Волки пустыни

— А нам повоевать пришлось. Мы аборигена захватили, а тутвездеход с этими убийцами. Деваться было некуда. Так что скоро нанас охотиться будут.

— Кто на кого будет охотиться, это Шура решит, а тебяпоздравляю.

— С чем это?

— Ладно, не прибедняйся, счет открыла, а краснеешь какдевица на выданье.

— А может это Шаман?

— Стреляешь ты пока лучше, чем водишь песчанку, так что ктоиз вас где находился в той ситуации, можно даже не спрашивать.

— А кто такой Шура?

— Скоро все ему молиться будем. Главный дух в этой духовке.Ты отдыхай, я пойду с командованием пообщаюсь да к гостю нашемупригляжусь.

Сирена начала оглядываться в поисках Колдуна. Долго искать егоне пришлось. Идти ему, собственно, было некуда. Инженер сидел напеске, вытянув ноги, привалившись спиной к борту машины. Девушкамолча подошла и села рядом.

— Не переживай, — проговорила она после долгойпаузы. — Сам знаешь, доберемся мы до них, мало никому непокажется. Да и счет между вами явно в твою пользу. Иначе мы бы стобой тут не разговаривали.

— Давить их надо, — процедил сквозь зубы Колдун.

— Мы их всех так задавим, что искать будешь, ненайдешь.

— Я найду и такую им охоту устрою.

— Меня в помощницы возьмешь?

Инженера немного отпустило. Он посмотрел на запыленное в грязныхразводах пота лицо Сирены и горько улыбнулся.

— Не сомневайся. Обязательно, но после того какумоешься.

Девушка вытащила из нагрудного кармана зеркальце, бросив в неговзгляд, ойкнула и, вскочив с места, юркнула за песчанку, а Колдунуже широко улыбался ей вслед.

Умывшись, Сирена подошла к своей машине. Спасенный уже пришел всебя и сидел на песке по другую сторону песчанки. Перед ним стоялафляжка с водой, а напротив, поджав под себя по-восточному ноги,расположились Шаман с Самумом. Психолог почти свободно говорил наместном языке, о чем-то спрашивая аборигена, изредка вставляя словаунифицированного союзного, которые тут же переводились стоящимрядом электронным лингвистом. Пленник молчал, положив подбородок наколени согнутых перед собой ног, обхватив их руками.

Девушка некоторое время наблюдала за допросом, облокотившись наборт, но вдруг поймала себя на том, что ничего не слышит, а головаее начинает клониться вниз. Бессонная ночь и нервное напряжениесхватки, в ходе которой она впервые в жизни убила несколькочеловек, начали сказываться на организме, которому требовалсяотдых. Надо поспать, решила она. Потихоньку забравшись в кабину,устроилась сзади на ящиках, прикрытых толстым куском поролона, итут же уснула.

Разбудили ее часа через три негромкие голоса, раздававшиесярядом. На передних сиденьях кабины, в которой она спала,расположились Шаман с Самумом и о чем-то разговаривали.Прислушавшись, она поняла, что допрос пленника окончен, но непринес ожидаемых результатов. Многого он просто не знал, так какбыл обыкновенным охотником пустыни. Всю информацию пришлосьполучать от него под гипнозом. На все варианты вопросов, где внастоящее время находятся вожди и шаманы, отвечал, что они у духапустыни Шуры. Было непонятно, то ли они убиты, то ли скрываются внеизвестном ему святом месте, где обитает этот Шура. Единственнымобнадеживающим ответом было то, что спасенный бывал у Шуры, но гдеэто не знает. В настоящее время Шура разгневан и оставил свойнарод, потому что не сохранено его ложе или трон, с которого онобщается с людьми Сохара. Трон представляет собой светящийся каменьзеленого цвета, способный отвечать на вопросы, предсказыватьбудущее и вызывать самого Шуру. Эта святыня захвачена духами тьмы,и теперь народ Сохара должен погибнуть.

