летописи» {164}. По нашему мнению, отнюдь не следует думать, что Галич выросиз княжеского замка, ибо те сведения о городе, которыми мырасполагаем, не дают никаких оснований для подобных заключений.Само появление здесь князя — факт многозначительный,свидетельствующий об относительно высоком уровне социальнойорганизации местного населения, конституирующейся в самостоятельнуюволость, где Галич играет роль правящего центра. Это значениеГалича быстро возрастало. Отметим одно весьма характерноеобстоятельство: после смерти Григория, скончавшегося где-то впромежутке между 1126 и 1140 гг. {165}, теребовльский стол отошел князю Ивану, который не пожелалпереехать в Теребовль и остался в Галиче. ПоН. Ф. Котляру, «это косвенно свидетельствует о том, что кначалу 40-х годов новый политический центр Галич превосходил старый— Теребовль, будучи гораздо выгоднее расположенным стратегически(Теребовль стоял почти у самого рубежа с Киевской землей)» {166}. В оценке возвышения Галичской волости надо, на наш взгляд,несколько иначе расставить акценты. Оно не косвенно, а прямоуказывает на то, что в Галиче очаг социального развития оказалсязначительно мощнее, чем в Теребовле. Это и выдвинуло галицкуюобщину на передний план. И еще одна деталь: пребывание князя Иванав Галиче, а не Теребовле — верный знак утраты Теребовлем статусаглавного города. Таковым становится Галич. Перед нами редчайшийслучай из древнерусской жизни, когда пригород в соперничестве сглавным городом добивается полного торжества, меняясь с нимместами. Очень скоро Галич превзошел и Перемышль. Мы уже знаем, чтов 1141 г. перемышльский князь Владимирко переехал в Галич.Так, Галич затмил не только Теребовль, но и Перемышль. ПодчинивТеребовль и Перемышль, галицкая община умножила свои силы, чтообеспечило успехи борьбы с Киевом и Владимиром Волынским. Нельзясогласиться с О. М. Раповым, который пишет: «Ослаблениевеликокняжеской власти и усиление власти галицкого князя — вотпричины, приведшие к полному отделению Галицкой области отКиевского государства и превращению ее в самостоятельную державу» {167}. Фокусируя внимание на княжеской власти, мы рискуем остатьсяна поверхности исторических процессов, происходивших на РусиXII в. Замена родоплеменных связей территориальными,образование волостей, принимавших форму городов-государств наобщинной основе, активизация местных социальных сил, ихконсолидация — главные причины упадка господства Киева надотдельными областями. Княжеская же власть, ее слабость или силабыли порождением глубинных течений социальной жизни. Возвращаясь кГаличу, подчеркнем следующее: возвышение города являлось, поверному наблюдению А. Н. Насонова, следствием «местныхотношений», итогом политической деятельности галичан {168}. Проследим за ней по источникам.
Активная политическая и военная роль галичан рельефноизображается летописью. В 1138 г. галицкое волостное ополчениеидет с Ярополком, а также с владимирцами, ростовцами, полочанами,смолнянами, переяславцами, туровцами и киянами к Чернигову {169}. Непосредственное участие галичан в этом походе говорит оналичии в Галиче военной организации. Галицкий князь вынужден былсчитаться с настроением своих воев. В 1144 г. коалиция князейво главе со Всеволодом «идоша на многоглаголивого Володимирка». Ивот когда галичане увидели, что противник заходит со стороныПеремышля и Галича, они «съчьнуша, рекуче: мы еде стоимы, а онаможены наша возмуть» {170}. Заметив такое беспокойство галичан, Владимирко «поча слати коИгореви», прося его взять на себя роль посредника в примирении соВсеволодом {171}. Мир был заключен, но Галицкой земле пришлось выплатитьбольшую контрибуцию — 1400 гривен серебра {172}. Городская община, видимо, не смогла простить Владимируфактического поражения и выплаты столь большой суммы, несмотря нато, что Всеволод возвратил два галицких пригорода: Ушицю и Микулин {173}. И в тот же год, зимой, стоило Владимиру отправиться на ловы,как «послашася Галичане по Ивана по Ростиславича в Звенигород ивъведоша к собе в Галичь» {174}.
Дальше события развивались весьма динамично. Владимир был не изтех, кто добровольно покидал хороший стол. И произошел тот нечастый в истории Древней Руси случай, когда городская община неустояла перед княжеской дружиной. Несмотря на то, что даже послебегства Ивана «галичане же всю неделю бишася по Иване сВолодимиром», им все-таки «нужею» пришлось отворить город {175}. Войдя в город, Владимир «многы люди исече, а иныя показниказнью злою» {176}. Применяя термин «люди» летописец поднимает завесу надсоциальным составом противников Владимирка. Это — народные массыГалича. В данных событиях обращает на себя внимание еще один факт:галичане приглашают князя из пригорода Звенигорода, т. е.распоряжаются галицким столом по собственному усмотрению. Кстатисказать, этот пригород сам был уже городом с сильными вечевымитрадициями, что и проявилось в сумятицах 40-х годов. Когда подороге на Галич коалиция князей осадила Звенигород, на второй деньосады «сотвориша вече Звенигородьчи, хотяче ся передати» {177}. Звенигородцы, наверное, не хотели отвечать за главнуюгородскую общину. К тому же симпатии звенигородцев, конечно же,были не на стороне Владимирка. Но в Звенигороде произошло то же,что и в главной городской общине. Княжескому воеводе, который в этовремя был в городе, удалось запугать звенигородцев. Он «изоима узвенигородцев трех мужей», убил их, и «когождо их перетен наполповерже я ис града, тем и загрози им» {178}. После этого звенигородцы стали биться «без лести» и отстоялигород.
Итак, события, связанные с упомянутым нападением на Галич,интересны в двух отношениях: они рисуют галицкую волость иотношения Галича с пригородами и показывают накал борьбы, которуюГалич и его волость вели с Киевом и соседним Владимиро-Волынскимгородом-государством. По этим линиям историю Галицкой волости можнопроследить и в дальнейшем.
вернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернуться