Силмирал. Измерение

Отчаявшись, я было скинула плащ и напряглась для прыжка, как по воде побежали пузыри и эта сволочь с сияющим лицом вынырнула, держа что-то в лапах.

Я резко затормозила, чтобы не полететь прямо ему в объятья, и, взвизгнув, как могла, прикрылась руками, как Венера с картины Боттичелли.

– Нейра, я... эй, а что это ты?

Я зарычала. Обратив, наконец, внимание, на то, что застал меня в не слишком удачном положении, он смутился – совсем немного! – и тактично отвернулся. Я с горящими ушами быстро подобрала плащ и стала оглядываться в поисках предмета потяжелее. Не знаю, каким местом этот пернатый почувствовал моё настроение, но он чуть повернул голову и неуверенно спросил:

– Ней? Ты всё? я могу выходить? А то не мешало бы погреться...

– Я сейчас тебя согрею... – свирепо зарычала я, взвешивая в горсти камешек... один из нескольких. – Я тебя и согрею, и огрею! Мало не покажется!!!

Тут уж он обернулся! Обернулся и еле успел увернуться от меткого броска. Ещё и возмутился:

– Нейра! Я не самая подходящая мишень! Прекрати!

– А я так не считаю! Ты что же, гад, предупредить не мог?!

От второго и третьего снарядов, пущенных друг за другом, он еле увернулся.

– А ты что, подумала, я утонул? Ай! – четвёртый камешек скользнул вдоль виска. Сокол зашипел. Я не стала выдавать подобных звериных звуков, только процедила пару нелестных эпитетов и замахнулась снова.

Тут до него дошло, что я серьёзно рассердилась и просто так не отстану, и он, смешно подпрыгивая, попытался прорваться к противоположному берегу. Я запустила напоследок ещё один снаряд ему между лопаток и, победно фыркнув, направилась к костру. Где, наконец, с удовольствием уселась около тёплых язычков пламени. Обычных, алых, совсем не таких, что в замке Мрадразз...

– Нейра? Я сдаюсь... не знаю, почему ты опять разозлилась, но я извиняюсь! – высунулся из противоположных кустов клюв Дара. – Можно мне погреться?

– Ах, ты не знаешь... – я стала приподниматься, и клюв исчез. Но я уже оттаяла. Во всех смыслах. – Ладно, я сегодня добрая. Садись, грейся...

Клюв появился опять, потом настороженные глаза, а потом и весь Раудког. Он опустился около костра, не сводя с меня настороженного взгляда и продолжая держать что-то двумя руками. Я подняла на него глаза.

– Ну?

– Что? – не понял он.

– Р-р! – оскалилась я.

– Ладно, ладно! – он поднял руки, сперва положив около себя загадочную штуку, которую он успел где-то подобрать. – Только всё-таки может скажешь мне, необразованному, в чём я провинился на сей раз?

– Подло подкрался, не предупредив – раз! Изобразил утопающего и напугал меня до... бешенства, – хотела сказать «до смерти» , но для него это слишком щедро, – два! Убегал от справедливого возмездия – три!

– Ну ты ко мне придираешься! – аж обалдел от моей непроходимой наглости он.

– Я придираюсь?! – возмущённо ахнула я. – ну, знаешь ли... А, ладно... – я махнула рукой. – Всё равно тебя не исправишь. Ну, давай, показывай, что у тебя там.

Дарвэл сперва хотел оскорбиться, но передумал. Поднял перед собой находку – достаточно большой, насыщенного бронзового цвета камень гладкой овальной формы. Большой, я не смогла бы и половину его закрыть двумя растопыренными ладонями

– Ух ты! – от любопытства я даже подалась вперёд. – Ты где такую цацку нашёл?

– На дне. – Признался он, разглядывая камень. – Я поэтому и нырнул, что увидел его и заинтересовался. Я даже не предполагал, что ты так взъерошишься.

– Ладно, забыли. Лучше дай посмотреть поближе...

Мрадразз хмыкнул и протянул мне его над костром. То ли я схватилась слишком резко, то ли он не выдержал тяжести, но рука Раудкога вдруг нырнула вниз. Дар, сердито вскрикнув, отдёрнул обожжённую конечность и невольно выронил находку в огонь. Та тяжело упала, подняв сноп искр. Сокол, шипя, тряс ладонью.

– Ой, извини! – я вскочила и кинулась к нему.

– Ладно, не страшно... – махнул головой он, но всё же не удержался от замечания. – Только можно было быть и поосторожнее!

