Страница 86 из 97
— И чего их притащили сюда? — спросил Фет.
Эф наклонился, взял несколько. Первые два полностью разрядились. У третьего на индикаторе зарядки осталась одна полоска. Связи не было.
— Так вот почему полиция не может найти пропавших людей по мобильным телефонам, — заметила Нора. — Они под землей.
— И, судя по всему, их владельцы тоже здесь, — добавил Эф.
— Быстро уходим. — Сетракян ускорил шаг. — Пока нас не засекли. — Они двинулись к выходу из тоннеля. — Мы должны подготовиться.
Логово
Улица Уорт, Чайнатаун
Четвертая ночь только началась, когда Эфраим проезжал мимо своего дома по пути к ломбарду Сетракяна. Они собирались заглянуть в подвал и вооружиться до зубов. Он увидел, что полиции у дома нет и поэтому остановил внедорожник. Рисковал, конечно, но он давно уже не менял одежду, да и требовалось ему всего пять минут. Указав на окно третьего этажа, он пояснил, что опустит жалюзи, как только войдет в квартиру и убедится, что все в порядке.
В подъезд он проник без проблем, поднялся по лестнице и обнаружил, что дверь в квартиру чуть приоткрыта. Прислушался. С полицейскими приоткрытая дверь никак не вязалась.
Он вошел.
— Келли?
Нет ответа.
— Зак?
Ключ от квартиры был только у них.
Запах поначалу встревожил его, но он быстро сообразил, в чем причина. Остатки еды из китайского ресторана, гниющие в мусорном ведре после обеда с Заком. Эф прошел на кухню, чтобы посмотреть, не скисло ли оставленное в холодильнике молоко… и застыл на пороге, широко раскрыв глаза.
Он не сразу осознал, на что смотрит.
Двое полицейских в форме лежали на полу у стены.
В квартире послышалось какое-то гудение. Оно быстро набрало мощь, переходя в хор кричащих в агонии голосов.
Дверь в квартиру захлопнулась. Эф развернулся.
У двери стояли два человека. Точнее, два двуногих существа. Два вампира.
Эф сразу это понял. По их позе. По их бледности.
Одного он видел впервые. Во втором признал выжившего — Боливара. Выглядел тот очень мертвым, опасным и голодным.
И вот тут Эф почувствовал, что главная опасность исходит не от них. Эти два оживших мертвеца не были источником гудения. На поворот головы к гостиной ушла, наверное, вечность, хотя уложился этот поворот в долю секунды.
Эф увидел гиганта в длинном, черном плаще. Высоты комнаты не хватало, чтобы он мог распрямиться в полный рост, поэтому он и стоял, наклонившись вперед, и смотрел на Эфа из-под самого потолка.
Его лицо…
Голова у Эфа пошла кругом. В присутствии существа такого невероятного роста все в квартире, казалось, уменьшилось в размерах, в том числе он сам. Ноги у него стали ватными, пусть он и сумел повернуться к двери в коридор.
Но существо тут же очутилось между ним и дверью, загораживая единственный путь к спасению. А два вампира, уже обычного роста, заходили с флангов.
Существо приблизилось, нависло над Эфом и уставилось на него.
Эф упал на колени. Присутствие такого гиганта парализовало разум и тело, Эфа словно ударили в солнечное сплетение.
«М-м-м-м-м-м-м-м-м-м».
Эф чувствовал это гудение, как чувствуют нутром живую музыку. Гудение звучало прямо в мозгу. Он уставился в пол. Страх лишал его воли. Он больше не хотел видеть это лицо.
«Посмотри на меня».
Сначала Эф подумал, что монстр душит его силой своей воли. Но потом понял, что не может вдохнуть из-за собственного ужаса, паники, которая охватила душу.
Он чуть приподнял голову. Дрожа, увидел край плаща Владыки, потом его кисти, торчащие из рукавов. Отвратительно бесцветные, нечеловечески огромные. Пальцы были одной длины, куда больше человеческих, за исключением среднего, который превосходил остальные и длиной, и толщиной и загибался, как коготь.
Владыка. Пришел за ним. Чтобы обратить его.
«Посмотри на меня, свинья».
Эф подчинился, поднял голову, словно чья-то рука ухватила его за подбородок и потянула вверх.
