Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 62 из 73

Глава 19

Одно дело читать про вражеские корабли и совсем другое — наблюдать это собственными глазами, пусть и на расстоянии через окуляры перископа. Зрелище жуткое и завораживающее одновременно.

— Что там еще, товарищ командир? — встревоженно отозвался Миша Никитин, да и остальные, конечно же, замерли в ожидании.

— Транспорт, — проговорил я. — Огромный грузовой транспорт немцев от берегов Финляндии.

— Эхх… — послышалось из торпедного отсека. — Сейчас бы по нему вдарить.

— Вдарим, — пообещал я. — Но позже. Сейчас опасно, слишком неравны силы.

— Не было бы тральщика с охотником, — понимающе закивал Веремеенко, — потопили бы его одного, и концы в воду.

— Все правильно, — подтвердил я. — Утонул Никодим, да и черт с ним. А так и здесь риск большой, и основную задачу не выполним.

По беспокойной поверхности Балтики медленно шел длинный невооруженный корабль. Шел прямым курсом, а не противолодочным зигзагом — пока еще враг уверен в себе настолько, что пускает по Балтике одиночные суда, полностью полагаясь на минные заграждения. И появление рядом с транспортом боевых кораблей тут просто случайность. Встретились в море те, кто везет грузы, и те, кто патрулирует акваторию или расширяет минные постановки. У каждого тут свое дело. Однако это, вне всяких сомнений, было то самое морское «шоссе», о котором мы на Лавенсари говорили с катерником Мартыновым. Через финскую Котку на севере немцы снабжали свои войска нефтянкой и припасами. И именно эту коммуникацию, а еще всякие прочие, мы будем безжалостно резать.

Мы — это не конкретно мой экипаж. Я говорю сейчас обо всей бригаде подводных лодок. 1942 год стал в моей прошлой истории самым результативным после начала войны и перед неудачным 1943-м. Мы будем топить одиночные транспорты, пока враг не очнется, ужаснувшись потерям, и не введет систему конвоирования грузовых караванов. Немцы не сразу поверят, что советские моряки сумели прорваться через «Морского ежа». И мы в итоге потреплем врагу нервы настолько, что он буквально перекроет Финский залив с севера на юг сетями, из-за чего наши подлодки в какой-то момент перестанут выходить в море. С этим я еще обязательно разберусь, а сейчас перед нами стоит задача иного рода: разведать безопасные подходы к Гогланду и… высадить на нем разведгруппу.

Команда из Коли Мосяева и еще трех бойцов — Володи Зайцева, Миши Звенцова и Зиновия Юрпвицса — высадиться на южную часть острова, через бухту Киисинкюдя. Шуметь им в духе нашей прошлой операции на Невской губе пока не нужно. Только сбор разведданных, чтобы ими потом воспользовалась новая десантная группа. Уже с диверсионными целями.

— Сухарев, — я позвал радиста. — Фиксируй: по направлению к Нарвскому заливу вдоль западного побережья острова Гогланд движется вражеский транспорт и работает минный постановщик. Дата, время, координаты. Веремеенко, уточни цифры.

— Есть!

Следующие долгие часы мы провели в состоянии залегшего в засаде хищника. Маленького, но все же опасного. Немецкие транспорты, будто жирные коровы, то и дело лениво плелись по маршруту, и атаковать их здесь было не так уж сложно. Прям свербело от осознания легкой добычи, руки чесались пустить торпеды. Другой вопрос, куда потом бежать. Тут — мины, там — вражеские охотники. А еще — береговые батареи финнов на советском Гогланде и прожекторные расчеты. Вот их-то нам нужно разведать в первую очередь, чтобы составить картину вражеской линии укреплений. Это сейчас самое главное.

Здесь, по другую сторону «Зееигеля», они ждут нас в последнюю очередь, пребывая в уверенности, что минные заграждения с выставленными патрулями охотников станут для советских подводников непреодолимой преградой. Но уже фига с два, мы тут. И это только начало.

— Мосяев, — позвал я командира разведгруппы, когда на короткое время спустились неверные сумерки.

— Здесь.

— Повторить задачу.

— Провести глубокую разведку острова, — Николай обстоятельно перечислял десятки раз обсужденные и заученные пункты, — выявить характер оборонительных сооружений, определить местонахождение командных пунктов противника, численность местного гарнизона, а также состав и калибр артиллерийских батарей.

— Отлично, — одобрил я. — Действия по отходу в случае потери связи?

— Выполнять миссию в течение десяти дней и по истечении срока попытаться самостоятельно покинуть остров Гогланд, — без запинки отчеканил Мосяев. — Точка назначения: остров Лавенсари.

— Если связь поддерживается?

— Доложить о выполнении во время очередного оговоренного сеанса. Ждать в условленной точке.

— Отлично. Готовьтесь, братцы.

Наступил самый сложный момент. Едва сумерки сгустились, я отдал приказ подвсплыть на перископную глубину. Кораблей противника не наблюдалось, спокойным казался и остров.

— Мотор вперед самый малый, — приказал я.

«Малютка» пошла на электродвигателе к берегу Гогланда. Остров буквально кишел финнами и их средствами наблюдения. Малейший шум, и тут же включатся прожектора, которые начнут шарить по акватории в поисках перископа или даже плывущих на резиновой лодке диверсантов. Только вели мы себя тихо, а «прохватиловцы» уже отработанным методом пойдут под водой с ластами. Все необходимое, включая медикаменты и запасы продовольствия, распределят по непромокаемым чехлам и между собой.

— По местам стоять, — я инстинктивно понизил голос, хотя под водой в утробе «Малютки» в этом не было необходимости. — К всплытию.

Субмарина появилась на поверхности бухты в двадцати пяти метрах от берега. Совсем близко, и водолазам проще добраться до суши, но в целом довольно рискованно. Теперь самый напряженный момент.

— Ну, — я собрался, на миг задержав дыхание и отгоняя тяжелые мысли. — Начали.

Отдраил верхний люк. Металлические части терлись друг от друга с едва слышным шумом, но мне он казался оглушительным в натянутой, будто струна, атмосфере. Выбрался на ходовой мостик, схватился за ограждение, вскинул бинокль.

Стояла короткая северная ночь, тихо плескались волны. Балтика будто успокаивала: не бойтесь, мол, я не выдам. Сегодня я добра к вам. На берегу не было никакого шевеления, и это придавало уверенности, добавляло моральных сил.

— Давайте наверх, — едва слышно сказал я Мосяеву, который выбрался на мостик вместе со мной, чтобы оценить обстановку, и тот коротко окликнул своих.