Волки пустыни

— Сирена, ты где?

— В апартаментах генерала. У нас проблемы. Я их частичнорешила.

— Бросай все и на пост ведения стрельбы. За нами хвост.Можешь ни в кого не попадать, но продержи их хоть немного нарасстоянии. Они не должны вместе с нами войти в прыжок.

— Уже бегу.

— Боря, как у тебя?

— Готово. Расчет прыжка принят.

Теперь оставалось только сохранить скорость, постаратьсяизбежать серьезных повреждений корпуса и двигателей.

Шаман положил руки на кнопки маневровых двигателей и неотрываясь смотрел на экран локатора, по которому двигались дветочки. Лидеры нагоняли и, судя по секундомеру, должны были выйти надистанцию эффективной стрельбы через девяносто секунд.

Время замедлило свой бег, став ощутимо тягучим. Он даже поймалсебя на мысли, что реакция в нужный момент может быть замедленаэтим ощущением вязкости происходящего.

Самум успел перебраться за капитанский пульт и внимательноследил за всеми маневрами противника, окружающим пространством,одновременно давая советы Сирене по активации оружия корабля.

Судя по секундомеру, время спокойного полета кончилось, и Шаманподобрался, как перед прыжком.

— Залп двумя ракетами. Подлетное время пятнадцать секунд.Включена система ложных целей и активных помех, — услышалШаман.

По транспортнику прошла легкая вибрация. Заработалиартиллерийские установки.

— Поворот влево по команде ноль.

Наступила короткая пауза.

— Три, два, один, ноль.

Шаман резко рванул корабль в сторону и вновь вывел на прежнийкурс.

Транспортник ощутимо вздрогнул. Ракета взорвалась внепосредственной близости. Вторая, не сработав, прошла мимо.

— Пытаются бить по дюзам. Боятся зацепить генерала, —пояснил действия противника психолог и тут же без остановкидобавил: — Командир, справа мины. Доверни на два градуса ближе. Воттак. Мы пройдем впритирку. Хвосту останется либо скоростьсбрасывать, либо по большой дуге идти. В любом случае выигрыш вовремени.

— Куда ты полез, дурашка, — прокомментировал ондействия одного из преследователей. — Приготовься, сейчасрванет.

Корабль тряхнуло так, что если бы не страховочные ремни,угонщики повылетали бы из кресел.

— Одной проблемой меньше, — сообщил Самум. —Выходим на прямую. Выдерживай точно сорок. Вход в прыжок черезшестьдесят три секунды. Сирена, почему замолчала. Пугни нахала. Онхочет с нами в одном режиме в прыжок войти, чтобы след взять.

— Не отстает. Я ему уже бок расковыряла.

— Плевать он хотел на эти царапины. Сеть сбрось, сеть.

— Где она?

— Проехали. Уже не успеваешь. Левую педаль вниз двараза.

— Сделала.

— Предохранительный колпак на рукоятке.

— Откинула.

— По моей команде торпеды на самоподрыв. — Он выдержалпаузу: — Давай.

Транспортник основательно толкнуло в корму. В рубку донессятревожный скрип и на несколько секунд потухло освещение.

— Все, мы в режиме прыжка, — откидываясь на спинкукресла и снимая руки с пульта, сообщил Шаман.

— Вы — герои, мальчики, — донесся по громкой связиусталый голос Сирены, — а я здорово боялась.

— Если меня покормить, я и не такое могунасовершать, — прорезался из трансляции голос Колдуна.

— Миша, у тебя там все в порядке?

— Как у мамы в курятнике.

— Этот как?

— Яйца в целости, потому что кур нет.

— А если я про машину спрашиваю?

— Я про нее и говорю, только образно. Обо мне ведь всеравно не спросят.

— Закрывай там все и выдвигайся к нам. Не попутай камбуз срубкой.

— Умеете же вы испортить настроение, — проворчалКолдун, отключаясь.

— Сирена, тебя ждем.

— Уже иду, — раздалось в наушнике оперативнойсвязи.

Через три минуты группа в полном составе расположилась намостике. Трое прихлебывали из упаковок, а Колдун, сделав несколькоглотков, поднял с пола упавший пакет и, разорвав упаковку, сурчанием поглощал ее содержимое.

