Страница 4 из 16
— Кроме меня, некому. Один управленец, второй лучше всехдогоняет…
Видимо, по поводу погони между ними имелся то ли смешной случай,то ли хорошо известный анекдот, потому соправители дружнорассмеялись и отправились на выход.
Сразу после этого на густой лепнине потолка закрылось небольшоеотверстие, а лежащий в довольно неудобной позе человек зашевелилсяи стал выползать задом из узкого лаза. При этом он возмущеннобормотал:
— Надо же! Они теперь полностью уверены в моей смерти!Ничего, ничего, я вам еще докажу, что слухи о моей гибели ну никакне соответствуют действительности. Хотя зачем? Мне так дажеспокойней будет. Свалю свои диверсии на чью-нибудь голову. Пустьони вместо дружбы между собой перессорятся…
Глава вторая ПАРТИЗАНСКИЙ ОТРЯД
Виктор возвращался в Колыбельную, перебирая в мыслях вариантынаиболее удачного вмешательства во внутренние распри Триумвирата.Простое знание некоторых тайн не даст особых рычагов управления вреальности. Поэтому в оптимальном варианте смотрелось устранениеодного из лидеров, да еще таким образом, чтобы подозрение вубийстве пало на его сотоварищей. Изначально следовало понять, когоустранить в первую очередь, и самый умный из врагов, князь Парайнизанимал главенствующую позицию в коротком списке. Правда, в такомслучае в прорыв в сторону Чагара понесутся опасные в своейстремительности легкие кавалеристы принца Шуканро, но по этомуповоду Виктор сильно не переживал. Отступающие войска ужевстретились с караванами из Чагара, везущими порох и ядра дляпушек, и легко превратят в фарш любую погоню. Тот факт, что армияСоюза Побережья до сих пор удерживает мост через пролив Стрела,тоже говорил о многом: боезапаса им хватает с лихвой.
Значит, в любом случае Элвис Парайни — приговорен.
Вся сложность заключалась в том, что подобное устранение водиночку провернуть никак не представлялось возможным. Любой излидеров Львов Пустыни всегда находился в окружении телохранителей.Исключения составляли лишь только советы, подобный из которыхзакончился недавно. Ну а вожделенного отряда единомышленниковМенгарцу взять было негде.
Выход виделся только один: выстрелить из арбалета сквозьсмотровую щель. Но тогда и свидетели останутся в живых, и сразборкой стен захватчики не замешкаются. И так большое везение,что в плен им не попались прежние охранники дворца и разнообразнаяприслуга. Все благоразумно сбежали из столицы вместе с армией СоюзаПобережья. Иначе бы стоящая на каждом углу охрана небездействовала, а проламывала любые подозрительные места кирками иломами.
«Кстати, то, что их элитные части покинут дворец, нам весьма наруку, — думал Виктор, привычно отключая очередную смертельнуюловушку перед собой, а потом таким же отработанным движениемзадействуя ее вновь после прохода определенного участкатоннеля. — Теперь хоть шанс появится свежей пищи с кухниуволочь да горячего мясца себе приготовить. Надо будет квозвращению Фериоля завтрашним вечером ему праздничный ужиннакрыть. Приятно будет старцу с того света обновленнымвернуться…»
Отнорок, ведущий к Колыбельной, вдруг показался Викторунесколько заполненным запахом сгоревшего керосина. По всей логикеэтого просто не должно быть, потому что за несколько часовотсутствия здесь керосиновой лампы воздух очищался превосходно. Апредыдущие дела и последнее подслушивание совета заняли не менеечетырех часов.
«Нежданные гости?! — запаниковал иномирец. — Кто? Как?Откуда? Неужели нелепая случайность? Но как они внутрь попали?!Надо атаковать первым!»
Современного лазерного оружия или любого огнестрельного взапасниках покойного императора за последние три дня отыскать неудалось, а найденные раньше король Чагара забрал до последнейединицы. С арбалетом или шпагой в узких простенках не прогуляешься,там даже царапнуть металлом, словно мышка, не советовалось. Нопарочку метательных ножей приходилось таскать с собой постоянно.Так что совсем безоружным Менгарец себя не чувствовал. А уж о силе,сноровке и выносливости, закрепившихся в его модифицированном послеприменения желе гарбены теле даже знатные атлеты могли толькомечтать. После излечения в Колыбельной мощи в движениях дажеприбавилось чуток.
