Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 32 из 46

Выставить их у нас получилось только в ночь с 30 на 31 октября в 02.00 и 04.00 соответственно. Первые четыре были выставлены как можно ближе к непосредственно входу в пролив, в одну линию с расстоянием между ними 25 метров, вторую партию выставили через милю, тоже в линию, но с расстоянием между ними 40 метров. Углубление на них выставили 3 метра. Чтобы сторожевые корабли могли свободно проходить над ними, весь расчёт строился на подрыв мин, при прохождении крупных транспортов.

Как я уже и говорил, выход всех скопившихся кораблей из порта Лиинахамари состоялся 1 ноября, рано утром, в 05.07.

В этот раз в состав конвоя входили «GEORG L.M. RUSS», ГСУ «ALEXANDER VON HUMBOLDT», «SPICA», «STORTIND» «IDUN» «FRIEDA», «SOLGLØTT», под охраной сторожевых кораблей «SPERBER», «WINDHUK», «NORDWIND», «VIENA», 4-х охотников ПЛ UJ.1211, UJ.1212, UJ.1205, UJ.1701 и 4-х тральщиков М.15, М.18, М.22, М.29.

По плану морского командования впереди конвоя шли быстроходные корабли «GEORG L.M. RUSS», ГСУ «ALEXANDER VON HUMBOLDT», «SPICA» которые после нормально прохода залива, должны были идти отдельным конвоем со скоростью 15 узлов, под охраной 2-х охотников UJ.1205, UJ.1701 и сторожевого корабля «WINDHUK». Все остальные корабли шли за ними, но с обычной для конвоя скоростью.

Как первый транспорт конвоя проскочил нашу банку мин, никто не знает, но он её прошёл, а вот второй не прошёл под левой носовой частью госпитального судна «ALEXANDER VON HUMBOLDT» (550 брт.) раздался подводный взрыв. Для этого парохода, имеющего не столь значительные габариты и тоннаж, подрыв мины был катастрофичен (на момент выхода на его борту находилось 217 раненых и 32 человека медицинского обслуживающего персонала). В корабль через пробоину стала быстро поступать вода, капитан корабля экстренно сбросил ход, имеющий крен на левый борт, его к тому же начало разворачивать кормой. Капитан следующего корабля, а это был голландский теплоход «SPICA» (247 брт.), попытался обойти на скорости тонущий корабль справа, у него это получилось бы, если бы не подводный взрыв со стороны тоже левого борта. Корабль с увеличивающимся креном на левый борт на скорости вынесло прямо в корму «ALEXANDER VON HUMBOLDT», к которому уже спешили корабли охраны конвоя.

И все эти события происходили мало того, что в ночное время – пять часов утра 1-е ноября, так ещё погода была, как я уже говорил с волнением в море 6 баллов.

Корабли «ALEXANDER VON HUMBOLDT» и «SPICA» затонули в течении 5 минут спасти с них удалось всего по нескольку человек с экипажа. И всё это, несмотря на то, что госпитальное судно было оборудовано соответствующими знаками красного креста, - войне, ночной поре времени, а тем более морским минам было всё равно, под чем взрываться. За подрывом, а потом и уходом под воду двух кораблей, с ужасом наблюдали в первую очередь экипажи с кораблей охранения, но сделать в такую погоду что-то, не смогли.

Два взрыва в проливе после пяти часов утра были услышаны на батареи дежурным сигнальщиком Глазковым, о чём немедленно было доложено на КП батареи.

А вот самый большой и быстроходный корабль конвоя «GEORG L.M. RUSS» (2980 брт.), как это ни странно проскочил не только первую минную банку, но и вторую без подрыва уйдя в сопровождении сторожевого корабля «NORDWIND» и 2-х охотников за ПЛ UJ.1205, UJ.1701 в Киркенес.

Остальные корабли конвоя были возвращены в порт Лиинахамари.

По распоряжению коменданта порта Лиинахамари в 11.00 было проведено траление фарватера тральщиками М.18, М.29, оставшиеся шесть мин были выловлены тралами. Одну из них отбуксировали для изучения, а движение судов на маршруте Киркенес - Петсамо было остановлено на неопределённое время.

