Страница 81 из 90
— Нет! — закричал он, яростно вырываясь, но призракипотащили его в туман, подальше от умирающего друга. Как только ониостановились, из смога появился Кришнамурти. За его спиной темнелафигура призрака в цилиндре.
— Берегись! — крикнул Траунс. — И спаси Честена:его как раз сейчас душат!
— Простите! — выдохнул командир Летного взвода. —Я… я не… я не могу… — Он пошел к своему начальнику, поднявдубинку повыше: — Тичборн… невиновен!
— Кришнамурти! — заорал Траунс. — Приди в себя,парень!
— Угнетатели… должны… умереть!
Он замахнулся дубинкой, готовясь размозжить ею головуТраунса.
Вдруг раздался гром: ба-да-да-дум! ба-да-да-дум! ба-да-да-дум!Земля затряслась. Раздались полицейские свистки. Сильный порывветра подхватил призраков, оторвал их от Траунса и унес прочь.Призрак с цилиндром на голове, стоявший за Кришнамурти, растаял ввоздухе. Командор заглянул Траунсу за плечо. Его глаза расширилисьот изумления, рот открылся. Детектив обернулся:
— Чтоб я сдох, — выдохнул он, — у менявидения!
Колоссальных размеров конь, мегаломовик, с грохотом промчался помосту Ватерлоо и ворвался на Стрэнд; булыжники трескались ирассыпа́лись под ударами его огромных копыт. Ба-да-да-дум!Ба-да-да-дум! Ба-да-да-дум! У коня на спине сидел коротышкаАлджернон Суинберн — рыцарь прерафаэлитов, похожий на детскуюкуклу; его огненно-рыжие волосы развевались по ветру, в руке ондержал длинное тонкое копье. Поэт с энтузиазмом свистел вполицейский свисток, и маленькая болтунья с сине-желтым опереньем,сидевшая у него на плече, во весь голос чирикала грязныеругательства.
Огромный жеребец вынырнул из тумана, таща за собой основаниемебельного фургона. На нем находился кузов, поставленный наогромное колесо, по конструкции напоминающее водяное, но сделанноеиз легких материалов. Колесо крутилось с огромной скоростьюблагодаря двадцати борзым, бежавшим по его внутренней поверхности.Рядом с хитроумным изобретением стояла Изабелла Мэйсон, подбадриваябегунков шлепками, криками и кусочками еды. Всё вместе представлялособой совершенно фантастическое зрелище. При помощи простых, нохорошо спроектированных цепей и коленчатых валов колесо заставлялоработать ручные меха. Из них змеился шланг, шедший к верху кузова,а оттуда — в заднюю часть дула, похожего на пушечное. КонстебльБхатти поворачивал дуло на шарнире и направлял его на цель.
Мегаломовик тащил фургон по широкому Стрэнду, Бхатти направлялдуло во все стороны, и сильная струя воздуха разрывала в клочьявсех призраков, находившихся поблизости. Изобретение было шедевроминженерной мысли и не зависело ни от пружин, ни от каких-нибудьболее сложных устройств. Идея этой пневматической пушки быланастолько проста, что Изамбард Кингдом Брюнель сумел построить еевсего за несколько часов. С громкими криками «Ура!» констеблиотпрыгивали от коня. Траунс и Кришнамурти с изумлением увидели, какСуинберн опустил свое копье и направил его в затылок«развратнику».
Чарльз Альтамон Дойл сжимал мертвыми пальцами шеюдетектива-инспектора Честена.
— Выдавите! — сказал он. — Выдавите вашу жизнь изсебя и отдайте ее мне!
На периферии его сознания затанцевали феи.
«Началось восстановление!» — запели они.
— Нет! Выходит жизнь! — прошептал Дойл. — Начнитесначала. Спойте правильно. Исправьте вашу ошибку.
Он почувствовал, как что-то коснулось его затылка. Астральноетело Дойла дрейфовало неподалеку: его глазами он увидел длинноекопье, которое держал коротышка, сидя на огромной лошади. Егоголова вспыхнула ярким пламенем.