— У нас восемь часов прыжкового времени, — произнесШаман, дождавшись, когда инженер кончит жевать. — Сейчасразделимся. Я иду с Сиреной. Самум, ты с Колдуном. Проводимтщательную зачистку. Кстати, насколько я понимаю, с этим и связанынаши последние неприятности. — Он выразительно посмотрел надевушку и, когда она, подтверждая его слова, утвердительно кивнула,продолжал: — У вас третья и четвертая палубы. Идете сверху вниз. Унас вторая и первая, идем снизу вверх. Перекур пятнадцать минут,отводится на изучение схемы корабля.

— А как насчет…

— В виде сухпая на ходу или за счет сна. А еще, я где-тослышал, что колдуны сотни лет могли не есть.

— Истинная правда, командир. Древние предания донесли донас такие возмутительные факты издевательства над организмом. Нотобой пропущена одна существенная деталь. Они не ели, когданаходились в заточении или спали, а в остальное время быличревоугодниками. Позывной дал мне ты. Нарекая Колдуном, запамятовалглубокий смысл народной мудрости. Имя есмь суть твое.

— Есть радикальное решение этой проблемы, — вмешался вразговор Самум. — При этом ссылка нашего друга на древниепредания будет еще раз обоснованно подтверждена.

— Говори, — разрешил Шаман.

— Отдай мне Колдуна на полчаса. Я с ним немного поработаю.Все его таланты будут полностью сохранены, но он каждое мгновениебудет знать, что находится в узилище. А следовательно, согласноколдовским канонам, обязан не есть. Или другой вариант. Он будетуверен, что всегда сыт. Подождем пару веков. Проверим преданиястарины глубокой.

— Что скажешь, Колдун?

— В древности еще говаривали, что большой грех водиться счерными магами и нечистой силой, поэтому я выбираю: за счет сна.Для вас же объясню, что сна на голодный желудок не бывает.

— Мне послышалось или он неодобрительно высказался о черныхмагах и нечистой силе? — намеренно кося глазами, спросилСамум.

— Забудь. Что только не скажет голодный. Неадекватен,значит, прощен.

— Я больше не буду ремонтировать ваши самобеглые телеги,ходите пешком, коварные нетрацы.

Сирена, слушая этот разговор, сложилась пополам, давясьбесшумным смехом.

— Все. Начали подготовку, — закончил Шаман, сам неудержавшийся от улыбки. — Самум, давай схемы на экран.

Подготовка к зачистке для тренированной памяти диверсантов незаняла много времени, так что, уходя с мостика, Колдун ещедожевывал содержимое второй упаковки.

— Теперь рассказывай, что там у тебя произошло и почему тынарушила мой приказ, — спросил Шаман у Сирены.

— Ты приказал мне отслеживать возможное перемещениепротивника по коридорам. В общем, мне показалось, на одном изэкранов нашего уровня что-то мелькнуло. Я пошла выяснить.

— Не пошла, а полетела, а я приказывал вернуться.

— Командир, ведь ничего не случилось. Я хотела как лучше,да и приказа твоего не слышала.

— Хорошо. Продолжай.

— В коридоре никого. Начала осматривать каюты. Увидела напалубе кровь. Пошла по ее следу, а он привел в генеральскиеапартаменты. Дверь открыта. Тихо захожу. Во второй каюте у стола,на котором стоит блок связи, лежит штурмовик и поднимает на меняпистолет. Хорошо, мой в руке был. Вот, собственно говоря, и все. Ончто, успел сигнал подать?

— Успел. Благодаря ему, нам на хвост сели лидеры. А если быон тебя убил?

Девушка молча пожала плечами.

— Хорошо. Пойдем посмотрим что и как, а потом займемсязачисткой.

Они покинули мостик, прошли по пустынному коридору и Сиренаостановилась у одной из дверей, показывая пальцем на палубу. Насветло-сером пластике покрытия пламенела капля крови, через дваметра еще две.

Шаман двинулся по следам, которые привели к двери с имперскоймонограммой. Войдя в помещение, он внимательно огляделся. Картинасобытий, нарисованная Сиреной, полностью соответствовала тому, чтопредстало перед его глазами. Мертвый штурмовик с пулевым отверстиемво лбу, мундир которого в области живота был пропитан кровью. Еголевая кисть, лежащая на ране, и откинутая правая, сжимавшаяпистолет. На столе над трупом раскрытый, но выключенный блоксвязи.