Страница 61 из 69
– А вот падение давай в следующий раз отрепетируем. Сейчас мне и этого хватило.
Он шагнул ко мне.
– Ну, раз я стал спасителем прекрасной воительницы, то, наверное, имею право на поощрение?
– Если не ошибаюсь, то поощрение ты уже получал дважды... авансом.
– Три – счастливое для меня число. – Улыбнулся он. – К тому же, если не ошибаюсь, поводов и раньше хватало. Если их все припомнить...
– Значит, сейчас нужно компенсировать их все? – Я лукаво, сверкнула глазами.
Дарвэл, уже превращающийся из сокола в человека, нежно поднял мою голову к себе...
У меня мелькнула робкая мысль: «А может, он будет из моего мира и времени?»
Но я не стала переспрашивать. Тем более, что было немного не до того...
... Через несколько минут (а несколько – понятие растяжимое), Дар отпустил меня. Я глубоко блаженно вздохнула. Похоже, к «поощрению» он подошёл вполне серьёзно.
Раудког, вновь «оперившийся» , нежно провёл ладонью по моей щеке и перевёл взгляд на отдыхающего Родю, единственного свидетеля моего маленького, но такого большого счастья...
– Странно, – вдруг озадачено проговорил он, – твой родрон вроде бы никогда плохо ко мне не относился. С чего бы вдруг сейчас такая вспышка?
– Может, в воздухе принял тебя за соперника? – я пожала плечами, улыбаясь своим мыслям.
Ну не говорить же ему, что у меня самый хороший и нежный Родя из всех, и что к нему – то есть Дарвэлу – он относится крайне положительно, и что... ну, в общем, он самый послушный, так что достаточно порой незаметного движения рукой или ногой, чтобы он понял твою команду. А ведь как порой хочется девушке ощутить себя спасённой благородным другом...
Ну, думаю, по-крайней мере женская половина читателей меня поняла.
Вслух я, естественно, этого говорить не стала. А зачем? Ой, вот только не надо читать лекций о женском коварстве!
Дар поднял глаза к лунам.
– А знаешь, – вдруг сказал он, – я давно хотел кое-что тебе показать. Или точнее... ну, я надеюсь, ты услышишь сама.
Я удивлённо подняла брови.
– Услышу? Что?
– Я заметил это ещё очень давно. – В его голосе появилась мечтательная задумчивость. – Иногда... иногда, если очень постараться, под звездным небом, на котором видны обе луны, можно услышать голос Силмирала.
– Голос Силмирала? – тихо проговорила я.
Мрадразз кивнул.
– Я не знаю, как объяснить... Ну, лично я первый раз услышал его, когда просто любовался небом и не думал ни о чём.
Я задумалась. Просто любоваться? И не думать? Медитировать, что ли? Просто с открытыми глазами?
Ну... вообще-то раньше у меня это получалось неплохо. На уроках особенно успешно.
Я взглянула туда, где, светясь серебром, над горизонтом нависла Багита... или Альфи? А, не важно...
Почти сразу на душе стало спокойно. Эх, а я-то не верила Ленте, советовавшей мне для успокоения души чаще смотреть именно на луну...
Тихо подошёл Дар и положил руки мне на плечи.
– Дар, – не отрывая взгляда, процедила я, – ты мешаешь...
– Всё, ухожу...
– Только не далеко.
Я поймала себя на мысли, что опять отвлекаюсь, и замолкла.
Но получаться перестало. Я уже почти отчаялась, как...
Сначала мне показалось, что засвистел ветер. Нет... засвистел – слишком грубое определение. Ветер запел...
А вслед за ним запел и Силмирал. Более красивой, нежной, волнующей музыки я не слышала никогда. Я даже не заметила, когда мелодия подтолкнула меня в спину, подбросила мне руки и запрокинула голову...
С такой самоотдачей, с таким удовольствием, восторгом и вдохновением я не танцевала ещё никогда. Словно у меня появились крылья...
Я не знаю, сколько это длилось – минуту, десять или час. Я помню только, что музыка вдруг на самой щемящей ноте оборвалась, а я остановилась, как вкопанная, встав на цыпочки и раскинув руки, пытаясь отдышаться от счастья...
Когда я наконец обнаружила в себе силы подняться и обернулась, моему взору предстала замечательная картина. Дар и Родя сидели на земле, одинаково уронив челюсть и округлив глаза, в которых отражался мой танцующий силуэт. Оба не шевелились, даже, по-моему, не дышали...
