Страница 36 из 69
– Ладно, на первый раз прощаю. – Хмыкнула я, старательно растянув улыбку во все тридцать два – или сколько там у тигров? – зубов. – Но в следующий могу уже и не быть такой добренькой.
Лицо Раудкога прояснилось.
– Ней...
– Пойдём назад. У меня уже желудок к позвоночнику прилип – вот и искупишь свою вину симпатичным ужином при звёздах. – Я ободряюще подмигнула. – А там и решим, куда двигать дальше...
Больше мы о прошедшем старались не упоминать. Я села лечить последствия неудачного общения с обителью Мрадразз, а Дарвэл с новыми силами накинулся на дневник. Тот томик, что он спёр из библиотеки, оказался словарём, да вдобавок и с основами английского языка. Парень он был вполне смышлёный. Несколько раз консультировался со мной по поводу неудобоваримых фраз, и несчётное количество – со словарём, но всё же я искренне надеялась, что он перевёл хотя бы приблизительно правильно. По крайней мере, утром следующего же дня мы достаточно уверенно взяли направление.
Лес, казалось, состоит лишь из трёх – ну четырёх-пяти от силы! – видов деревьев, которые при приближении к его сердцу только темнели корой и листвой. Последние дни приходилось даже включать маленький энергетический фонарик. Хотя он и привлекал всевозможных тварей, но без него Дарвэл абсолютно не ориентировался в кромешной темноте.
Чем глубже мы заходили, тем выше и толще становились деревья. Стало даже просторней, потому что самые нижние ветки располагались теперь на высоте семи-восьми метров, да и меж стволов расстояние стало значительным. Перепрыгивать с одного дерева на другое мне теперь было бы откровенно страшно. Ну что ж, зато теперь понятно, как здесь передвигаются звери величиной со слона.
Дня через четыре я заметила, что сокол стал беспокоиться. На мой интерес он ответил:
– Я вижу всё меньше и меньше годных в пищу существ, зато много тех, о ком я вообще никогда не слышал. Конечно, у меня есть кое-что на чёрный день, но, боюсь, если наша развед-экспедиция затянется, придётся возвращаться и запасаться едой.
– Мы уже прошли слишком много, – возразила я, – если пойдём дальше, рискуем уже не вернуться.
Он пожал плечами и задал мне встречный вопрос.
– Ну тогда что? Потратим ещё несколько дней и как следует набьём дичи, или...
Он замолчал, предоставляя слово мне. Но, подумав, я всё же сказала.
– Нет, не думаю, что это будет хорошо. Знаешь, мне иногда кажется, что Силмирал – живой организм, который осознано или неосознанно направляет нас. Заметь: как далеко мы зашли, нам ещё не встретилось ни одной существенно серьёзной твари... ну, я имею в виду тех, о которых ты мне рассказывал. А раз такое дело, думаю, не стоит прерывать белую полосу. Потом можем о ней серьёзно пожалеть...
Мрадразз улыбнулся.
– Любишь же ты разглагольствовать. Прям философ какой-то...
Я показала ему язык.
Как и предсказывал Дар, на шестой день мы объединёнными усилиями еле выследили молодую, видимо, заблудившуюся пантрайю. Эти звери величиной с дога напоминали обезьян с копытами.
Насыщаясь её жареным мясом, я вдруг обратила внимание, как сокол стеснительно прячет половину своей порции в рюкзак.
– Эй, ты что, есть не хочешь?
– Хочу. Немного... – не стал вилять он. – Но ты сама видишь, какие у нас проблемы с охотой. Сегодня нам повезло, завтра же вероятно придётся опустошать рюкзаки. Не волнуйся, у меня запасов хватит дней на пять сильно урезанного рациона.
– Знаешь, – я смущённо хмыкнула, – а ведь пару дней назад меня посетила такая же мысль. Поэтому еды у нас хватит на чуть подольше.
– Ну и отлично. – Улыбнулся он.
Но удача сопутствовала нам. И первый её знак появился уже на следующий день.
Мы шли уже часа четыре, время приближалось к полудню (наверное – солнце так и не думало одаривать нас хоть одним лучиком, а часами мы были обделены), когда я заметила в стороне свет.
– Дар! Что это там такое? – удивлённо заурчала я, останавливаясь и доставая из-за плеч лук.
Мрадразз напрягся, всматриваясь туда, куда я указала.
– Не знаю. И, честно говоря, не желаю узнавать.
