Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 63 из 73

В воздухе пахло морем. Всегда любил этот запах, он расслабляет, но сейчас он как будто бы рассеивал внимание. Отвлекал от возможной опасности, притаившейся на берегах захваченного врагом Гогланда. Сосны, типичные северные валуны — совсем не стивенсоновский остров сокровищ. Обильно политый кровью клочок суши, который этой зимой удалось отбить, но еще до начала апреля финны взяли реванш и вновь захватили его.

— Ждем, — я оглядывал в бинокль прибрежную зону, уходящую вверх россыпью камней.

Один за другим на палубе очутились Зайцев, Звенцов, Юрпвицс — облаченные в гидрокостюмы. Неслышно, как кошки, и я бы поклялся, что если б не знал об их появлении, то точно бы пропустил момент. Мосяев построил их, быстро осмотрел, потом водолазы все так же тихо накинули ласты, сбалансировали ношу, хитрым образом распределенную по телу. И с плеском, моментально затерявшимся в шорохе волн, погрузились в прибрежную воду.

Пора было уходить. Я помедлил, но все же заставил себя спуститься к центральному посту. Меня не покидала тревога за свою вторую группу, едва заступившую на место погибшего отряда Буряка. А вдруг они тоже останутся здесь, на этих неприветливых камнях? Смогу ли я потом спокойно высаживать так новые группы?

Смогу, жестко сказал сам себе. Если думать, как бы чего не вышло, ничего и не сделаешь. И люди сами знают, на что идут. Нам нужно вернуть себе Балтику, нужно вернуть внешние острова Финского залива. И жертвы обязательно будут, мы не в сказке. Совсем их предотвратить не получится, а вот сократить, уменьшить — это уже более реалистичный сценарий. Поэтому вниз, на центральный пост, и — погружение с отходом. Не мешать людям делать свое дело, а заниматься своим. Тогда все получится.

— По местам стоять! — скомандовал я, ничем не выдавая свое волнение, а наоборот, стараясь голосом передать экипажу уверенность, что все под контролем. — Приготовиться к погружению!

Из бухты уходили в подводном положении, на электродвигателе. Все как полагается. Теперь нужно отойти на безопасное расстояние и подвсплыть, чтобы связаться со штабом по расписанию. Пока окончательно не просветлело, нужно сообщить о высадке и получить дальнейшие инструкции.

Совсем без радиосвязи с берегом нельзя. Тем более в таких ситуациях, когда ценность разведданных может перевесить любой риск. А «дьяволы» будут выходить на связь напрямую со штабом, нам потом сообщат, когда потребуется их встречать.

— Сухарев, — позвал я радиста. — Коля, готовься к сеансу.

Странное чувство. Чем глубже мы заходили во враждебные воды, тем в большей безопасности себя ощущали. Противник рыскал в поисках советских подлодок восточнее, а в этой части Балтики он был уверен в своем превосходстве. Разумеется, патрули были, но на больших водных просторах проще затеряться, да и сами немцы с финнами так далеко не ходили. Не было особой необходимости. И еще здесь не было мин — ну как, относительно, конечно же. Пика своей мощности Порккала-Уддское заграждение на западе, ближе к Хельсинки, достигнет в следующем, 1943 году. Это после того, как мы наведем шороху в большой Балтике, немцы очухаются и поймут, что огораживаться нужно по полной. А пока они сосредоточили основные силы на востоке. Главное, сейчас нам сильно западнее не забираться, быть примерно посередине.

— К всплытию!

Ловя последние крохи короткой летней ночи, мы продержались нужное количество времени, чтобы провести сеанс связи и не попасться на глаза немецким или финским наблюдателям. Из-под воды же нечего и пытаться, прием и передача идут только на поверхности. И как раз в такие моменты лодки максимально уязвимы. Но нам повезло. Заодно немного помолотили дизелем, чтобы собрать хотя бы крохи энергии в стремительно разряжающуюся батарею.

— Коля, радиограмма! — Сухарев тщательно вслушивался в ответ со стороны штаба.

— Наше сообщение принято, — голосом радиста можно было ужастики озвучивать перед самыми резкими моментами, настолько вязким было его напряжение. — Приказано действовать по изначальному плану: продолжать наблюдение, затем возвращаться к Восточному Гогландскому плесу и в указанное время соединиться с эскортом.

— Так…

— Оттуда уже идти на подзарядку аккумуляторных батарей на Лавенсари и ждать приказа забрать «дьяволов».

— Принято, — ответил я. — Сворачивай музыку, Коля, уходим на перископную глубину.

Вновь потянулись томительные часы, вахты сменяли друг друга. Веремеенко корректировал курс, Пашка Гордов получил от меня указание увеличить по максимуму автономность «Малютки», насколько это было возможно в походе, а мы с Никитиным по очереди до боли в глазах всматривались в горизонт. Противолодочные корабли по-прежнему караулили вражеский маршрут от Котки до Нарвского залива, но мы ухитрялись не подходить к ним слишком близко, а при малейшей опасности полностью уходили под воду. Один раз за нами все же погнался переделанный китобой, попытавшись забросать глубинными бомбами, но мы маневрировали в стиле Маринеско — выдерживали заветную дистанцию с учетом излюбленного немцами шага взрывателя в 30 метров и потом нагло поднырнули наискосок под охотника, чтобы оказаться как можно дальше от места сброса бомб. Затем залегли на грунт, дождались, пока все успокоится, и продолжили нести дозор.

— Эх, нам бы пройти вдоль западного побережья, — посетовал я, пока мы все тем же черепашьим шагом подбирались к «Зееигелю», чтобы форсировать его уже в обратном направлении. — Обогнули бы Гогланд с севера, прошли бы мимо бухты Сууркюля, встретились бы там с Федоровым…

— Нельзя, товарищ командир, — возразил Пашка Гордов. — Батарея не выдержит, сядет, и придется нам на свой страх и риск всплывать. И то несколько часов понадобится в режиме динамо, да кто ж столько даст.

— Знаю, товарищ инженер, знаю, — ответил я. — Это так, мысли вслух. Пока белые ночи не кончатся, будем сновать, как челноки, от позиции к Лавенсари и обратно.

Все это время мы скрупулезно фиксировали передвижения судов противника, границы минных постановок и видимые островные укрепления. Белые ночи и вправду были серьезным препятствием для того, чтобы уходить в море всерьез и надолго — автономность «Малюток» и так была небольшой, а ресурс аккумуляторной батареи и того меньше. Если бы не эти обстоятельства, можно и нужно было идти через шхерный фарватер ближе к финскому побережью. Увы, без подзарядки это было попросту нереально.

— По местам стоять! К всплытию! — буднично скомандовал я.