Но вначале следовало заглянуть в импровизированный штаб черезсмотровую щель, определиться, рассмотреть врага. Что Виктор исделал. О чем сразу пожалел, боясь, что сходит с ума: возле стола скартами спиной к нему стоял человек в накидке императора Гранлео!Идеально на него похожий! Такого же роста, с черными вьющимисяволосами, спадающими на плечи, человек что-то интенсивнорассматривал в кипе бумаг, — похоже, тот самый листочек стекущим распорядком дня. И Менгарец понял, что следует нападатьнемедленно, пока враг не стоит лицом к выходу. Резко налег надверь, ввалился в помещение и со всей силы метнул нож в спинуразворачивающегося на звук незнакомца.
Именно движение разворота и спасло запоздало вскрикнувшегоФериоля. Да пожалуй, еще и то, что в метании ножа иномирец не успелдостичь вершин истинного мастерства. Нож вскользь ударил по плечу,разрезал ткань накидки и нижней рубахи, крутнулся в полете иударился в дальнюю стенку. А второй нож, уже готовый к броску, таки застыл в занесенной для замаха руке.
Следующую минуту товарищи вместо приветствия элементарноругались:
— Ты чего, грибов ядовитых объелся?!
— А ты чего в этот балахон обрядился?!
— Забыл, как сам сюда три дня назад явился в таком же? Яведь в тебя нож так и не кинул!
— Так то я! Ничего ведь не знал!..
— А у меня был другой выбор во что одеться?
— Тогда почему так рано?! Только полсрока прошло!
— А мне почем знать! Встал. Здоров. Силен. Помолодел.Волосы вон отросли, и седина пропала. Красавец! Но не пойду же яголый через пыль и паутину. И про полсрока подробнее,пожалуйста.
— Ну я хотел только завтра вечером для тебя торжественныйужин приготовить… Встретить, так сказать…
— Спасибо, уже встретил. — Фериоль потирал ушибленноеударом ножа плечо и с недовольством просовывал пальцы в прорезьткани: — Эх! Такая шикарная накидка была!
— Да ладно тебе! — Наконец испуг от собственнойоплошности прошел, Виктор заулыбался до самых ушей и приблизился кнедавнему старцу вплотную: — В самом деле красавец! А ну снимайнакидку и одежды императорские, осматривать тебя будем!
Действительно, за полтора суток с врачом из монастыря Дионпроизошли удивительные перемены. Раньше он выглядел истиннымсемидесятилетним стариканом: худощавым, скрюченным, с лысиной наполголовы, с суховатой, морщинистой кожей и отвислыми мешками наместе мускулов. Зато теперь перед Менгарцем красовался атлетическисложенный мужчина не старше пятидесяти лет на вид, стройный, схорошо просматриваемыми рельефными мышцами тела. Ни одной морщинкина лице и шее. Ни одно седого волоска в прическе. Да и сама ихдлина, почти до лопаток, казалась удивительной. Что вызвало вполнесправедливую зависть.
— Странно! А почему я вышел после Колыбельной с нормальной,короткой прической? — возмущался Виктор. — Это намек нато, что я скоро совсем облысею?
— Да нет, мне кажется, в твоем случае не было смыслаизлечивать от старости, потому агрегат тебя просто от ранизбавил, — рассуждал Фериоль, и сам не в силах отвести взглядаот единственного в их штабе зеркала. — Чтоб меня протуберанецподжарил! Но я таким был в сорок пять лет! Неужели с меня двадцатьпять годков скинули?
— А как себя чувствуешь?
— Хо-хо! Готов хоть сейчас твоим двуручником помахать!
Они синхронно оглянулись на огромный меч Менгарца, который тожеоставили здесь по настоянию дальновидного жреца из дионскогомонастыря.
— В самом деле, раз ты теперь не старец, то попробуй!Виктор метнулся к оружию и с привычной легкостью передал егоомоложенному товарищу. Тот расставил ноги пошире, ухватился зарукоять двумя руками и с молодецким уханьем стал наворачивать передсобой и над головой гигантские восьмерки. Но уже на второй фигуреон пошатнулся, а на третьей по инерции чуть не врезался тяжеленныммечом в бронированную стенку уникального лечащего агрегата. Чудомеще, что при торможении ногу себе не отсек.