Страница 34 из 40
Глава 34. АРТËМ
Весь день тянулся мучительно медленно. Я пытался отвлечься, но это было бесполезно — каждые десять минут я хватался за телефон, проверял экран, пролистывал сообщения, снова откладывал его в сторону, пытаясь убедить себя, что всё в порядке и что я просто должен дать ей это время. Но внутри всё кипело, и желание позвонить, написать, узнать, где она, становилось всё сильнее. Я отвлёкся на работу, написал знакомым ещё раз, уточнил, кто точно будет на выставке, проверил список участников, прикинул, с кем можно будет поговорить, обсудить возможные проекты, но даже это не помогало.
В какой-то момент я открыл свой ноутбук и начал просматривать фотографии, которые будут представлены на выставке. Пролистывал кадры, вчитывался в подписи, ещё раз оценивал композицию, цвет, свет, баланс. Всё было так, как я задумал. Всё выглядело идеально. Затем я машинально открыл папку, в которую уже давно не заглядывал, — фотографии Лисы.
Теперь, когда не было тех чувств, которые преследовали меня раньше, я смотрел на них иначе. Габриель был прав. Как фотографии, они отличные — стильные, технически выверенные, эмоциональные. Но как только я попытался прочувствовать их, вытащить из себя хоть каплю того, что ощущал тогда, я понял — пусто.
Я перенёс папку в архив своих работ и закрыл ноутбук.
На следующий день стало только хуже.
Не видеть Вики было пыткой. Я изучил её, научился читать эмоции, даже когда она старалась их скрыть. Знал, когда стоит говорить мягче, когда добавить лёгкости, а когда можно сделать два шага вперёд. Но сейчас… сейчас я не знал ничего. Эта неизвестность убивала.
Приятного мало, когда признаёшься девушке в чувствах и получаешь подобную реакцию. Но, с другой стороны, именно такой я её и полюбил.
Я попытался отвлечься и созвонился с родителями по видеосвязи. Они должны были приехать сегодня, чтобы успеть к открытию выставки, но, как оказалось, в машине у отца выскочила ошибка. Они решили не рисковать и дождаться проверки на СТО, так что теперь приедут только к третьему дню. Учитывая, что выставка продлится неделю, они всё равно успевают.
— Артём, у тебя всё готово? — первым заговорил отец. Его голос звучал уверенно, но я знал, что он волнуется. Мама сидела рядом.
— Конечно, — я кивнул, усаживаясь поудобнее.
— Удачи тебе сегодня, сынок, — мама улыбнулась. — Мы верим в тебя.
— Спасибо, мам, — я улыбнулся в ответ.
Отец прищурился и внимательно посмотрел на меня.
— Сильно волнуешься?
Я покачал головой, взял телефон поудобнее, сделал вид, что не придаю вопросу значения.
— Нет.
Отец хмыкнул, покачал головой.
— Не убедил, сын. По твоему виду, скажешь, что волнуешься ты очень сильно.
Он был прав. Но это волнение было не из-за выставки — а из-за Вики.
Ближе к вечеру я был полностью готов. Глядя на себя в зеркало, я поправил волосы и попытался осознать: это уже вторая моя выставка за какие-то два месяца. Неплохой результат, учитывая, сколько времени ушло на подготовку первой.
Я провел пальцами по лацкану, отмечая качество ткани. Сегодня мой выбор пал на костюм, в котором я был на дне рождения матери Лисы — черный свободный пиджак и такие же брюки. Главной деталью были серебристые молнии, идущие по рукавам и лацканам. С одной стороны — классика, с другой — как сказала тогда Лиса, настоящий рок-н-ролл.
Рубашку надевать не стал. Не люблю их — они сковывают движения и не дают дышать. Вместо неё под пиджаком была простая белая футболка. Черные ботинки, минимум аксессуаров — ничего лишнего, только то, в чем мне комфортно. За час до открытия я уже был в галерее.
Игорь тоже был на месте. Он обходил зал, проверяя последние детали, и, завидев меня, уверенно зашагал навстречу.
— Артём, рад видеть. Готов?
— Конечно, — я пожал ему руку, оглядывая пространство. Всё выглядело идеально.
— Волнуешься? — Игорь внимательно посмотрел на меня.
— Нет.
Он помолчал пару секунд, оглядел зал вместе со мной, затем кивнул, скрестив руки на груди.
— Ты был прав. Свет действительно делает свою работу. Фотографии при таком освещении смотрятся отлично.
Я скользнул взглядом по стенам, прикидывая, как ложатся тени, как работает подсветка.
— Как художник, я должен понимать, что главное — это правильно представить своё творчество — сказал я, снова посмотрев на Игоря, но одновременно сканируя зал в поисках одной-единственной фигуры.
Я посмотрел на часы. Вика уже должна быть здесь. Но её не было, и это казалось странным. Она всегда пунктуальна. Абсолютно всегда. Если говорит, что придёт вовремя — значит, так и будет. Я ещё раз огляделся, чувствуя лёгкое беспокойство, когда краем глаза заметил движение у входа.
Я выдохнул. Она появилась. И, чёрт возьми, выглядела так, что внутри всё болезненно сжалось.
Длинная чёрная юбка, подчёркивающая талию, и лёгкая короткая белая блузка без рукавов. Блестящие вставки мягко облегали тело, улавливая свет и отбрасывая блики, словно мелкие вспышки молний. Волосы распущены, концы чуть завиты. Проходя через зал, она коснулась их пальцами, поправляя прядь.
Я смотрел на неё, ловя каждое движение, и пытался считать её настроение. Но она была безупречна. Контроль. Абсолютный, чёртов контроль. Холодная, неприступная, идеальная Вики Леру.
Она заметила меня, на мгновение задержала взгляд, а затем медленно подошла, сохраняя дистанцию.
— Добрый вечер, Игорь — её голос был ровным, но я заметил, как владелец галереи смотрел на нее, не скрывая своего восхищения.
— Добрый вечер, мадемуазель Леру. — Игорь чуть наклонил голову, и я готов был дать руку на отсечение, что он сейчас поклонится ей, как паж перед королевой.
Это меня развеселило. Я быстро посмотрел на Вики, чтобы увидеть её реакцию.
Ничего.
Холодная и сдержанная. Она повернулась ко мне.
— Артём.
— Привет, — я не мог отвести от неё глаз. А затем, чуть прищурившись, демонстративно посмотрел на часы.