Волки пустыни

Глава 5

Когда утром Сирена открыла глаза, Шамана сзади на ящиках уже небыло. У соседней песчанки возился Колдун, что-то закладывая вгрузовое отделение. Выскочив из кабины, она достала фляжку,сполоснула одной рукой лицо и, взглянув в зеркальце, быстрымдвижением расчесала короткие волосы.

— Долго спите, мадам, — приветствовал ееинженер. — Начальство приказало бросить что-нибудь на зуб ивыдвигаться.

— А где остальные?

— Теперь началось. Пошли вперед пешком. Им, видишь ли, надопрочувствовать энергетику местности.

— Тогда вперед.

— Ну вперед так вперед, — ворчливо проговорил Колдун,забираясь в кабину своей машины.

Они дружно снялись с места ночевки, и Сирена, пропустив впередпесчанку более опытного водителя, пошла за ним, уравнявскорость.

Шамана с Самумом они заметили издалека. Диверсанты стоялиспинами друг к другу, широко разведя перед собой руки.

Машина Колдуна, не дойдя до них метров триста, опустилась наначинающийся раскаляться камень. Сирена сделала то же самое.

— И долго они так будут сканировать? — вполне серьезноспросила она.

— Что, поверила после вчерашнего легкого переполоха впесчаного беса? — спросил, усмехаясь, Колдун. — Сколькопонадобится, столько и будут. Командир знает, что задерживаться нетсмысла. Поешь пока.

Действительно, на границе степи и ущелья они задержалисьненадолго и вскоре вновь быстроходные машины начали выписыватьзмейку между горбами барханов, обходя их то справа, то слева. Когдадо утопленного вчера транспортника осталось не более пятикилометров, Шаман приказал Сирене, сидевшей за управлениемпесчанки, остановиться.

— Перехват перехватом, — сказал он остановившемусярядом Колдуну, — но подстраховаться не мешает. Вы — вправо, мы— влево. Пройдемся вокруг точки. Не торопитесь, слушайтевнимательно.

Машины разошлись и, включив биолокаторы и чувствительныедатчики, улавливающие работу электро- и радиооборудования, пошли покругу. Засады не было. Они не обнаружили даже следов пребывания наместе катастрофы спасательной команды. Она, по всей видимости, дажене высаживалась.

У инженера все было готово. Опустив шланг в горловину почтипустого бака, Колдун другой его конец, оканчивающийся длиннымметаллическим конусом, отнес метров на пять от машин и,определившись, опустил его в песок. Поддерживая шланг, он отошел напару метров и нажал кнопку на пульте дистанционного управления,который держал в руках. Конус завибрировал, его очертания сталиразмываться, и он провалился в песок, на глубине пяти метровнаткнувшись на емкость с тиналом, установленную на транспортере.Выдвинувшийся из него бур пробил ее стенку, погрузившись втемно-коричневую жидкость, и насос, жадно засасывая, погнал кровьвойны в пустые баки песчанки.

Заправка заняла не более получаса, и, когда она закончилась,инженер присоединил к вынутому из бака машины концу шланга баллон сжидким пластификатором. Жидкость под давлением рванулась в емкостьс тиналом и, коснувшись его, скоагулировала, образовав в местепробоя пластиковую пробку, не дающую песку осыпаться внутрь.

— Можно трогаться, — сообщил Колдун, захлопывая крышкугрузового отсека, после того как песчанка вытянула шланг с глубиныи он был убран.

Машины поочередно прошлись над местом заправки, заметая следы, ивстали на курс к ближайшему оазису. Сегодня диверсантам предстоялтяжелый день наблюдения и поисков в испепеляющей духовке пустыни,высасывающей из тел каждый грамм жидкости.

Первый же посещенный оазис подтвердил худшие опасения Шамана,высказанные в ущелье. Было ли это приказом командования, желающегосоздать мертвую зону вокруг добывающих модулей, или сыграла своюроль патологическая жестокость гаюнов, но зрелище было страшным.Оазис был уничтожен полностью. На момент появления карателей в немпроживало, судя по площади, не меньше двух тысяч человек. Четыреимевшихся колодца были взорваны. Деревья и другая растительностьсначала были обработаны дефолиантами, а потом сожжены огнеметами,так же как и легкие жилища аборигенов. Не сдерживаемая никакимифакторами пустыня уже почти поглотила цветок наслаждения, такпоэтично называли оазисы на Смекте. Кое-где из-под тонкого слояпеска выглядывали выбеленные ветром и лучами Хохайя, изгрызанныеволками пустыни кости человеческих скелетов.

