Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 37 из 46

На следующее утро, после завтрака приступили к обслуживанию самой пушки и всех разобранных частей от неё. Их тщательно смазывали, проверяли на работоспособность и пока откладывали в сторону.

- Если такими темпами и дальше работать будем, то к вечеру начнём собирать пушку, - подумал я, смотря как краснофлотцы, приводят в порядок последние механизмы пушки – проверяют ход лафета, меняя смазку в оси и колёсах (колёса, я кстати, поменял на металлические, сняв со старых неисправных гаубиц). В обед заходил лейтенант, хотел уточнить, как идут дела у нас, я показал ему на две пушки, уже нам не нужные и стоявшие в стороне. Те, уже были приведены в порядок, т.е. собраны. В этот момент, краснофлотцы докрашивали саму пушку, подтаскивая все её части поближе к печкам, чтобы быстрее сохли, за печками следил и подкидывал в них дрова Васильев. Я до обеда успел сходить с ним и выбрать лучший из трёх прицелов, который пока хранился отдельно в ящичке.

Чуть позже решил всё же собирать пушку с утра, - плохо просыхали покрашенные части, на ночь были назначены дежурные, в обязанностях которых было поддерживать в печках сильный огонь, а вот с утра после завтрака, стали собирать пушку.

Собирать было легче, краснофлотцы уже знали порядок действий, научились, ставя неисправные части с нашей на другие.

К 17.00 нас нашёл в мастерской Космачёв, он обошёл пушку по кругу, рассматривая, что у нас получилось.

- Выглядит как новая, - посмотрев на нас, довольно сообщил он, - даже колёса металлические, а не деревянные.

- Я на пушку пока не ставил прицельное приспособление, - сообщил я командиру дивизиона, - после транспортировки на батарею установим. Может чайку?

Васильев, к тому моменту уже готовил нам две кружки. Пока пили чай, Космачёв сообщил, что он привёз документы - накладные на получение 76-мм пушки, а также боеприпасов к ней, документы получить в штабе СФ удалось на удивление быстро.

- Там все знали, что эти пушки неисправные, - с усмешкой сообщил мне Космачёв, попивая чай, - так что проблем с получением не было, наоборот были рады, что хоть одну сплавили. Я уже договорился, что завтра с утра подойдут две машины, наши с комендатуры, загрузим по максимуму боеприпасами, подцепим пушку и в порт, заявку на доставку к нам пушки и боеприпасов, я уже подписал у коменданта порта. Пока будите грузится на баржу, я с комендатуры МУРа перезвоню на батарею, пусть высылают заблаговременно подводы и трактор для транспортировки пушки и боеприпасов.

Ночевать Космачёв остался с нами.

Глава 18

27 января с 07.00 утра, выкатили две неисправные пушки назад, на место где они и стояли, свою готовую так же подготовили к транспортировке, позавтракали, дождались прибытия двух полуторок, пока Космачёв бегал с документами, загрузили машины боеприпасами и подцепили пушку. Васильев отошёл попрощаться со своими земляками, выпросив время, буквально несколько минут, назад же пришёл, сгибаясь под тяжестью большого тюка.

На мой вопрос, - что там?

Улыбаясь, ответил, - так это же чехол от пушки, как раз на ствол с длиной 40 калибров.

Довольный Морозов, тут же дал команду надеть его на пушку, что тут же было выполнено краснофлотцами команды.

На прицепе пушка идти должна намного лучше и плавне, чем с деревянными колёсами. Космачёв сел в кабину первой машины с прицепленной пушкой, я во вторую в кабину. Мои краснофлотцы загрузились в кузов машины Космачёва, разместившись на ящиках с боеприпасами.

После приезда в порт Полярного, водители машин подрулили к одиноко стоящей чуть в стороне барже. На неё уже шла погрузка различного имущества. Прибежавший Космачёв принёс все необходимые документы и стоящий у баржи представитель порта, разрешил загрузку пушки и боеприпасов с машин на баржу. В первую очередь отцепили пушку и на руках по брошенным сходам затащили её на баржу, оставили двух краснофлотцев Васильева и Рубаника крепить её, а остальные принялись таскать боеприпасы. Причём привычный Морозов, тащил сразу же по два ящика.

