Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 51 из 72

— Я не в порядке? — говорю я. — Я в порядке. Это ты не в порядке, но это твоё дело.

Я не помню, как сказала эту последнюю фразу. Она вышла сама, и она была нечестной, и я знаю это в тот же момент, когда её произношу.

Он держит тетрадь в руках.

У ворот, как всегда, стоит Джунён с телефоном. Я давно привыкла его не замечать: он вечно что-то снимает или делает вид, что снимает.

Я ухожу.

Дома я сажусь на пол под окном и сижу так, пока не стемнеет.

Правило номер восемь: не ревновать. Правило номер десять: не целоваться. Правило номер один: не влюбляться.

Я нарушила все три. Целоваться мы не целовались — но в закутке я закрыла глаза, и это я тоже считаю нарушением. Не сегодня — раньше. Сегодня я только сказала вслух половину правды и тут же переписала её в счёт по контракту, потому что правда была слишком большой, чтобы оставить её одну.

Я беру телефон и открываю наш чат.

Последнее сообщение — его, восемь дней назад: «Как дела». Я не стану писать первой. И он не напишет, потому что он не понимает, что произошло, а я не собираюсь объяснять, потому что если объясню, то придётся объяснять всё.

Я кладу телефон экраном вниз.

Бабушка говорит из кухни, не отрываясь от телевизора:

— Ты чего сидишь в темноте?

— Ничего.

— Иди ешь.

— Не хочу.

Она не переспрашивает. Она никогда не переспрашивает.

Через час приходит мать. Она ест стоя, потом садится напротив меня и говорит:

— Ты сегодня не поела.

— Не хочу.

— Это не ответ.

— Устала.

Мать смотрит на меня ровно — из тех, кто всё понимает и не собирается лезть.

— Ладно, — говорит она. — Только знаешь что: в семнадцать всё кажется навсегда. А оно не навсегда.

— Ты поэтому три года ждёшь?

Она не отвечает. Встаёт, убирает тарелку, уходит в комнату.

Я знаю, что была несправедлива. И знаю, что не извинюсь: у нас в семье не извиняются, у нас молча ставят чайник.