Диверсанты не были впечатлительными людьми, но эта массоваябойня беззащитных жителей заставила их сжать кулаки. Шаман даже неприказал высаживаться, а молча дал сигнал Сирене, сидевшей зауправлением, продолжать движение.

Когда машины покинули скорбную территорию, Самум просигналил —просят остановки.

— Здесь была жизнь, — подойдя к приоткрытому фонарюкабины, проговорил он. — Может, остался Хоп-ша.

Шаман молча кивнул и выбрался со своего места на песок. Обанетраца поднялись на ближайший бархан и сели плечом к плечу на еговершине, откуда прекрасно просматривались мертвые стволы цветканаслаждений.

— Кто это Хоп-ша? — спросила Сирена у Колдуна.

— Дух оазиса, — ответил тот. — Его наверняка тутнет. Но если его позвать и он почувствует, что нужен в этом месте,то вернется.

— И что он может сделать?

— Поможет воде вернуться в колодцы. Оживит не погибшиесемена и корни. Удержит от наступления пустыню.

— Ты говоришь так, как будто знаком с ним и видел, как онэто делает.

— Я видел оживающие оазисы, в которых не было людей. Еслитебе не нравится слово Дух, замени его словом Природа илиВсепобеждающая природа. Придут люди и помогут духу природы оживитьэто место. Злые духи, как само зло, приходят к людям и уходят, адобрые всегда с людьми.

Такого объяснения от инженера Сирена не ожидала.

«Нахватался, — мелькнуло у нее в голове. — А может, онтоже нетрац, только скрытый. Вызовет дух машины, и тинал непотребуется», — усмехнулась она про себя, но вслух ничего несказала.

Вскоре Шаман с Самумом спустились с бархана, и вездеходы вновьзамелькали между песочных волн, как хищные барракуды над дномокеана.

Осмотр второго оазиса обогатил группу двумя глиняными дощечкамис нацарапанными на них письменами. В остальном картина полностьюповторилась. Гаюны выжигали и убивали все вокруг.

К месту, отмеченному на карте непонятным значком и, по мнениюСамума, являющимся домом отдыха для смен с добывающих модулей,группа подбиралась осторожно. Там должна была быть хорошая охрана инеизученный рельеф местности. Так в действительности иоказалось.

Постепенно песчаные горы стали ниже, а их скаты более пологими,и, наконец выглянув из-за бархана, машина Колдуна пошла заднимходом. Пески кончились. Начиналась степь. На горизонтепросматривалась довольно длинная полоса деревьев, зеленеющихлиствой. Двигаться дальше по открытому пространству было в высшейстепени безрассудно. Обе песчанки взобрались на скаты ближайшихбарханов и, выдвинув перископы оптических систем, стали изучатьраскинувшееся впереди пространство. Рельеф местности не позволялприблизиться к объекту наблюдения незаметно, но оптика дала ответына некоторые вопросы.

Впереди среди деревьев располагался лагерь гаюнов. Двухэтажныесборные казармы, ангары и даже играющие у колючей проволоки в рейнгаюны были отчетливо видны. Немного левее вне зеленой зоны в первыймомент оставшиеся незамеченными были видны строения другого рода.Низкие бараки, палатки и навесы, охваченные двумя рядами колючейпроволоки, сетчатым забором, и вышки под плоскими крышами, наплощадках которых разгуливали часовые. Вне всяких сомнений, это быллагерь, куда согнали местное население. Аборигены сидели и лежали,частью прямо под открытым небом, а между ними перемещалисьдети.

Понаблюдав примерно с час, Шаман приказал уходить обратно впустыню.

— Наша цель — лагерь, — поставил он задачу. — Намнеобходимо сместиться в ту сторону, — он махнул вдольбарханов. — Там пески подходят значительно ближе. Изучайтесистему охраны. Обращайте также внимание на поведение аборигенов.Попробуем установить их лидеров в этом лагере. Эти люди нам инужны. Думайте, как можно проникнуть в лагерь и выйти оттуда, нерастревожив этот муравейник. Если ничего не придумаем, то придетсяидти по кромке пустыни, пока не найдем хотя бы одного бекши иличурагу. Это на местном вождь и очищающий, — пояснил он Сиренеи Колдуну. — То ли шаман, то ли врач. Найдем, разберемся.