Каково же было моё удивление, когда к барже подошёл пароход, на котором плавал лейтенант Верёвкин, помощником командира.

Тот, увидев меня, тут же перебрался на баржу, радостно пожимая мне руку спросил, - я так понимаю, винтовка тебе уже не нужна на это плавание, ты в этот раз тащишь пушку. Может из неё, постреляешь?

- Это как командир разрешит, - ответил я тому, кивнув на капитана Космачёва, - разрешит, постреляем, нет, не обессудь.

Верёвкин тут же стал уговаривать Космачёва, на разрешение пострелять для меня.

Космачёв вопросительно посмотрел на меня, я же ответил, - это разговор про немецкую батарею, расположенную на берегу губы Кутовой, из неё немцы контролируют часть Мотовского залива, кстати, действительно опробовали бы пушку, краснофлотцев для расчёта должно хватить. Тут всего около двух с половиной километров до неё, осколочно-фугасные самое-то будут.

- А давай попробуем, - согласился Космачёв, - не всё же немцам безнаказанно стрелять, может, будут хорошие попадания.

Верёвкин чуть ли не пищал от радости, пригласил всех на пароход, сказав, что при подходе к зоне, контролируемой немцами мы перейдём на баржу, он договориться с командиром парохода.

Тут уже не согласился я, сказав, что мы остаёмся на барже, так нам будет поспокойнее за пушку, да и до Мотовского залива, если вдруг немцы набегут отбиться будет чем. Да и вдруг крепления пушки пере закрепить понадобиться, всё же январь месяц.

Пока было светлое время, я с помощью Морозова, откинув чехол с пушки, установил прицельное приспособление на своё законное место.

На барже была небольшая деревянная пристройка для размещения десятка человек, а кроме нас на ней были два матроса, для её непосредственного обслуживания. Пока матросы крепили канаты, наша команда расположилась в пристройке, чтобы не терять времени шустрый Васильев, тут же принялся протапливать буржуйку, заодно поставил на неё чайник.

- Попить чайку в такую погоду самое то, - заявил Васильев, - да и экипаж баржи, будет не против.

Периодически через несколько часов, я посылал матросов для проверки крепления пушки, погода всё же до входа в Мотовский залив была с сильным ветром, ко всему же пошёл снег.

- И как ты будешь стрелять в такую погоду? – задал закономерный вопрос Космачёв.

- Ну, во-первых, нам ещё на этой барже тащится и тащиться, - ответил я, - погода же в любой момент может поменяться, это же Север. Во-вторых, она наверняка будет несколько иной в Мотовском заливе. Ну и в-третьих, промолчат немцы при нашем проходе, не будут стрелять, то их счастье, а нет, пусть не обижаются.

Пока было время краснофлотцы, пристроившись кто как, отсыпались наперёд.

За полчаса до входа в зону обстрела немецкой батареи, мы стали готовить пушку к стрельбе, хорошо хоть снег перестал идти. Краснофлотцы быстро распределились, кто какие обязанности будет выполнять у пушки, с учётом своих прямых обязанностей на батареи. Морозов ещё раз уточнил, какие снаряды подавать. Заранее подготовили на всякий случай десять ящиков, подтащив их поближе к пушке.

Я проинструктировал всех, что если будем стрелять, то максимально быстро, поэтому зарядку производить, не дожидаясь команды. Мне главное услышать, что орудие к стрельбе готово.

Космачёв находился рядом, но не вмешивался в мои действия, да и нужды в этом не было. Когда всё было готово, я подошёл к нему и попросил его отслеживать разрывы наших снарядов на немецкой стороне, бинокль у него был свой, на что он кивнул головой – сделаем. Ему я так же сказал, что первые десять выстрелов будут пристрелочные, мне надо привыкнуть к орудию, его особенностям.