– Эй! – я даже забеспокоилась. – Вы живы?
Ноль эмоций, и в три раза больше реакции.
На какую-то минуту я почувствовала себя прекрасной эльфийкой, невольно явившейся охотнику и его псу, до этого абсолютно не верившим ни во что, хоть краем выходящее за пределы скучного мирка под названием Земля. Хотя, пожалуй, Родя больше тянет на коня, а не на собаку...
Я подбежала к ним. Помахала ладонью перед двумя счастливо прибалдевшими мордами... Потом плюнула на церемонии и сперва наступила на хвост родрону, потом вручную захлопнула клюв Мрадраззу. Оба вздрогнули, после чего Родя... гукнулся на спину в глубокий обморок (причём я отметила, что и в обмороке у него невероятно счастливое, а оттого ещё более глупое выражение чешуйчатой морды), а Дарвэл медленно поднялся на подкашивающихся ногах.
– Ней... я... – голос его звучал хрипло, но это не могло скрыть слышимого в нём благоговения. – Я... уже сказал... Ты...
Он напоминал пьяного и, в соответствие образу, не мог связать и двух слов. Я поняла, что привести его в себя можно лишь одним путём. Поэтому я притянула его голову к себе, и...
Сокол вздрогнул, и неуверенно обнял меня... Впрочем, потом неуверенность куда-то испарилась, поэтому я даже при желании не могла бы сама освободиться.
А, впрочем, зачем?
– Слушай, что же с вами случилось? Ну не могла же я так хорошо танцевать, чтобы ввести вас в такой ступор? – укоризненно поинтересовалась я, после того как посчитала «лечение» достаточным.
Раудког нежно повёл ладонью по моим волосам.
– Ты недооцениваешь себя. – Проговорил он. – То, что я сейчас видел, было бесподобно...
– Да ладно тебе – бесподобно... – я попыталась изящно высвободиться из его объятий, но Дар удержал меня. В его глазах вдруг появилась болезненная серьёзность.
– Нейра, ты... ты действительно хочешь уходить?
Сердце у меня в груди дрогнуло и упало в глубокий обморок. В самые пятки. Значит, он знает...
– Дар, я... – голос звучал хрипловато. – Это не мой мир. Я не могу здесь оставаться...
– Но почему? – его голос звучал очень тихо, отчего мне становилось ещё хуже. – Ты сказала, что должна... должна перед кем?
Не в силах больше терпеть его взгляда, я вырвалась и, отвернувшись, обхватила плечи руками.
– Перед родными. Друзьями. Не Силмиралом, а другим миром, своим...
– Ней...
– Не надо, пожалуйста. – В моём голосе неожиданно для самой меня появились умоляющие нотки. – Я уже приняла решение, и не изменю его. Не надо терзать меня...
Когтистые пальцы осторожно коснулись моей руки. Я вздрогнула, но не оглянулась.
– Что ж... Может быть... Может быть ты права. Но... тогда я пойду с тобой.
Я чуть повернула голову.
– Ты... серьёзно?
Я не видела, но поняла, что он кивнул.
Обратно возвращались в молчании.
Мрадразз из-за моей спины правил Родей, а я, откинувшись на него, тупо смотрела в небо.
Мыслей не было. Кроме одной: это, наверное, последние наши минуты вместе...
Пригревшись, я так и задремала у него на груди. Под стать спавшему почти под ноль настроению были и сны. Серые, тоскливые, как затяжной дождь...
Но как будто не только сны, как будто всё меня окружающее подверглось моему настроению.
В лагере было необычайно тихо. Редкие прохожие были молчаливы и задумчивы... Я шла прощаться с Ворлоком.
Расставание вышло коротким. Когда я вошла в шатёр, волк, глубоко задумавшись, сидел на полу. На шелест шагов он поднял голову и встал с пола. Посмотрел мне в глаза.
– Желаю тебе там счастья, рыжая.
Я глубоко, судорожно вздохнула.
– Ворлок...
– Не надо. – Отрезал он. – Иди.
– Ворлок, – я шагнула вперёд, сжав кулачки. – Я прошу тебя, не... обижайся! Мне правда жаль, но...
– Я всё понимаю. – Через несколько секунд глухо проговорил он. – И поэтому не отговариваю тебя. Для меня ты всегда останешься второй дочерью...