Страница 27 из 69
– Я не говорил этого. И почему ты сказала «опять» ?
– После Дня Великой Победы вы тоже пытались «сломать» меня. У меня не возникло сомнений на сей раз, в чём причина столь внезапного вызова.
– Ты задаёшься... – Предупредил меня он.
Я наклонила голову, но ничего не сказала.
– Но не буду лгать, что твои умозаключения так уж и неверны.
Я напряглась. Он открывает карты? Странно... Значит, для себя он что-то решил...
– Я действительно подозреваю в первую очередь тебя. Ты говорила с Грейс, которая уже объявлена преступницей. У тебя есть лук, оружие, которое не должно быть у истинных Кародроссов. Ты очень ловка и хитра. Но это всё догадки. А выяснить, правдивы они, или нет, очень легко.
Он встал и громоподобно рыкнул.
– Ботаг!
Я зло прижала уши. Обернулась.
Начальник стражи, а вместе с ним ещё два огромных пса сторожевых пород.
– Ожидаем ваших приказаний, Правитель.
– Сообщение Мрадраззам было послано с передатчика, украденного из технической лаборатории. Сигнал, как и все другие, получаемые и отсылаемые, засекли, и по нему было определено: прибор в стенах Дорганака. Тот, кто отправил сигнал, не избавился от передатчика. Нейра, – он на минуту повернулся ко мне, – у тебя есть последний шанс. Если его найдут в твоей комнате, тебя ждёт смертная казнь. Если ты признаешься, она будет лёгкой.
При упоминании того, что меня, возможно ожидает, меня замутило. Но я нашла в себе силы взглянуть в проницательные глаза льва и твёрдо ответила:
– Я ничего не совершала.
Рефьол сел.
– Ботаг, идите вместе с Нейрой в комнату девять-девяносто два и обыщите всё там. Возвращайтесь с результатами... или без них.
По пути от квортала к своей комнате у меня на душе кошки скребли. Большие и с железными когтями. В настолько поганую ситуацию я попадаю впервые...
Хотя... что я волнуюсь? Я же и вправду ничего не совершала. Рефьол останется с носом. Если... если только он так уверен не потому, что точно знает итог обыска.
Значит меня... подставили?
Перед моей дверью Ботаг приказал:
– Вы останетесь здесь. Я сам обыщу её вещи... в её присутствии.
Когда дверь за нами закрылась, он обернулся ко мне и с самой препоганейшей улыбкой достал откуда-то из-за пазухи прибор, очень похожий на плеер, на котором горела красная лампочка.
– Ай-яй-яй, – насмешливо покачал головой он, – как не стыдно... Предавать своих, выдавая секреты врагам...
У меня перехватило дыхание от ужаса. Сейчас он позовёт своих охранников, и...
– Что ты так побледнела, киска? – продолжал издеваться он. – Страшно, да? Это тебе не плеть... Это во много раз хуже... Предателей вроде тебя, убивают энтропической энергией. Ты ещё живёшь минуту, пока в твоих жилах сворачивается кровь, а шкура обугливается...
За шиворот мне как будто бросили горсть льда.
– Ты... ты подонок... – еле слышно проговорила я.
– Что-что? – он прищурился. – Ты следи за своим язычком, милая. Мне стоит сказать одно слово, и для тебя жизнь закончится. Здесь даже твой защитник, Ворлок, ничего не сделает.
– Так почему же ты не говоришь этого твоего слова? – я постепенно начала осознавать, что, раз он занимается болтологией, то он либо садист, либо... захочет предложить что-то... Но я заранее на сто процентов уверена, что это мне не понравиться.
– Просто будет немного досадно, если такая шкура умрёт, не испробовав всех радостей жизни... – его острая морда почти вплотную приблизилась ко мне. В маленьких глазках вспыхнул огонёк вожделения. Меня вновь передёрнуло, но уже от отвращения. – Итак... я ничего не скажу, и ты останешься жива...
Ботаг облизнулся.
Я попятилась. Выхода не было, но я лучше бы предпочла смерть такому...
Но его мой отказ не устраивал. Точнее, он не так его истолковал. И шагнул ко мне, расстёгивая доспехи. Я хотела закричать, но от напряжения у меня отнялся голос.
