Страница 60 из 69
Во-третьих... что если Эсприт ошибся? Впервые? И те, кто пройдут туда, не изменятся? Как бы не сложилась ситуация, они могут... нет, они наверняка погибнут.
Я молчала. Ворлок прав... прав везде. Но почему же я всё равно не до конца принимаю этот вариант? Быть может, он скажет что-то ещё?
– Ты хочешь знать, почему я не хочу возвращаться. Я отвечу. Потому что я не сошёл с ума.
– Лента?.. – тихо спросила я.
Он кивнул.
– Да. Она не уйдёт, я знаю это точно. А я не оставлю её.
И вновь молчание. Какая-то неторопливая беседа выходит...
– Нейра, ты знала, что дети в Силмирале не имеют звериного облика?
– Да я знаю. Но увидела я это лишь случайно, когда мы шли на приступ Дорганака. До этого же, я лишь сейчас с удивлением это осознаю, я не видела ни одного ребёнка...
Волк кивнул.
– Да. Быть может, это потому, что у детей ещё нет определённо сложившегося характера. Когда же он появляется, тогда и появляется первая шерсть и первые клыки.
– Между прочим, это не только в Силмирале. – Заметила я, и на непонимающий взгляд мастера, пояснила. – Многие люди очень похожи на каких-то зверей. Но в подростках это заметно лучше. Жестоких, независимых... Уже сильных и сознательных – если можно так сказать – но ещё не имеющих достаточно опыта, чтобы не использовать эту силу во зло, и поэтому кидающихся на всех: родителей, дружков-неудачников и просто неудачников – бомжей и нищих. Сколько уже погибли не от голода-холода, а от жестокости дворовой ребятни...
– Ты размышляешь практически, как взрослый. – Заметил он. – Но я сейчас говорю не о жестокости, а о чём-то прямо противоположным. Ты, я думаю, ещё не знаешь, но мы с Лентой тоже видим друг друга в настоящем облике.
– Я знаю, – не подумав, подтвердила я. Брови Ворлока поползли вверх, и я торопливо пояснила... признавшись первый раз кому-то, кроме себя, – потому что... я тоже не сумасшедшая.
Во взгляде мастера мелькнуло удивление. Он наклонился ко мне.
– Вот как? Но я... я всё же надеюсь, что Дарвэл не солгал мне, пересказав события той ночи. И происхождения царапин у него на щеке.
– Ворлок, – я не сдержалась от укоряющей нотки в голосе, – ну как вы могли подумать?
Гаудон откинулся назад.
– И ты... всё равно хочешь уйти? – через минуту спросил он.
– Да. – Я не стала юлить. – Я... я не могу объяснить... но я должна вернуться домой. Просто должна. Просто знаю.
Волк вздохнул.
– Что ж... мне очень жаль. Но это твой выбор, и я не буду препятствовать ему. Только... только, может быть, попрощаешься с Лентой?
– Я не знаю, когда закончатся переговоры. – Тихо проговорила я. – А портал может закрыться очень скоро.
Волк наклонил голову.
– Что ж... Это твой выбор. – И, не сказав больше ни слова, он поднялся и вышел.
Глава XVI.
После того, как ушёл Ворлок, я тоже не стала рассиживаться. Выйдя на улицу, я думала застать там Дарвэла, но его рядом не было. Пожав плечами, я пошла за тем, чем хотела заняться ещё часа два назад – позавтракать.
Затем мне предстояло не самое лёгкое дело – нужно было рассказать Трессе и Эсприту, а также кое-кому из друзей-Кародоссов, о своих планах. О том, что скоро я уйду в Каурул, и не вернусь...
Кстати, сначала я хотела переговорить об этом с Даром, но он как сквозь землю провалился. А вот когда он совсем не нужен...ну, или не совсем нужен, появляется, да ещё и настойчиво требует моего внимания!
Закон подлости – что сказать?..
Эсприт успокоил меня. В смысле, насчёт времени. Он сказал, что порталы «живут» как минимум два дня. Вот и отлично. Сегодня я хотела бы ещё побыть здесь...
А вот когда я говорила с Потапом, выяснилось кое-что очень неприятное.
Ботаг, которого для сохранности взяли с собой, неизвестно как освободился сам и освободил бунтовщиков. И хотя почти всех перебила стража, но он и Грейс ухитрились сбежать.
Ну вот как уходить, если без тебя сейчас всё к чёртовой матери разваливается?