«Сейчас!» — сказали феи. Огонь пожрал лицо и волосы, потом сжадностью накинулся на кости и остальное тело. Дойл откатился отполицейского офицера и упал на землю, яростно размахивая руками, апламя всё глубже и глубже зарывалось в его мертвую плоть. Копьекоснулось его груди, и всё его тело вспыхнуло. Он почувствовал, чтоисчезает, обнаружил себя не в силах сопротивляться, а затемуспокоился и позволил пламени пожрать себя. Кружась в туманенеподалеку, он смотрел на себя и чувствовал, что горит.
— Нет! — подумал он. — Ведь я что-то должен былсделать!
Могучая струя воздуха подхватила его и разорвала в клочья.Чарльз Альтамон Дойл исчез в атмосфере и перестал существовать.
Траунс и Кришнамурти увидели, как «развратник», вспыхнув,скатился с Честена. Их друг медленно пополз подальше от горящеготрупа. Они бросились вперед и оттащили его в безопасное место.Траунс взглянул вверх и обратил внимание на четыре цилиндра,подвешенные к ягодицам мегаломовика; от них к рукоятке копьятянулись гибкие шланги.
— Легковоспламеняющийся газ? — предположил он.
— Пожалуй, — ответил Кришнамурти, — какой-то типогнемета. Детектив-инспектор, я даже не знаю, извините ли вы меня:они буквально влезли мне в голову — я просто ничего не мог с собойподелать!
— Брось, парень! Забудь! Детектив-инспектор Честен ранен,давай поднимем его в кузов.
— Ландыши, — прохрипел Честен, — цветыпоэтов.
К ним, размахивая рапирой, приблизился «развратник». Его глазаспрятались на самом дне глазниц, а кожа свисала так, словно плотьпод ней сползла с костей. Он попытался обратиться к ним, но язык игубы слишком ослабли, поэтому раздался лишь ужасный стон.
— Я займусь им, — сказал Траунс.
— Разрешите мне, — сказал голос Суинберна сверху. Онткнул копьем в разлагающийся труп — тот вспыхнул, упал на колени, апотом на землю, продолжая гореть.
— Привет, парни! — радостно воскликнул помощникБёртона.
— Привет, Суинберн! — ответил Траунс. — Честенранен!
— Глупый костолом! — пискнула Покс.
— Поднимайте парня в кузов! Мисс Мэйсон позаботится о нем,а потом мы доставим его в больницу.
Траунс и Кришнамурти подняли своего товарища и перенесли вфургон.
— Горло, — сказал Траунс Изабелле, когда они осторожноположили Честена на пол.
— Пальцы сломаны, — заметил Кришнамурти.
— Не волнуйтесь, я помогу ему, — кивнула мисс Мэйсон.Тем временем Суинберн что-то прошептал Покс — пестро раскрашеннаяптица взлетела с его плеча и исчезла в тумане. Поэт посмотрел насвоих друзей и сказал:
— Ребята, мусорных крабов нет. Что скажете, если мыпочистим улицу сами?
Оба полицейских взмахнули дубинками.
— Мы готовы, — проворчал Траунс.
Глава 14
ГЛАЗ
«Если, как говорится, грядущие события заранее бросают своютень, то прошлые события не могут не оставить своих запечатленийпозади себя».
Высоко над смогом парил освещенный серебристым сиянием луныорнитоптер, хлопая крыльями на высоте двух миль; за ним тянуласьдлинная прерывистая полоса белого дыма. Летающей машиной управлялзаводной человек с Трафальгарской площади, а в заднем кресле сиделсэр Ричард Фрэнсис Бёртон. Устройство пролетело над Темзой,отклонилось влево, к «Котлу», скользнуло над ним и направилось навосток, к Кингс-Кросс. Внезапно из облака снизу появился попугай иуселся на плечо Бёртону.
— Привет, Покс.
— Кишащий вшами чурбан! — просвистела Покс. —Сообщение от пьяницы Алджернона Суинберна. Начало сообщения. Играначалась. Конец сообщения.
— Пора. Спускаемся, — обратился Бёртон к своемуспутнику. Его слуга дернул за рычаг; орнитоптер накренился, изменилкурс и полетел на юг. Потом заводной человек выключил мотор, идымная полоса внезапно оборвалась. Крылья машины застыли, и онаначала планировать в облачном покрывале.
— Итак, начали, — прошептал Бёртон и положил руку наплечо заводному человеку, — сейчас мы тут всё встряхнем. Наэтот раз полиция — только приманка, и ты наше главное оружие.
172
Перевод Елены Рерих.