Он прижал меня к стене... и тут я, скорее от отчаяния, чем думая головой, резким движением колена провела любимое всеми женщинами «обезоруживание» , безотказно действующее против всех лиц противоположного пола. Бультерьер выпучил глазёнки и со сдавленным писком шлёпнулся на пол, рукой смахнув со стола кипу книг.
Они с шумом попадали на пол, и из-за дверей послышался обеспокоенный голос:
– Ботаг? Что у вас там творится?
На моё счастье их начальник только беззвучно, как рыба, открывал и закрывал рот, согнувшись на полу в форме буквы «зю» . Похоже, удар оказался гораздо качественней, чем я думала...
Чёрт, о чём я?! Сейчас о своём спасении нужно беспокоиться!
Но единственной здравой мыслью была лишь одна – времени остаётся всё меньше...
– Ботаг?!
Я решила. Быстро набрала код открытия и отпрыгнула к окну, натягивая лук.
Дверь не успела открыться и наполовину, когда я выстрелила в ногу сначала одному, потом другому псу. Дикий вой огласил весь девятый уровень. Я метнулась мимо обезумевших от боли и дикого, первобытного страха стражей к кворталу, и уже около него... врезалась в Натара.
Нас отбросило в разные стороны – меня, его и мой лук. Он вскочил сразу, я – мгновением позже.
– Нейра?! Что случилось?!
– Тар... – я тяжело дышала. – Отойди от портала! Я... мне надо бежать! Меня обвиняют в измене... я...
– Что?! – он, казалось, не поверил своим ушам.
Я быстро обернулась. Погони не было, но я почти чувствовала дрожь пола от двух несущихся гигантских псов...
– Тар! Пусти... меня убьют!
Но к моему удивлению барс покачал головой. От неожиданности я на минуту окаменела.
– Тар?.. Что... что это значит?..
– Прости, Ней. – Он наступил на мой лук. – Дорганак... если ты виновата, то наказание неизбежно. И лучше будет, если его принесу тебе я.
Я впервые отказывалась верить в происходящее.
– Натар... я... я не виновна!
– Не знаю. – Он потянулся к тонкой рукояти за плечами. – Но ты пойдёшь со мной. Я... мне обещали... «капитана» ...
И тут я поняла. Только тут до меня допёрло, что на нём новенькие доспехи стражи.
И что его специально поставили здесь. Чтобы я не смогла пройти.
Я обернулась и почувствовала, как шерсть на мне встаёт дыбом. В конце коридора уже показались два стража с оскалёнными клыками и горящими глазами.
У меня в голове помутилось. Не вполне соображая, что я делаю, я... прыгнула на Натара. Он инстинктивно замахнулся на меня мечом... невидимую сталь которого я, ориентируясь лишь на шестое чувство, поймала двумя ладонями. И, подпрыгнув и буквально повиснув на клинке, ударила барса ногами в грудь.
Он вскрикнул и выронил меч... и от удара провалился в квортал.
Потеряв поддержку, я вместе с мечом упала на пол. Острие резануло бровь и щёку, и боль отрезвила меня, позволив услышать рык практически над самым ухом...
Я подхватила лук и бросилась в мини-портал, невероятно изогнувшись и вынырнув из-под ударов мечей.
И выпала на первом уровне. Выход был открыт...
Но не путь.
Не менее пяти матёрых воинов преграждали мне путь к свободе.
Правда, очень недолго. Крайний справа воин шагнул вперёд... и вдруг бросился на своих же. Я только успела услышать:
– Беги!
Ворлок! Я поняла это за мгновение до того, как он исчез в общей свалке.
«Спасибо тебе, Мастер...»
Я забросила лук за спину и со всех ног дунула наружу.
В поле, залитое светом солнца и дневных звёзд.
На свободу.
Глава VIII.
Только вырвавшись из стальной крепости на свободное пространство, я рванулась к лесу. В скорости мне не откажешь, а вот если они оседлают ньернов... Я лишь могу надеяться скрыться в чаще. Хотя это и опасно.
Мне не раз рассказывали зловещие истории о тех ужасах, что живут среди деревьев Леса Каурула. Ксидры, те ящеры, что напали на меня в первый день, могли бы показаться ласковыми и пушистыми по сравнению с тем, что выходило на охоту с наступлением ночи. Но всё же процент вероятности, что я встречу хоть одну смертельно опасную зверушку гораздо меньше того, который определяет мой смертный приговор в Дорганаке.