Чудесное превращение

Что он им такое наговорил? Сейчас неподходящий момент задаватьвопросы. Они уже сидели в машине, мчавшейся в больницу, кудаположили мать Родриго, Клаудию Алькасар.

— Маме стало нехорошо, — объяснила Мартина, — сердце забилось сперебоями. Она говорила: все пройдет, но становилось хуже. Мывызвали врача, и тот сказал, что дома оставаться нельзя, нужнопоместить ее в больницу. К счастью, медики вмешались вовремя,ничего страшного не произошло, теперь ее состояние стабильное. Да исама она говорит, что чувствует себя намного лучше. — Она взглянулана Мэри и улыбнулась. — Когда я сказала, что ты тоже приедешь, онабыла заинтригована.

Мэри ответила улыбкой. Только сейчас она сообразила, что перешлана испанский, который, конечно, знала, но никогда неиспользовала.

Подойдя к палате, в которой лежала Клаудиа Алькасар, Мэри,Родриго и Мартина поздоровались с коренастым темноволосым мужчиной.Мэри догадалась, что это и есть его знаменитый брат Рикардо.

Братья расцеловались.

— Вы как раз вовремя, — сказал Рикардо. — Мама проснулась,чувствует себя, по ее словам, отлично. Спрашивала о тебе.

Он подвел их к окошку, через которое было видно палату икрасивую женщину, лежавшую на постели.

— Я пойду к ней! — сказал Родриго.

— Правильно, иди, не заставляй ее ждать.

Он бросился к матери. А Рикардо занялся своей женой. Оносторожно обнял ее. Мэри поняла, что братья слеплены из разноготеста. Рикардо не привык на людях выказывать чувства, но любомубыло ясно, как он любит свою жену.

— Рад нашей встрече, Мэри, — сказал ей Рикардо. — Жаль, что притаких обстоятельствах. Но Родриго уже давно пора было нас с вамипознакомить.

Пока Мэри думала, что это значит, появился Хиль-Луис и егоМарсия. Пришлось заново повторять всю церемонию знакомства. Марсиязаметила, что Мэри не по себе, и решила ее поддержать.

— Ты проделала такой путь, чтобы быть рядом с Родриго? Молодец!Это доказывает, как ты его любишь!

— Я…

— Да и Клаудии не помешает услышать добрые вести. Конечно, ещерано объявлять обо всем официально, но я уже давно ждала, когда жевы решитесь. Скажу по секрету: еще зимой, когда он приехал ко мне ипожаловался, что ты не захотела выйти за него, я поняла, что онэтого дела так не оставит.

— Он сказал, что я?..

— Он только о тебе и говорил! А когда ты отвергла его, я сказалаему: ну и поделом, а то привык считать себя неотразимым! Правильно,пусть сомневается до последнего момента, все равно результатизвестен.

— Нет, вы… ты не понимаешь, — попыталась объясниться Мэри, — яне хотела хитрить, просто… И сюда я приехала вовсе не для того,чтобы…

Она замолчала. Так зачем же она сюда поехала? Способна лиженщина забросить все дела и, не задумываясь ни на секунду,последовать за мужчиной, который для нее ничего не значит? К томуже она догадывалась, какой ей будет оказан прием.

Но Родриго не предлагал ей свое сердце. Лишь во время дурацкогоужина с О’Коннорами он назвал ее своей будущей женой, но это былвсего лишь розыгрыш.

Однако остальные об этом ничего не знают. Похоже, лишь для нихдвоих все еще впереди, ибо он ни о чем ее не просил, а она ни начто не давала согласия.

За спиной раздался голос.

— Мама хотела бы познакомиться с тобой, сказал Родриго.

Она проследовала за ним в палату. Клаудиа Алькасар оказаласьнастоящей красавицей. Неудивительно, что у нее такие красивыедети!

Пожилая женщина улыбнулась и протянула руки ей навстречу.

— Доченька! — сказала она.

Клаудиа говорила по-испански, и то, что она назвала ее дочерью,дало Мэри понять, что теперь и она член ее семьи.

— Сеньора… — заикаясь произнесла Мэри. Весь испанский вылетел изее головы. Она не могла сказать ни слова, хотя все понимала.

— Зачем так официально, — сказала Клаудиа. — Называй меня поимени. Я еще не поблагодарила тебя за то, что ты приехала сюда.Родриго мне уже все рассказал. У тебя удивительно доброе сердце. —Ей было тяжело говорить.