Владыка смотрел на него, согнув спину и наклонив вперед голову — затылком он едва не касался потолка. Громадные руки поднялись, стянули капюшон с головы, безволосой и бесцветной. Глаза, губы, рот, все было бесцветным, старым, выношенным, как застиранная простыня. Нос превратился в две черные дыры. Горло раздувалось и сдувалось, не от недостатка воздуха, а от голода. Кожа побелела до такой степени, что стала полупрозрачной. Под ней, словно стершаяся карта какой-то древней земли, виднелась паутина вен, которые более не несли крови. Вены, однако, пульсировали красным. По ним передвигались насосавшиеся крови капиллярные черви. Под просвечивающей кожей Владыки кружили паразиты.
«Это расплата».
Голос ворвался в голову Эфа громом ужаса. Он почувствовал, как теряет контроль над телом. Перед глазами все помутилось.
«Твоя жена у меня. Скоро у меня будет и твой сын».
Голову Эфа распирало изнутри, она грозила взорваться от отвращения и злости. Голова превратилась в воздушный шарик, в который закачивают и закачивают газ, проверяя, когда же он все-таки лопнет. Он уперся одной ногой в пол.
Пошатываясь, поднялся перед огромным демоном.
«Я возьму у тебя все и не оставлю ничего. Таков мой закон».
С быстротой молнии Владыка протянул руку. Эф практически ничего не почувствовал, как пациент стоматолога после анестезии не чувствует сверлящего зуб бура. Что-то коснулось его затылка, а в следующее мгновение его ноги оторвались от пола. Он махал руками и брыкался. Владыка, ладонью обхватив затылок Эфа, как баскетбольный мяч, поднял его к потолку. С такого расстояния Эф мог разглядеть кровяных червей, сперматозоидами извивавшихся под кожей Владыки.
«Я — затенение и затмение».
Владыка поднес Эфа ко рту, будто спелый плод инжира. Рот напоминал черную пещеру, прямую дорогу в ад. Все тело Эфа дергалось, он терял рассудок. Эф ощущал длинный средний палец, коготь которого вдавливался в кожу. Владыка задрал голову жертвы, чтобы открыть шею.
«Я пью людскую кровь».
Что-то чавкнуло, рот Владыки раскрылся шире. Челюсть уходила вниз, язык поднимался, из-под него показалось отвратительное жало.
Эф заорал во всю мочь, поднес руки к шее, пытаясь защитить наиболее уязвимое место.
А потом что-то… не крик Эфа… что-то заставило Владыку чуть повернуть голову.
Черные дыры ноздрей раскрылись шире, демон словно принюхивался.
Ониксовые глаза вернулись к Эфу. Уставились на него, как две мертвые, черные сферы. Владыка смотрел на Эфа так… словно Эф каким-то образом посмел обмануть его.
«Так ты не один».
В этот момент, поднимаясь через две ступеньки по лестнице в доме Эфа, Сетракян внезапно схватился за перила и привалился плечом к стене. Голову пронзила ослепляющая боль, будто лопнул сосуд, и голос, мерзкий, злорадный, пренебрежительный, грохнул, как бомба в переполненном симфоническом зале.
«СЕТРАКЯН».
Фет остановился, оглянулся, но Сетракян махнул ему рукой — мол, не задерживайся. И прошептал:
— Он здесь.
Глаза Норы потемнели. Высокие ботинки Фета загромыхали по лестнице. Нора помогала Сетракяну, тянула его за Фетом, к двери, в квартиру.
Фет сшиб на пол первого же, кого увидел в квартире, подкатом, как на футбольном поле. Вскочил, приготовился к продолжению схватки.
Вампир не улыбался, но его рот расползался, как при улыбке. Ему не терпелось вонзить жало в шею Фета.
А тот увидел гиганта. Владыку, держащего в руке Эфа. Чудовищно страшного. Завораживающего.
Ближайший вампир, подскочив к Фету, отбросил его на кухню, к двери холодильника.
Нора ворвалась в квартиру и включила ультрафиолетовую лампу за мгновение до того, как вампир Боливар прыгнул на нее. Боливар зашипел и попятился. Нора увидела Владыку, подпирающего затылком потолок. Увидела Эфа, которого Владыка держал за голову.