Оба нетраца сейчас решали одновременно несколько вопросов.Отпустить пленника с маяком и проследить за ним. Оставить его усебя и, в случае обнаружения его соплеменников, предъявить какдоказательство своих мирных намерений. Что собой представляют духитьмы; являются ли они олицетворением гаюнов или каких-томистических существ в веровании жителей Сохара; где искатьутраченный трон Шуры и чем этот артефакт является вдействительности. Обсуждались и более приземленные вопросызавтрашнего существования. Гаюнам нельзя отказать всообразительности, это сильный противник, и они обязательно возьмутпод контроль передвижение по всей территории пустыни, гдерасположены их добывающие модули. Вычислить передвижениедиверсионной группы — вопрос нескольких часов. Единственным плюсомв этой ситуации являлось то, что гаюны будут считать основной цельюдиверсионной группы — уничтожение добывающих модулей и, возможно,космодрома. Что давало возможность диверсантам найти силы,способные освободить планету от захватчиков, а что такие силы есть,они ни на секунду не сомневались. Вопрос был в том, где искать этисилы. Нужна была хорошая подсказка, озарение.

Не придя ни к каким конкретным выводам, Шаман с Самумом покинуликабину. Теперь девушка могла встать, причесаться и привести себя впорядок после сна. В ее голове беспокойно билась только одна мысль,где может находиться это место, которое является святым и находилсятрон Шуры.

Умывшись и взглянув на себя в зеркало, она забралась накомандирское сиденье машины и включила экран центральногопроцессора. Сделано это было скорее по привычке. Ей лучше думалось,когда она всматривалась в четкие линии архитектурных ансамблей изданий, что порой рождало новые мысли и линии проектируемыхсооружений. Экран высветил текст на непонятном языке. Скорее всегос ним работал Шаман. Она пощелкала кнопками клавиатуры, но не нашланичего лучше, как остановить появляющуюся информацию на картепустыни. Здесь хоть были какие-то линии, упорядоченные значки. Мозгархитектора провел аналогию, которая медленно вплыла в сознание.Карта огромной, растянутой на тысячи километров местностипостепенно сузилась в голове профессионала до карты города, накоторой значки превратились в отдельные здания, а расстояния междуними — в кварталы и площади. Архитектура города Сирене непонравилась, и она мысленно стала передвигать знаки, пытаясьупорядочить их расположение, придать видимой картине какую-тогармоничность.

«Вот здесь можно создать промышленную зону, если немногопередвинуть два этих значка, — мысленно разговаривала сама ссобой Сирена. — А если немного сдвинуть этот и этот, тооткроется дорога к центру. Центр. Это дорогие магазины, офисы,место нахождения мэрии. Здесь должны быть достаточно широкиедороги, так как сюда стремится много людей. Пути их выдвижения сюдадолжны быть удобны». — Сознание плыло в полусне, упорядочиваякартину города, но вдруг взволновало проектировщика. В увиденнойкартине, нарисованной воображением, было что-то важное. Этоподсознание, не отключаясь ни на минуту от поставленной мозгузадачи — найти святое место, подавало сигнал, что решение есть,решение рядом.

Девушка очнулась. Перед ее взором опять была карта пустыни схаотично разбросанными значками модулей и оазисов. Но в головебилась настойчивая мысль, центр города, центральная площадь,хорошие дороги, свободный доступ. На карте перед глазами ничегоэтого не было. Секунду поразмышляв, она быстро застучала пальцамипо клавиатуре. Отметки модулей исчезли. На карте остались какие-тонеизвестные значки и отметки оазисов. Картина не складывалась.Архитектор расфокусировала зрение и еще раз взглянула на карту.Стоп. Теперь в этом что-то было.

«Если это центральная площадь, — мысленно проговаривала онапро себя, — то почему она пуста. Вот эти несколько значков,которые фактически ее создают, располагаются в форме почтиправильного круга. Что это за значки? Если предположить, что этоздания, окружающие площадь, то площадь слишком большая, а ведь онидолжны что-то окружать. А если раньше было что окружать, а теперьнет», — мелькнула мысль.

Она вспомнила подслушанный разговор нетрацев. Жители Сохара несохранили трон Шуру. Духи тьмы захватили трон. Раньше сохраняли, атеперь нет. Что изменилось? Появились духи тьмы. Если предположить,что духи — это гаюны, то все становится понятным. Гаюны захватилисимвол веры и разрушили святое место, храм или что-то там еще.Карта получена от них. Зачем на своей карте они будут делатьотметку того, что уничтожено, чего нет.