— Хватит, мама, — вмешался Родриго. — Тебе нельзя многоговорить.

— Да, ты прав. У нас еще будет время все обсудить. Скажу вамлишь одно: не медлите. Не теряйте времени. Как знать, не будет липотом слишком поздно.

Родриго остался с матерью, а остальные, в том числе и Мэри,направились в фамильную резиденцию семейства Алькасар — огромныйособняк, построенный в средневековом стиле, с лепниной на стенах,широкими лестницами и высоченными потолками.

Мэри взирала на дом со смешанным чувством восхищения истраха.

— Я тоже не сразу привыкла, — сказала ей Мартина. — Но теперьэтот роскошный особняк стал для меня домом. Хотя мы с Рикардо невсе время проводим тут. Летом по большей части живем в загородномдомике у реки. А сюда переехали недавно, из-за Клаудии и из-замоего ребенка. До родов осталось совсем немного времени. Хочешьпосмотреть нашу спальню?

— С удовольствием.

Мартина не без гордости распахнула перед ней дверь в большуюкомнату с двумя кроватями — одной огромной, размером со стадион,двуспальной, и другой, напоминавшей детский манеж, поменьше.

— Здесь будет спать наш ребеночек, — сказала Мартина. — А теперьпойдем к тебе. Твой багаж должны были перенести в комнату.

Они прошли по длинному коридору до алькова. Мартина открыладверь и остановилась на пороге.

— Что вы здесь делаете? — холодно спросила она.

Мэри выглянула из-за ее плеча. В комнате была служанка. Она ужераспаковала чемодан и принялась за сумочку. В сумке хранилисьнемногие драгоценности Мэри — те, которые действительно можно былоназвать этим словом.

— Я же просила Ренату распаковать вещи!

— Простите, сеньора, Ренату отправили за покупками. Я простохотела помочь.

— Ладно, вы свободны.

Хозяйка была явно чем-то недовольна. Она молчала до тех пор,пока служанка не вышла из комнаты. Все это не укрылось от Мэри, ноона сочла за лучшее повременить с вопросами.

— Пойдем на балкон, а то ты так и не увидела свою родину!

— Вообще-то я родилась в Англии и всю жизнь там жила, —объяснила Мэри. — Но ты права: Испания просто великолепна. Даже то,что я успела увидеть по дороге из аэропорта…

— Это еще что! Подожди, мы еще устроим тебе экскурсию по стране.Таких пейзажей, как здесь, ты нигде больше не встретишь.

Они вернулись в комнату.

— Эта спальня такая огромная и красивая, — заметила Мэри.

— Правда? Я здесь спала, когда приехала сюда, чтобы… — Мартинавдруг замолчала.

— Когда ты решила выйти за Рикардо, — закончила за нее Мэри. —Должно быть, Рикардо встретил тебя в аэропорту, и вы прямикомотправились сюда.

Мартина не ответила. Мэри почувствовала, что разговор ей чем-тонеприятен. Ну и дом! Сплошные загадки: то история со служанкой, тоМартина с Рикардо… Недаром я поклялась, что ни за что сюда неприеду. Так зачем же приехала?

Потому что Родриго нуждается в ней. Она должна ему помочь. Но нетолько поэтому. Он тоже ей нужен. Ее тело по-прежнему горело отвожделения, которое так и не было удовлетворено. Она знала: Рикардо— единственный мужчина, который способен это сделать.

Раздался стук в дверь.

— Войдите! — сказала Мартина. — Извини, я подумала, ты захочешьнемного отдохнуть. Попросила, чтобы тебе принесли кофе ибутерброды. Не откажешься?

— Еще бы!

— Ну тогда отдыхай. Не буду тебе надоедать. — Мартина подняласьи поцеловала ее.

Мэри устроилась перед маленьким столиком, съела два бутерброда —ведь с утра у нее во рту не было ни крошки — и решила немногоприкорнуть. Ее разбудил нежный поцелуй.

Что может быть приятнее, чем проснуться в объятиях любимого?

— Не могу тебе передать, как я счастлив, что ты здесь, — тихопроизнес он. — Что бы я без тебя делал?

— Твоей маме уже лучше, — заметила Мэри. — Я тебе больше ненужна.

— Ты всегда мне нужна. — Он прищурился. — Мы кое-что незакончили.

Она улыбнулась, поддержав его игру.

— А когда закончим, отправишь меня домой?

Он вдруг посерьезнел.

— Мы никогда не закончим. Никогда.