Страница 40 из 47
После суда жители не разошлись. Семь родов вернулись к своим участкам дороги, проверили знаки, канаты и каменные метки. Варрен Сейд поставил две пустые повозки у внешней стороны переправы: если путь откроется, они должны были пройти через долину до восточного перевала и доказать, что дорога существует не только на карте.
Я вместе с Эсвель проверила последние расчёты. Все шесть башен находились на нужных линиях. Седьмая оставалась у северной стены. Для общего движения требовалось, чтобы каждый род подтвердил выбор не только через представителя. Поэтому возле семи знаков собрались все сорок три жителя. Никто не был обязан говорить одинаковые слова. Достаточно было назвать путь, который человек выбирал сам, и принять связанные с ним обязанности: дежурства, ремонт, расходы, право других родов проходить через свой участок.
Рейдаль нашёл меня у недостроенного общего склада. Я проверяла, закреплены ли полотнища на открытой стене, хотя ветер был слабым и без меня всё сделали бы правильно.
— Вы уже третий раз проверяете один узел, — сказал он.
— Второй.
— Я считал.
— Тогда вам нечем заняться перед движением семи башен.
— Есть чем. Но сначала нужно сказать то, что я не хочу оставлять до рассвета.
Он не попытался закрыть мне дорогу и не взял за руку, пока я сама не повернулась к нему.
— Я люблю вас, Элварис.
Слова прозвучали спокойно, без Громового голоса. От этого они стали весомее любого приказа.
— Я понял это не в ночь, когда мы поцеловались, — продолжил он. — И не тогда, когда вы полезли на башню, хотя это до сих пор кажется мне плохим решением. Я понял, когда вы остановили мой вызов Соррену и не позволили защите превратиться в право распоряжаться вами. Я люблю женщину, которая выбирает сама. Поэтому не стану просить вас отказаться от власти, передать её мне или доказать чувство местом рядом со мной.
Я смотрела на него и думала, что ещё месяц назад признание мужчины показалось бы мне началом новых обязательств, условия которых снова назовут заботой. Рейдаль не предлагал условий.
— А если Предел выберет меня руководить им? — спросила я.
— Буду спорить с вами, когда сочту решение неверным, и выполнять свою часть работы, когда большинство решит иначе.
— Не слишком романтично.
— Я могу добавить, что стану ждать вас у каждого ужина, но вы всё равно будете приходить последней.
— Это уже похоже на угрозу порядку.
Он улыбнулся, но не отвёл взгляда.
Я коснулась его ладони.
— После победы я сама решу, какое место вы займёте в моей жизни.
— Справедливо.
— И заранее предупреждаю: отправить вас обратно в горы будет трудно. Вы знаете слишком много о моих хозяйственных привычках.
Рейдаль наклонился и коснулся губами моего лба. В этом жесте не было ни требования, ни попытки получить обещание раньше времени.
— Тогда победим, — сказал он.
Мы вышли к старой дороге вместе, но заняли разные места. Я встала у центрального знака, откуда могла видеть семь групп. Рейдаль присоединился к Грозовому роду. Мейра стояла среди ткачей, не впереди и не позади остальных. Соррен и Совет наблюдали из-за ограничительной линии.
Луна над долиной потемнела. Сначала исчез её нижний край, потом тень закрыла половину серебряного круга. Белые полосы на башнях стали ярче на фоне чёрного неба.
Рейдаль дал первый ритм.
Сорок три голоса вступали по очереди. Кто-то говорил уверенно, кто-то сбивался и начинал снова. Люди выбирали не Элварис Нейр и не нового альфу. Они выбирали общую дорогу, право соседей пользоваться ею и обязанность отвечать за собственный участок.
Первая башня отозвалась с западного склона. Вторая поднялась возле старых складов. Третья, остановленная у ткацкого зала, повернулась к северному камню. Четвёртая вспыхнула у восточных столбов. Пятая и шестая ответили почти одновременно.
Седьмая оставалась тёмной до последнего слова.
Когда все голоса завершили выбор, по её стенам прошла широкая белая линия. Земля содрогнулась сразу в семи местах.
Башни начали движение.
Шесть пошли по рассчитанным линиям, освобождая старую дорогу и занимая точки древнего герба.
Четвёртая башня сделала первый шаг на запад, как и должна была.
На втором шаге она остановилась, развернулась и двинулась в противоположную сторону — не к дороге, а к крепости Трёх Ворот, отмеченной на нашей ложной карте.