Страница 26 из 60
— Под что?
— Под вечер в честь помолвки Сергея и Виктории.
Он поднял на меня глаза от монитора и медленно откинулся в кресле.
— Дальше.
— Я выступаю принимающей стороной. Я мирюсь. Публично, красиво, с размахом. — Я говорила ровно, я репетировала это дважды по дороге. — Женщина, устраивающая праздник паре, разрушившей ей жизнь, вызывает у людей ровно одно чувство. Восхищение. Про меня начнут говорить хорошо ещё до того, как я войду в зал.
— А они?
— А они не смогут отказаться. — Я села напротив. — Отказ означает, что они боятся. Весь их круг узнает, что жертва простила, а виновные струсили. Им придётся приехать.
Станислав молчал секунд пять.
— Список гостей, — сказал он.
— Весь их свет. Партнёры холдинга, собственник, их общие знакомые, юристы с рынка, пресса из отраслевых. Сто двадцать человек.
— Экран.
— Экран, звук, сцена. Официальная часть с моей стороны, три минуты.
Он усмехнулся. Первый раз при мне.
— Вы это на бумаге посчитали?
— Три с половиной миллиона.
— Дорого.
— Верните из моей зарплаты, — сказала я. — Лет через сорок.
Он засмеялся вслух.
— Зал я найду, — сказал он, отсмеявшись. — Бюджет дам. Условие одно.
— Какое?
— Вы мне за неделю до вечера показываете всё, что собираетесь пустить на экран. Целиком. — Он посмотрел на меня. — Я в юридический капкан с закрытыми глазами не захожу.
— Покажу.
— И второе. Я иду с вами.
Я подняла брови.
— В качестве кого?
— В качестве человека рядом. — Он вернулся к монитору. — Женщина, приехавшая одна, — это женщина, приехавшая объясняться. Женщина со спутником — это хозяйка вечера. Вам нужна вторая.
Приглашения я разослала в понедельник.
Плотный картон, тиснёный конверт, курьер в белых перчатках. Никакой электронной почты — бумага, с доставкой в руки, с отметкой о вручении.
«Екатерина Андреевна Соловьёва имеет честь пригласить Вас на вечер по случаю помолвки Сергея Игоревича Кострова и Виктории Александровны Ланских. Двадцатое февраля, восемнадцать часов».
Внизу, мелким шрифтом, одна строка от меня:
«Прошлое остаётся в прошлом. Буду рада видеть Вас».
Сто двадцать конвертов ушли за два дня.
Ответ от Вики пришёл на четвёртый день, голосовым сообщением. Я слушала его в подвале, стоя между стеллажами.
— Кать. — Голос дрожал, она играла на слезе. — Кать, я плакала. Правда плакала. Я знала, я всегда знала, что ты у меня самая-самая. Мы приедем, конечно, приедем, я Серёже уже сказала, он тоже… ну, он мужчина, он молчит, но я же вижу. Спасибо тебе. Ты святая, честное слово.
Я дослушала до конца.
Потом сохранила файл в отдельную папку, к остальным.
В папке к тому моменту лежало четыре часа записей, выписка по сорока четырём платежам и заключение технической экспертизы о подлинности аудио.
Двадцатое февраля стояло у меня в календаре.
До него оставалось семь недель.