– А я желаю. – Твёрдо заявила я, и отнюдь не из-за пустой прихоти. – А что, если это край леса? Если мы прошли его насквозь?
– Вряд ли, – возразил сокол, – тогда бы деревья стал реже. Но в чём-то ты права... Идём.
Подойдя к странно освещённому пятачку, мы так и ахнули. На небольшой прогалине меж деревьями располагалось крошечное озеро, метров пять на пять. И это вода в нём светилась мягким, зеленовато-золотистым светом. Хотя вода была кристально прозрачной, дна я не видела. Значит, глубоко. Необычно... даже очень...
– Да-ар? – я вопросительно повернулась к Раудкогу.
– Да не знаю я, что это такое! – отмахнулся он. – Сам удивлён не меньше твоего...
– Ну ладно, ты пока думай, – досадливо фыркнула я, – а я пока окунусь.
«Даже если это священное озеро Шелескенов – по барабану! Неделю без душа с такой густой шерстью... ужас!» – подумала я, разбегаясь и «бомбочкой» прыгая в озерцо. Но как только я коснулась воды, в меня словно впилось тысяча микроскопических иголок. Ледяная!
– Й-а-а-у!!! – дико взвыла я, ракетой вылетая на берег.
– Ней!? – Дарвэл бросился ко мне.
– Х-хо-о-лод-д-но... – стуча зубами, выдавила я. Обхватив плечи руками и трясясь как осиновый лист, я впервые вполне ясно представила, каково приходится так называемым «моржам» . Только в отличие от них я не получала ни капли удовольствия.
Сокол коснулся мокрой шерсти и тотчас же отдёрнул руку.
– Да ты просто ледяная статуя, только что облитая водой! – ахнул он. – А ну, давай раздевайся!
– Т-ты ч-что, с-с ума с-сошёл-л?! – возмущённо проклацала зубами я, пытаясь покрутить пальцем у виска. Но руки, как и язык, слушались плохо, поэтому мой жест можно был истолковывать по-разному.
Мрадраз страдальчески вздохнул.
– Тебе греться нужно скорее, глупенькая! Я буду разводить костёр, а ты пока закутайся в этот плащ.
– Л-ладно... Т-тольк-ко т-ты уж п-потороп-пись... – морзянкой выдала я ему в спину.
После чего – делать нечего – поймала брошенный мне плащ и посеменила в ближайшие кустики. Там я сбросила с себя всю мокрую одежду и закуталась в одеяние Мрадразза. Интересно, а зачем он ему? Крылья от дождя прятать?
К тому времени, как я вышла из своего убежища, он уже успел развести огонь.
– Ну что, ты идёшь? – окликнул он меня.
Я кивнула, задержавшись у коварного пруда, чтобы немного отжать одежду. Несмотря на то, что я долго проносила её и на себе, и, по идее, она должна была уже согреться, этого не случилось. И в первые же секунды у меня жутко озябли руки, отчего я здорово замешкалась.
– Нейра!
Я пробурчала что-то себе под нос. Не терплю, когда меня подгоняют.
А ещё не терплю, когда подкрадываются!
Уловив чутким ухом хруст ветки прямо за спиной, я резко обернулась и опрокинула его в воду... Его – это Дарвэла. Вот только поняла я это, лишь заслышав забористый русский мат, из которого узнала много нового о своей персоне.
Однако ругань почти сразу стихла. Сокол стоял по грудь в воде с таким удивлённым выражением на лице, что я прыснула в кулак. Но следующая его фраза пояснила мне его недоумение.
– Слушай, а водичка-то не такая и холодная! То, что надо!..
Я удивлённо подняла брови и усы. Пугливо полезла лапкой проверять правдивость его слов. Действительно, тёпленькая...
Раудког, оглядывающийся вокруг, вдруг ещё более удивлённо вскрикнул и исчез под водой. Сперва я даже не поняла, что случилось. Был Мрадразз – и нету. Только круги на воде.
– Дар?.. – через пару минут недоверчиво пискнула я. Подождала, послушала... – Дар!!!
Ничего и никого. Только круги по воде...
Я заметалась по берегу.
– Дарвэл, так тебя растак!!! Не надо мне говорить, что ты утонул! А ну, выныривай сейчас же, баклан несчастный!
Когда и на этот призыв никто не ответил, я испугалась по настоящему. Сама бы я уже минуту назад пузыри стала бы пускать. Ну выплывай же, килька несчастная!!!