Страница 85 из 97
— Я — знаю, — кивнул Сетракян.
— А я чего-то не понимаю, — сказал Эф. — Какое отношение имеют крысы…
— Они — симптом, — прервал его Сетракян, — как справедливо указывает господин Фет. Экологический симптом. Стокер популяризировал миф о том, что вампиры могут менять свой облик, трансформироваться в ночное существо, вроде летучей мыши или волка. Ложная идея, но основана на факте. До того как селиться в подвалах и подземельях, вампиры гнездились в пещерах и глубоких норах на окраинах людских поселений. Их появление приводило к тому, что другим ночным существам приходилось покидать места привычного обитания, и они наводняли деревни и города. Причем их появление всегда совпадало с распространением болезни и разложением душ.
Фет, не отрываясь, смотрел на старика.
— Знаете что? В вашем рассказе я дважды услышал слово «вампиры».
Сетракян посмотрел ему в глаза.
— Совершенно верно.
Последовала долгая пауза, потом Фет, оглядев всех троих, кивнул.
— Ладно. А теперь позвольте показать вам кое-что еще.
Он повел их в подвал. Воняло ужасно, словно здесь сожгли какую-то тухлятину. Он показал им горстку холодного пепла на полу, все, что осталось от двух нападавших. Солнечный прямоугольник сместился и укоротился, теперь он лежал на полу у самой стены.
— Тогда лучи светили сюда, эти… ну, в общем, эти психи попадали в них и мгновенно сгорали. Но перед тем они напали на меня… с этой хреновиной, которая выстреливала у них изо рта… из-под языка.
Сетракян изложил ему короткую версию случившегося. Владыка, прибывший в Нью-Йорк рейсом 753. Исчезнувший гроб. Восставшие из моргов мертвые, вернувшиеся к своим близким. Гнезда в подвалах домов. «Стоунхарт груп». Серебро и солнечный свет. Жало.
— Их головы откидывались назад, а рты открывались, — поделился впечатлениями Фет. — Совсем как конфетные упаковки, которые обычно продавались с головами персонажей «Звездных войн».
— Точно, — кивнула Нора. — Конфетки «Пец»[83] в упаковках-дозаторах.
Эф усмехнулся.
— За исключением конфетки, описание соответствует.
Фет повернулся к Эфу.
— Тогда почему вы — враг народа номер один?
— Потому что замалчивание — их оружие.
— Черт, но ведь кто-то должен поднять шум!
— Именно! — воскликнул Эф.
Сетракян бросил взгляд на фонарь, висящий на ремне Фета.
— Позвольте спросить. Если не ошибаюсь, в вашей профессии вы используете черный свет?
— Конечно. Чтобы обнаруживать следы мочи грызунов.
Фет вновь посмотрел на старика в жилетке и костюме.
— Вы что-то знаете об уничтожении вредителей?
— Кое-какой опыт у меня есть. — Он подошел к обращенному менеджеру, который отполз в самый темный угол, как можно дальше от солнечного света, и свернулся там в клубок. Сетракян проверил его зеркалом с серебряной амальгамой, показал результат Фету. Крысолов долго переводил взгляд с лица менеджера на его расплывшееся пятно-отражение. — Но вы представляетесь мне специалистом по поиску существ, которые прячутся от людских взглядов. Строят гнезда. Кормятся на человечестве. Ваша работа — изгонять этих вредных тварей.
Фет переводил взгляд с Сетракяна на остальных и выражением лица напоминал человека, который сидит в вагоне скорого поезда, отъезжающего от перрона, и внезапно осознает, что сел не в тот поезд.
— Во что вы меня втягиваете?
— Подскажите нам, пожалуйста. Если вампиры — те же грызуны… и быстро распространяются по городу… как бы вы их остановили?
— Я могу сказать вам следующее. Если мы хотим избавиться от грызунов, то надо учитывать, что яд и ловушки помогают лишь на короткое время, а в долгосрочной перспективе не годятся. Отлавливая их поштучно, вы ничего не добьетесь. Люди видят лишь самых слабых крыс. Самых глупых. Умные знают, как выживать. Постоянный контроль, вот что срабатывает. Определение мест их обитания, разрушение созданной ими экосистемы. Важно удалить источники еды, обречь их на голод. А потом необходимо выявить источник заражения и уничтожить его.
Сетракян медленно кивнул.
