Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 33 из 47

Он говорил о признании моих заслуг так, будто возвращал вещь, которую по ошибке унёс со стола. Не упомянул брошенных людей, печать в башне и приказ Вардена. Даже особые права Предела собирался даровать сам, хотя они существовали задолго до дома Вейг.

— Кто будет получать плату с постоянной дороги? — спросила я.

Соррен не ожидал вопроса.

— Доходы станут частью общей казны, но Предел получит справедливую долю.

— Кто определит её размер?

— Мы вместе.

— В доме Вейг?

— Разумеется. Для этого тебе нужно вернуться к своему положению.

— А семь родов смогут отказаться от решения, если оно им невыгодно?

Он едва заметно нахмурился.

— Управление большой территорией невозможно превратить в бесконечный спор. У каждого будет право высказаться, но окончательное решение должен принимать альфа.

Вот и всё.

Ему требовалась не жена, которую он внезапно научился ценить. Ему требовался человек, способный открыть башни, наладить торговлю и убедить семь родов работать вместе. Вернув меня в дом Вейг, он получил бы дорогу, доходы и прежнее право подписывать своим именем мои решения.

— Ты не хочешь отменить развод, — сказала я. — Ты хочешь отменить последствия собственной ошибки.

— Я признаю, что ошибся в тебе.

— Нет. Ты ошибся в цене земли, которую решил отдать как наказание.

По площади прошёл негромкий шум.

Соррен понизил голос:

— Я предлагаю тебе место рядом со мной, которого ты добивалась восемь лет.

— Восемь лет я добивалась права быть услышанной. Место рядом с тобой этого права не давало.

— Теперь даст.

— Пока мои решения приносят тебе пользу.

Он сделал шаг ближе.

— Ты готова отказаться от дома, положения и защиты ради человека, который ещё неделю назад хотел изгнать тебя из долины?

Его взгляд перешёл к Рейдалю.

Я почувствовала, как рядом изменилось дыхание Громового волка, но Рейдаль не заговорил. Оставил ответ мне.

— Я отказываюсь не ради мужчины, — сказала я. — И остаюсь не ради него. Я выбираю жизнь, в которой моё согласие нельзя купить возвращением прежнего имени.

— Имя Вейг сделало тебя той, кем ты стала.

— Имя Вейг стояло на документах. Работу выполняла Элварис Нейр.

На этот раз жители не скрывали одобрения. Несколько человек постучали рукоятями инструментов по камням. Звук был неровным, но исходил от тех, кого Соррен привык считать неспособными действовать вместе.

Я произнесла отчётливо:

— Развод останется в силе.

Соррен смотрел на меня так, как в вечер собрания, когда я подписала акт передачи. Тогда он ещё считал, что моё упрямство закончится после первой ночи в Пределе. Теперь перед ним стояли работающие мастерские и люди, позволившие мне остаться добровольно.

— Ты забываешь, кому принадлежит эта земля, — сказал он.

— До окончания срока она передана мне.

— Временная переправа не делает Предел независимым.

— Поэтому мы откроем постоянную дорогу.

— С помощью моего капитана?

— Бывшего капитана, которого ты объявил изменником после того, как он спас людей от твоего приказа.

Соррен повернулся к Рейдалю.

— Ты всегда выбирал удобный момент для неповиновения.

— Я слишком долго выбирал удобный момент для послушания, — ответил тот.

Соррен использовал властный голос без предупреждения.

— Склонитесь перед законным альфой.

Приказ прошёл по площади тяжёлой волной. Я не обладала даром, способным остановить его, но почувствовала, как люди вокруг напряглись. Двое бывших стражей опустили головы. Женщина у ткацкого зала пошатнулась и ухватилась за стену. Орстен согнул колени, словно тело вспомнило привычку раньше разума.

Рейдаль вдохнул, готовясь раскрыть Громовой голос.

— Не надо, — сказала я.

Он посмотрел на меня, но силу удержал.

Я встала между Сорреном и жителями. Его приказ ударил сильнее, когда я оказалась прямо перед ним. Восемь лет этот голос завершал наши споры, хотя Соррен уверял, что никогда не применяет дар к собственной жене. Возможно, он и сам верил, что достаточно лишь изменить тон, чтобы моё несогласие исчезло добровольно.

Мне хотелось отступить. Я не стала делать вид, что не чувствую давления. Вместо этого повернулась к людям.

— Не смотрите на него, — сказала я. — Смотрите друг на друга. Назовите своё имя и решение.

Первой ответила Мейра:

— Мейра из Ткацкого рода. Я не склоняюсь.

Юрвен выпрямил спину.

— Юрвен из Каменного рода. Я выбираю стоять.

Эсвель назвала себя тихо, но рядом с ней повторили слова ещё двое представителей Речного рода. Тарвен положил ладонь на плечо Орстена, помогая ему разогнуться. Невра говорила не громче обычного, однако каждый новый голос ослаблял власть старой привычки.

Семь родов не отвечали Соррену одним приказом. Каждый человек произносил собственный выбор.

Рейдаль дал им ритм. Его низкий голос проходил под словами, не перекрывая ни одного. Он не заставлял людей стоять, а помогал удержаться тем, кто уже решил не склоняться.

Соррен усилил давление.

Белые линии на третьей башне вспыхнули. Следом отозвалась вторая, затем первая у северного русла. Земля под площадью едва заметно дрогнула.

Вельдра Касс подняла руку.

— Прекратите, Соррен. Совет не разрешал проверять власть над Пределом силой.

— Эти люди входят в мою стаю по старому соглашению.

— Срок передачи ещё не истёк.

— Элварис не способна защитить их.

— От кого? — спросила я. — Сейчас единственный человек, вынуждающий жителей подчиняться, стоишь передо мной.

Соррен оборвал голос.

Орстен выпрямился окончательно. Никто не опустился на колени.

Рейдаль вышел вперёд.

— По праву Грозового рода и старому пограничному закону я вызываю тебя на поединок за власть, которой ты требуешь от Предела.

Среди охраны Соррена произошло движение. Вельдра резко повернулась к Рейдалю, а сам Соррен впервые за всё утро улыбнулся.

— Принимаю.

— Нет, — сказала я.

Оба мужчины посмотрели на меня.

— Элварис, отойдите, — произнёс Рейдаль. — Он не прекратит, пока не встретит силу, которую признаёт.

— И после поединка победитель получит право решать за долину?

— Старый закон позволит лишить его притязаний.

— Или передаст их тебе.

— Я не стану требовать власть.