– А можно было и не тянуться, а обойти и дать в руки. – Насупилась я.

– А можно было самой подойти и взять! – не оставался в долгу этот клювастый.

Я хотела было продолжить дискуссию, но нас отвлёк оглушительный треск. Он раздавался из костра.

Мы замерли как мышки и испуганно воззрились в пламя. Камень, лежащий в угольях, вёл себя, мягко говоря, странно. Он скрипел и шатался.

А огонь... вдруг стал тухнуть. Язычки пламени укорачивались, пока не исчезли совсем.

Треск повторился, уже громче, так, что мы вздрогнули. По камню побежала трещина... ещё одна...

У нас с Даром просто отвисли челюсти, когда верхняя часть вдруг откололась, и изнутри высунулась очаровательная мордашка покрытая золотой чешуёй.

– Чир-рл! – удивлённо курлыкнула она, разглядывая нас.

Потом недовольно заерзала, и остаток скорлупы бронзового яйца развалился на две половинки. Маленькая ящерка, длиной от носа до кончика хвоста где-то с полметра, шлёпнулась на спинку на тлеющие уголья.

– Осторожно, обожжёшься! – невольно воскликнула я.

Вместо ответа новорождённый так смешно заколотил лапками по воздуху, что я, не выдержав, расхохоталась от души.

– Что это? – напряжённо спросил Мрадразз. Он не смеялся, довольно враждебно глядя на маленького зверя.

Я даже не сразу поняла, что вопрос, вообще-то, обращён ко мне.

– Ты у меня спрашиваешь? – я покосилась на него. – Вообще-то это ты у нас спец по лесной флоре и фауне!

Он покачал головой. Я пренебрежительно хмыкнула и смело шагнула к мигом насторожившейся рептилии.

– Стой! – я удивлённо обернулась. Дар вскочил, здоровой рукой ухватившись за оружие. – А если это существо опасно?

– Брось! – фыркнула я. – Маленькие никогда опасными не бывают.

Я присела на корточки и, всё же с некоторой опаской, протянула вперёд ладонь. Ящерка обнюхала её, а потом... вдруг стала ласкаться, как кошка. Такая же гибкая, с длинным хвостом, парой рожек и странным украшением на голове, похожим на крылья летучей мыши, она была очаровательна. На спине, в районе лопаток, у неё выделялось два костяных бугорка, а всё её тело было покрыто чешуёй, сверкавшей, как расплавленное золото.

– Похоже, он посчитал тебя за маму. – Насмешливо хмыкнул подошедший Раудког. Мне показалось, что в его голосе мелькнуло смущение за свой страх.

– Ну и ладно. – Пожала плечами я и повернулась вполоборота к нему. – Ты считаешь, что это «он» ?

– Ну я даже и не знаю... – сокол сперва задумался, но потом нахмурился. – В любом случае, его надо оставить здесь.

– Это ещё почему?! – я вскочила. Маленький ящер, чирикая, беспокойно заметался у моих ног. Краем глаза я отметила, что его лапки расположены не по бокам, точно у обычных ящериц, а прямо, как у других животных.

– У нас и так мало еды. Так что сегодня можешь ещё поиграться, но завтра его придётся оставить. – Сердито повторил Дарвэл.

Я подхватила попискивающего зверька на руки и с некоторой надменностью возразила.

– Я и не прошу тебя ухаживать за ним. Я вполне могу сесть на диету, и какую-то часть отдавать ему.

– Нейра! – Раудког с какой-то неожиданной злостью шагнул ко мне.

Я прижала уши, но осталась на месте. Ящер повернул голову и угрожающе заверещал на него.

– Ты ему не нравишься. – С холодком в голосе проговорила я. – Теперь отойди и не нервируй его. Я же теперь сама могу отвечать за свои поступки, и своё решение я приняла.

Дарвэл ещё с полминуты прожигал меня взглядом, потом резко отвернулся и, демонстративно не замечая меня, сталь лечить ладонь.

Я спустила с рук Блеска – так я назвала уроженца бронзового яйца за цвет чешуи – и стала заново разводить костёр.

Интересно, с чего это он так разозлился? Неужто ему так не пришёлся по душе мой питомец? Или то, что я самовольно решила его взять? Это уже ближе к истине. Но я нутром чуяла, что теперь, когда я стала для Блеска «мамой» , он теперь от меня не отвяжется. И потом... у меня никогда не было домашнего питомца. Тем более настолько экзотичного. Ладно уж, давать задний ход поздно – гордость затюкает... что будет, то будет.