— Владыка. Источник этого зла. Сейчас он где-то на Манхэттене. — Старик посмотрел на бедолагу, который застыл на полу, чтобы ожить ночью и стать вампиром, вредителем. — Отойдите, пожалуйста.
Сетракян вытащил из трости меч. Повторил знакомую Эфу и Норе фразу и, взявшись за меч обеими руками, обезглавил мужчину. Пока из раны вытекала бледно-розовая кровь — вирус еще не полностью изменил хозяина, — Сетракян вытер меч о рубашку менеджера и вернул в трость.
— Если бы мы могли определить, где Владыка устроил свое гнездо. Место это оговорено заранее, возможно, даже выбрано им. Логово, достойное его статуса. Темное место, защищенное от мира людей на поверхности и при этом обеспечивающее легкий доступ к нему. — Он повернулся к Фету. — Можете вы назвать район Манхэттена, где крыс потревожили сильнее всего? Эпицентр их исхода?
Фет кивнул без малейшей задержки, его взгляд устремился вдаль.
— Думаю, я знаю это место.
Перекресток улиц Церковной и Фултон
В угасающем свете дня два эпидемиолога, владелец ломбарда и крысолов стояли на смотровой площадке у котлована, вырытого на месте Всемирного торгового центра, площадью в один квартал и глубиной более двадцати метров.
Удостоверение Фета и маленькая ложь (Сетракян не был всемирно известным специалистом по грызунам из Омахи) позволили им спуститься в тоннель подземки без сопровождения. Фет повел их к тоннелю, по которому уже не ходили поезда, где он сам побывал днем раньше. Старик осторожно ступал по шпалам, тростью отбрасывая камни, которые попадали под ноги. Эф и Нора несли ультрафиолетовые лампы.
— Вы не из России. — В голосе Сетракяна не слышалось вопросительных интонаций.
— Только родители и фамилия.
— В России их называют вурдалаками. Согласно легенде, чтобы стать неуязвимым к укусу вурдалака, нужно взять его кровь, замешать в тесто, испечь хлеб и съесть.
— Помогает?
— Как и любое народное средство. То есть не так чтобы очень. — Сетракян старался держаться подальше от контактного рельса. — Этот металлический стержень, пожалуй, более эффективен.
Фет взглянул на стержень.
— Грубая штуковина. Как и я. Но свою работу делает. Так же, как и я.
Сетракян понизил голос, чтобы слова его не отражались эхом от стен.
— У меня есть и другое оружие, которое как минимум ничем не хуже.
Фет увидел насос, у которого встретил проходчиков. Чуть дальше тоннель поворачивал и расширялся, и Фет сразу узнал нужный им перекресток.
— Нам туда. — Он посветил фонарем и зашагал первым.
Немного погодя они остановились, прислушиваясь к звукам капающей воды. Фет направил луч фонаря на землю.
— Я тут насыпал ядовитого порошка. Видите?
На порошке отпечатались человеческие следы. Туфли, кроссовки, голые ноги.
— Кто ходит босиком по тоннелям подземки? — удивился Эф.
Сетракян поднял затянутую в шерстяную перчатку руку. Из тоннеля донеслись далекие стоны.
— Господи Иисусе, — выдохнула Нора.
— Ваши лампы, пожалуйста, — прошептал Сетракян. — Включите их.
Нора и Эф так и сделали. Черный свет высветил безумные цветовые вихри. На земле, на стенах, на железных стойках.
Фет в отвращении отпрянул.
— Это…
— Это экскременты, — подтвердил Сетракян. — Искомые нами существа испражняются непосредственно при кормлении.
Фет усмехнулся.
— Должно быть, вампиров проблемы личной гигиены не волнуют.
Сетракян уже пятился. Трость он держал теперь по-другому, на несколько сантиметров обнажив сверкающее лезвие.
— Мы должны уйти. Немедленно.
Фет прислушался к доносящимся из тоннеля звукам.
— У меня нет возражений.
Нога Эфа за что-то зацепилась, он отпрыгнул, подумав о крысах. Направил ультрафиолетовую лампу вниз и обнаружил кучу мобильных телефонов.
Их там было штук сто, не меньше.
83
«Пец» — брендовое название созданных в Австрии мятных леденцов и специальных контейнеров-дозаторов, из которых они выскакивают по одной. Позиционируется как конфета-игрушка.