Тут немного отступлю от изложения книги и дам несколько абзацев с историческими данными:

5 ноября немецкими постами наблюдения были обнаружены подводные лодки недалеко от Нурменсетти и подрыв тральщика М.22 на входе в Бек-фьорд, навел немцев на мысль о минировании советскими подлодками пути на Петсамо. Для проверки 6 ноября вышел тральщик М.17, который сразу затралил в Бек-фьорде три мины. Одну из них отбуксировали для изучения, а движение судов на маршруте Киркенес – Петсамо остановили. 7 ноября тральщики М.15, М.17, М.29, М.30 с 08.25 до 16.45 проводили траление. Они смогли вытралить еще три мины, признанные подлодочными (все эти мины были выставлены нашей подводной лодкой К-23 ещё 29 октября). 8 ноября все те же 4 тральщика продолжили проверку Бек-фьорда и Кьелмё-сунда, и снова обнаружили мины. Одна из них взорвалась очень близко к корме M.15. Теперь подозрительной, была объявлена область на север, в сторону Вардё.

Вечером 9 ноября, Бек-фьорд был открыт для судоходства, однако путь до Петсамо оставался закрыт (там предположили минирование из-за того, что береговой акустический пост слышал подлодку), пока его не проверили тральные баркасы с вернувшейся в Киркенес плавбазы «BALI». 10 ноября им удалось проверить фарватер только до Нурменсетти, из-за технических неполадок в тралах. Тем не менее, под защитой тралов в Петсамо были отправлены пароходы «ASUNCION» (4626 брт.) и «JETTA» (3678 брт.), охраняемые охотниками за ПЛ UJ.1211 и UJ.1205. Караван вышел ранее обычного, в 13.00. После задержек, связанных с непогодой, «BALI» все же завершали проверку фарватера и караван смог прибыть на место в 19.00. Маршрут был объявлен свободным от мин.

Поэтому и я в этой книге как автор решил, что будет правильно, если немецкое командование так же после нескольких проверок фарватера, 10 ноября решится открыть движение на маршруте Киркенес – Петсамо, удачно в этот раз выведя из пролива конвой в составе «STORTIND» «IDUN» «FRIEDA», «SOLGLØTT», кораблей охраны 3 сторожевика «SPERBER», «WINDHUK», «VIENA», 2-х охотников за ПЛ UJ.1211, UJ.1212 и 2-х тральщиков М.22, М.29. Этот конвой без потерь дойдёт до порта Киркенес.

Шабалину хоть и своевременно, по телефону было сообщено от акустического поста нашей батареи, о многочисленных шумах со стороны порта Лиинахамари, выйти на перехват этого конвоя он не смог, - не позволяли погодные условия.

А 13 ноября поступило указание от командира отряда торпедных катеров на передислокацию ТКА-12 и ТКА-15 в Пумманки. 14 ноября весь отряд торпедных катеров ушёл в Полярный на главную базу СФ. В реальной истории так оно и случилось, 14 ноября советские торпедные катера были выведены из Пумманки, так как их выходы в море, постоянно срывались погодой.

Я же 13 ноября, попрощавшись с Шабалиным и Хапилиным, направился на свою родную батарею, на этом моя командировка к катерникам закончилась.

По прибытию на батарею доложился командиру Поночёвному и сразу же приступил к выполнению своих обязанностей командира огневого взвода.

Глава 16

Здесь я бы хотел остановится на том, что было сделано на батареи более подробно, пока я был на торпедных катерах. К тому моменту, когда я приступил к выполнению своих обязанностей, два орудия из трёх с уже заменёнными стволами были установлены на основания, подготовленные для них в осеннюю пору. На старой позиции пока оставалось одно орудие. На новой позиции успели подготовить к зиме всё вплоть до новой кухни.

Командование батареи после того, что здесь в заливе было наворочено, стало серьёзно опасаться десанта и диверсионных вылазок (Командование военно-морских сил Германии неоднократно ставило вопрос об их уничтожении. Осенью 1941 г. была разработана операция «Визегрунд». Однако для захвата полуостровов Рыбачий и Средний на тот момент, не хватило сил.) как вариант уничтожения нашей батареи, поэтому к ночным караулам подход был очень серьёзный, я как минимум раз-два ночью подымался проверять караулы. Дежурных особо не терзал, видя, что к караулам и вахтам все краснофлотцы относятся серьёзно, добросовестно выполняя свои обязанности. Особо порадовался тому, что купил настенные часы в Полярном, 24 часа в сутки, каждый час кукушка куковала время, что особенно ценно было полярной ночью, эти удобства так же оценили все проживающие командиры в блиндаже.