Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 134 из 155

Малинин появляется через минуту — буквально вылетает из-за угла кирпичного здания, быстро оглядывая пространство и, заметив меня, заметно расслабляет плечи. Подходит быстрыми, широкими шагами и смотрит на меня так, словно у меня на лбу написано, что я себя накрутила как в дешевом ромкоме.

— Юль… блин, ты меня напугала. — Протягивает ладони, обнимая мое лицо. Мне нравится, как они ощущаются — теплыми, сухими и немного шершавыми. С едва уловимыми нотками табака на кончиках пальцев. Это немного успокаивает и помогает справиться с тошнотой. — Ю, у тебя лицо бледное. Что такое? Тебе плохо? Голова кружится?

Его наполненные искренней тревогой глаза, укладывают мою злость на лопатки.

Правда, теперь я чувствую себя по-детски беспомощной.

— Все хорошо, Дан. Правда. — Улыбаюсь не очень широко, но как получается. — Немного закружилась голова. Напомни в следующий раз не увлекаться выбором аромасвечей. Но зато я взяла нам парочку.

Он не обращает внимания на пакет, который я пытаюсь втиснуть между нами. Продолжает изучать мое лицо как хирург, пытаясь добраться до мыслей, которые я так тщательно прячу.

— Я Олю видел, — говорит вдруг. Слегка невпопад к предыдущему разговору, возможно, что-то подозревая.

— Надо же, какое совпадение. — Я честно стараюсь говорить ровно, но Дан дергает уголком рта, давая понять, что я выдала себя с потрохами.

— Она просто подошла поздороваться, Ю. Спросить как дела.

— И тыкала тебе под нос свой телефон, — уже не прячусь. Это бессмысленно, он раскусил меня с пары слов.

— Показала фото с какой-то поездки, — он безразлично пожимает плечами, ничуть не лукавя насчет того, что действительно не придал этому значения и даже не запомнил куда.

Он ведет себя идеально.

Даже не знаю, что еще должен бы сделать мужчина, чтобы успокоить фонтанируюущю желчной ревностью женщину.

Но я все равно чувствую угрозу, даже если сейчас уже толком не смогла бы сказать, от чего именно она исходит. Просто несусь на скалы, как потерявший управление корабль.

— Если ты вдруг передумал и решил, что… там… тебе было лучше, — не могу заставить себя назвать имя Оли, — то без проблем. Ты же знаешь — я никогда не устраиваю сцены и…

— Ю, помолчи сейчас, пожалуйста, — перебивает Дан.

Лалони на моем лице сжимаются чуть сильнее.

Зрачки в серых глазах расширяются на какую-то запредельную ширину, почти полностью затапливая радужку.

За последние месяцы я видела его разным — смеющимся, усталым, сосредоточенным, иногда раздраженным (из-за работы), сонным, игривым… И еще сотню разных «Малининых», но вот этого — серьезного, нахмуренного, вижу впервые.

— Ю, ты это серьезно? — Он тут же мотает головой, не давая мне даже рта открыть в свое оправдание. — Юль, я влюбился в тебя с первого взгляда. Буквально именно так, и это никакая не сраная красивая метафора. Увидел — и сдох в твоих глазах. И потом подыхал каждый ёбаный день все семь лет. Знаешь, что я почувствовал, когда наконец тебя получил? Что я хочу взять свое сердце и пришить к твоему. Прибить себя к тебе гвоздями. Приварить, блядь. Намертво. На всю жизнь.

— Дан…

— Мне плевать на Олю и на всех женщин в этом мире. — Он наклоняется к моему лицу, опаляя губы немного сбивчивым дыханием. — На весь чертов мир плевать. На то, что и кто будет шептать нам в спины. Потому что ты — моя. Окончательно, Ю. Все остальное — просто обертка. Но даже она слишком блеклая по сравнению с тем, что я чувствую каждый раз, когда вижу тебя, трогаю, целую…

И он правда целует — приподнимая мое лицо за подбородок, завладевая ртом, как собственник. Забирая вместе с дыханием все сомнения, неуверенность и даже потребность снова забраться внутрь безопасной скорлупы.

Я сдаюсь.

Обнимаю его в ответ, отвечая на напор твердых губ со всей любовью, которую чувствую. И чем смелее целую — тем больше ее становится. Как в сказке про горшочек, который варил кашу, только я лучше откушу себе язык, чем скажу: «Горшочек, не вари».

Мы отрываемся друг от друга, только когда у проезжающей где-то неподалеку машины слишком сильно «выстреливает» выхлопная труба. Даня обзывает этого ноунейм-водителя «пидаром», а я тихонько смеюсь, потому что он даже злится по-особенному мило.

— Ю, блин, у тебя руки ледяные, — немного ворчит Малинин, когда спускаю ладони с его плеч на грудь под расстегнутой курткой, где у него только футболка. — Поехали домой? Или ты хочешь тарелки?

Я молча мотаю головой и даю отвести себя к машине.

В салоне меня сразу расслабляет тепло.

Пока Дан заводит мотор, все-таки достаю свечу, чтобы похвастаться. Даже не знаю, какую из двух, но когда отвинчиваю крышку… в ноздри ударяет настолько едкий запах, что желудок подпрыгивает к горлу словно на американских горках.

Я начинаю судорожно махать руками. Боюсь открыть рот, чтобы меня не вырвало на красивенький чистый салон Даниного «Ягуара». Слепо шарю по двери в поисках ручки, но Дан соображает быстрее — выпрыгивает из машины, распахивает дверь и я, едва успев перегнуться наружу, судорожно избавляюсь от содержимого своего желудка, пачкая и тротуар, и его любимые коллекционные кроссовки от «Баленсиага».

Господи.

Хочу отдышаться, но скулы сводит странная оскомина.

И меня снова скручивает, на этот раз надолго, пока в моем желудке не остается, кажется, даже воздуха.

Только после этого беру из протянутых рук Дани носовой платок.

— Ю, так, сиди здесь, свечи — нахуй.

Его нет всего минуту или около того, но когда возвращается — то уже с бутылкой минералки и пачкой влажных салфеток. Аккуратно, как ребенку, вытирает мне рот. Потихоньку поит и прикладывает к щекам прохладные ладони.

— Дан, прости… — Первый членораздельный звук, который вырывается из моего рта, ощущается как первый в жизни. — Буду должна твоим кроссовкам премиальную химчистку.

— Юль, что болит? Давай в больницу, родная. Пожалуйста.

Прежде чем ответить, лихорадочно перебираю все, что ела в прошлые сутки. Даже погрешить не на что — ни морепродуктов, ни экзотики. В последнее время мне хочется не изысков, а простого мяса и овощей.

Да и подвернуло меня не спонтанно, хоть и подташнивало с утра, а конкретно на запах свечи. Может быть, милая девчушка вовсе не милая, и подсунула мне какую-то китайскую дешевку, пользуясь тем, что я смотрела совсем в другу сторону?