А если серьёзно, то я даже для самой себя не могла найти веской причины, чтобы не остаться. То, что я из другого мира – самая последняя и самая смешная. Родители? У них есть я другая. Надеюсь, они всё ещё ладят...
Тогда что?
Не знаю. И всё равно завтра уйду.
Этим же вечером я всё же застигла Дарвэла. Но говорить не о чём не стала. Пока...
Дождалась, пока он уляжется, и стопроцентно заснёт, тихонько отвела Родю в поле и на нём полетела к лесу.
Нет! Я не убегаю! Я уже сказала, все дела будут только завтра! А сегодня... а сегодня я хочу в последний раз насладиться тем, чем Силмирал наделил всех и в избытке: свободой. Свободой действий, свободой передвижения... свободой чувств.
Именно всё вышеперечисленное сильнее всего ощущается в полёте на спине огромного, давно вымершего ящера, когда над тобой рассыпаны миллиарды звёзд и две луны освещают тебя и твой путь...
Где-то на середине пути я снизилась и пустила родрона лететь почти касаясь когтями земли. И именно тогда я услышала странный шорох, как будто бумажный шелест.
Шелест крыльев.
Я убью его!!!
Что ж... теперь я знаю, что если резко дёрнуть на себя поводья и одновременно ударить крылатого коня ногами в бока, он совершит мёртвую петлю. А-а-а!
Как я не вывалилась – ума не приложу! Но зато Родя перевернулся и предоставил мне возможность почти нос к носу... пардон – к клюву, столкнуться с Раудкогом.
– Ты знаешь, что я с тобой сейчас сделаю? – негромко, с каким-то сочувствием процедила я.
– Знаю. – Кивнул он. – Но только после того, как вернёмся в лагерь. Летать-то ты летаешь, но складывается впечатление, совсем не глядишь вокруг. А если тебя съедят, Ворлок меня живьём похоронит...
– Уже забыл? Я тебя раньше. – Фыркнула я, уже не испытывая никакого раздражения.
– Ну значит откопает и закопает снова – головой вниз. – Пожал плечами Дар.
– Слушай, а всё-таки что он тебе сказал, что ты ходил такой шёлковый? – поинтересовалась я, разворачивая Родю к лесу.
– Сказал, что если с тобой по моей вине хоть что-нибудь случится, он из меня чучело сделает. – Хмыкнул он, пристраиваясь рядом с родроном. Не сказать, что тот был рад такому соседству. Выражалось это в том, что он время от времени то нырял к самой земле, то резко взмывал вверх, пытаясь задеть Мрадразза крылом.
Я, не удержавшись, улыбнулась.
– Ну, это он поспешил. Прежде меня до тебя никто не докопается.
– Значит, – подвёл итог он, – если мне надоест жить, нужно держаться поближе к тебе? Ну тогда я готов.
– Разбежался. – Я усмехнулась, показав клыки. – Сперва я тебя помучаю!
– Интересно, в какой форме это будет выражаться? – сощурился сокол.
– Ну, – лёгкое пожимание плеч, – я ещё не придумала. Но ты не беспокойся – фантазия у меня богатая.
Уж не знаю, чем Родьке не понравился Дар, но он раздражённо взвизгнул и рванул вперёд, чуть не выбросив меня из седла. Я едва успела накрутить поводья на ладонь и наклониться вперёд.
Раудког сперва исчез позади, но уже через минуту шелест крыльев возвестил, что он приближается. Моя «коняшка» с таким положением дел была исключительно не согласна, и поэтому вошла в целую серию поворотов, кульбитов, пике и резких разворотов. Меня мотало из стороны в сторону, я всеми силами цеплялась за гладкую шкуру, обхватив его руками и ногами.
У самого леса Мрадразз пропал из виду. Ввиду этого, Родя несколько умерил пыл... и тут Дарвэл приземлился в седло прямо позади меня и, перехватив поводья, стал осторожно усаживать разбушевавшегося ящера. Я в это время сидела вполне довольная, облокотившись на него и пригревшись в таких вот «объятьях» .
Родя тряско опустился на землю и, переминаясь с ноги на ногу, улёгся.
– Ух ты! – выдохнула я. – Ничего себе полётик вышел! Удивительно, как я тоже не полетела... только не вверх, а вниз, как поётся в одной песне.
– Да я бы и тогда тебя поймал. – Обернулся сокол.
Я спрыгнула на землю и насмешливо улыбнулась на это заявление.