Страница 69 из 155
Чувствую себя глупой и беспомощной девчонкой, готовой буквально на все, лишь бы продолжал смотреть вот так же. Стоял здесь как можно дольше, прежде чем снова вернется в зал к своей красотке. Но лучше бы не возвращался вообще, хотя даже сейчас, когда мозг в моей голове стремительно превращается в сладкую вату, я с трудом верю, что Даня может выбрать меня, а не ее.
Я заново, с какой-то пугающе стремительной силой, в него влюбляюсь.
Чувств сразу так много, что они захлестывают лавиной, не дают отдышаться.
Даня наконец заканчивает разговор, прячет телефон в карман брюк, но подходить ко мне не спешит. Опирается плечом о стену, курит и молчит.
— Привет, — еле-еле выговариваю я, отчаянно удерживая дрожь в коленях.
Возникает короткая неловкая пауза. Он продолжает разглядывать меня с той самой невыносимой внимательностью, от которой все-таки становится не по себе.
— Привет, училка, — его голос сразу обволакивает знакомым, жутко сексуальным тембром. Даня делает пару шагов в ответ на один мой, который я делаю скорее бесконтрольно. Теперь мы так близко, что я чувствую его особенный запах — и моментально в нем тону. — Сменила прическу? Тебе идет.
Ты заметил только это?
— Спасибо. — Пытаюсь улыбнуться, но губы не слушаются.
— Ты здесь… — Он кивает в сторону зала, вопросительно поднимает бровь. — Сама или…?
Я делаю секундную заминку, пытаясь сообразить, что ему сказать.
Почему-то вариант со свиданием кажется страшным. Как будто если я озвучу это вслух — он кивнет, подумает, что я занята и уйдет.
Но вопреки вопящей внутренней панике, именно это и выкладываю.
— У меня свидание.
— Удачное?
— Он… милый. — Я делаю еще один шаг к Малинину, обещая, что он будет последним на сегодня. Что следующий — физический или словесный, или вообще любой — за ним. — Мы переписывались три недели и вот…
Вместе с Даней в мою жизнь вернулись и паузы, от которых я успела отвыкнуть.
Это заметно расшатывает пока еще слишком хрупкий стержень внутренней уверенности. Чтобы не впасть в отчаяние, срочно хвалю себя за то, что к моему поведению не придраться — я не набросилась на него с упреками, не полезла с кулаками и даже не вылила коктейль на голову его новой тёлке.
— И как все проходит? — Даня как будто уже знает ответ — просто дает мне возможность его озвучить.
Мой ответ ждет, чуть склонив голову набок. И снова с тем же непроницаемым, не дающим ни одной подсказки выражением лица.
— Не очень, — признаюсь я, решив окончательно завязать с гордостью.
— Я так и подумал. У тебя на лбу написано: «Хэлп».
— В переписке он казался очаровательным. — Вздыхаю. — Но, по-моему, у него уже есть отношения в виде какого-то IT-проекта и начальника. Не могла отделаться от ощущения, что за столом нас минимум трое.
— Аналогично. Только за моим столом третьей сидит «Куршавель». Скука смертная. — Даня бросает окурок на пол, притаптывает его ботинком. — Сбежать не хочешь?
Я моргаю, не веря своим ушам.
А он тихо смеется. И сводит меня с ума этими хрипловатыми звуками, которые его горло генерирует как будто специально против остатков моего самообладания.
И все вдруг становится очень просто. Как ни стараюсь — не могу придумать причину, по которой должна ему отказать. Почему? Чтобы вернуться за стол к Леше в идеальном джемпере и остаток вечера слушать про его работу? Зачем, если я уже приняла решение, что это свидание будет последним?
— Предлагаешь себя в качестве спутника для побега? — решаю уточнить на всякий случай.
Малинин прищуривается и кивает.
Вместо ответа я просто часто и глупо киваю.
Я согласна на все — только бы с ним.
Даня достает из кармана брюк пластиковый номерок и вкладывает его в мою ладонь.
Стараюсь не сильно вздрагивать, когда ощущаю его физическое прикосновение, но, кажется, Малинин его все равно считывает.
— Заберешь мое пальто, пока я закрою долги?
— Мне... наверное, нужно попрощаться. — Я все-таки чувствую легкую растерянность.
— Да не парься, я попрощаюсь за тебя, — подмигивает Дан.
— Там моя сумка.
— Понял. — Он разворачивается и возвращается в зал.
Я быстро иду в гардероб, забираю его тяжелое, вкусно пахнущее Даней пальто, и свое — попроще, но тоже новое и модное. И быстро возвращаюсь в коридор, чтобы украдкой подсмотреть, что происходит в зале.
Даня стоит у своего столика — замечаю там несколько купюр. Он что-то говорит блондинке, как будто бы сухо и коротко. Ее замазанное не одним слоем тональника лицо все равно покрывается красными пятнами, она открывает рот, как будто собирается еще что-то выкрикнуть. Но Дан добавляет еще одну купюру — и ее рот волшебным образом закрывается.
Кажется, он с ней даже не прощается — просто сразу отчаливает к столу. За которым сидит Леша. Останавливается рядом, достает еще несколько купюр, небрежно кладет их возле моего нетронутого облепихового чая, подхватывает мою сумку и хлопает Лешу по плечу. Что-то с улыбкой ему говорит — Леша теряется, неуверенно кивая в ответ.
Через полминуты Даня возвращается. Забирает из моих рук пальто, но не надевает, вместо этого накидывает мне на плечи мое.
Открывает передо мной тяжелую стеклянную дверь на улицу.
Колючий мартовский ветер мгновенно бьет в лицо, но я его не чувствую, потому что чувствую только мужскую руку у себя на талии. И теплый любимый бок, к которому она меня прижимает.
Мы идем к парковке.
Пока пытаюсь найти знакомый «Порше», Даня подводит меня к незнакомой хищной темно-красной машине. Понимаю, что она его по томую как подмигивает фарами — тоже как будто флиртуя.
— У тебя новая машина, — зачем-то произношу вслух этот не требующий констатации факт. Только на моей памяти до «Порше» у него была парочка других машин. Для него это обычная часть жизни, как пересесть на другую ветку метро.
— Нравится?
— Выглядит, как катастрофа на колесах, — признаюсь я, разглядывая значок застывшего в прыжке то ли ягуара, то ли пумы.
Даня посмеивается и помогает мне сесть. Пока впитываю запах дорогого кожаного салона и нотки табака, он обходит машину, садится за руль и заводит мотор. Салон мгновенно наполняется ровным мощным гулом. Малинин выруливает со стоянки, вклиниваясь в вечерний густой поток.
— Ну что, училка, — бросает на меня короткий взгляд, — куда поедем? Чего тебе хочется в пятницу вечером?
Я откидываюсь на кожаное сиденье, чувствуя себя абсолютно, невероятно счастливой.