Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 29 из 46

На всякий случай напоминаю уважаемому читателю, что на тот момент у СФ числилось 16 подводных лодок, фактически же 15. Из них 6 типа «М» имеющих небольшую автономность и дальность и способных действовать либо около своих баз, либо не далее Варангер-фьорда. Для действий на удалённых коммуникациях можно было использовать только 9 лодок, понятно, что для решения всех оперативных задач этого было недостаточно. Именно поэтому, в интересующим нас районе, командование СФ отправляло только подводные лодки типа «М».

Я же, зная из истории, что десанта здесь не было, соглашался только на точку зрения Светлова. Понимая, что на немецкое морское командование будут давить с каждым днём всё больше и больше. В одну сторону им нужно вывозить никелевую руду и раненых, в другую доставлять боеприпасы, пополнение и технику.

Так наступило утро 23-го, к телефону Светлова позвали в 08.53, мы с Шабалиным так же подошли, чтобы послушать, от акустического поста нашей батареи поступил доклад многочисленных шумах со стороны Киркенеса.

Светлов дал команду на минутную готовность для катеров.

Пока катера готовили, мы втроём здесь же провели совещание.

- Это конвой, однозначно, - сказал Светлов, - то, что он будет проходить утром в светлое время, говорит только о том, что немцы что-то задумали.

- Скорее всего, поставят дымовую завесу в момент стрельбы батареи, - добавил Шабалин.

- Я бы сюда добавил, что есть большая вероятность того, что ещё одновременно будет налёт авиации, - внёс свою мысль и я.

- Как будем действовать, какие предложения? – спросил Светлов нас, при этом почему-то посмотрев на меня, на меня же уставился и Шабалин.

- Ну, давай гений, говори, - поторопил меня Шабалин.

Я прекрасно понимал, что от правильности действий сейчас, будет зависеть, пройдёт ли конвой без потерь или нет.

- Карту, - коротко сказал я, Светлов тут же вытащил свою, - значит расклад такой, стал показывать я на карте, - мы уходим вот сюда, это достаточно далеко, чтобы не вступать с охраной конвоя в перестрелку и в тоже время, когда они поставят завесу, мы сможем и далее корректировать огонь батареи, пока кто-нибудь не даст команду поставить её и от нас. В этом случае, нам остаётся идти в этот квадрат и корректировать огонь отсюда, но тогда и нас будет обстреливать немецкая береговая батарея, вот отсюда. Что я наглядно показал на карте, вот после того как они начнут долбить по нам, на скорости идём к хвосту конвоя и выпускаем все свои торпеды. Как-то так.

Светлов, с Шабалиным продолжали молча смотреть на карту, по-видимому проводя в голове анализ того, что я им сказал.

- Должно получиться, по крайней мере, мы торпеды выпустим, - первым высказался как всегда Шабалин, - иначе без боя проскочат, сволочи.

Согласен, - сказал Светлов, тем самым поставив точку в совещании, и посмотрев на Шабалина, добавил, - давай на свой катер

Как только наши катера отошли от деревянного причала, Светлов повернувшись ко мне сказал, - на Шабалина подали наградной на Героя, за торпедную атаку в порту, на меня орден Красной Звезды, а что у тебя за корректировку?

- Подали наградной вместе со всеми, - пожав плечами, ответил я, - комиссару батареи перезвонили из политотдела МУРа, сказали, что я просто выполнял свои обязанности, пока не достоин, вернули назад с соответствующей визой начальника политотдела МУРа.

- Суки, - чуть слышно произнёс Светлов, отворачиваясь от меня и сосредоточившись на управлении катера.

В это время, в небе Финляндии показались группа самолётов, направляющая в сторону полуострова Средний, а если быть точным, то прямиком к нашей батареи.

- Всё как ты говорил, - повернувшись ко мне, сказал Светлов, чуть позже добавил, - а вот и конвой показался. Ещё через некоторое время уточнил, - да их же не менее 20-ти вымпелов будет и под погоду с высокой облачностью, конвой специально подогнали.

- Они проход мимо нашей батареи точно подогнали под погоду, - подумал я, оглядываясь, высокая облачность, одновременно с тем волнение в море было балла 3-4. Если погода ещё чуть-чуть изменится, балов до 5, то о торпедной атаке можно будет забыть.

В это время несколько тральщиков, которые шли впереди стали ставить двойную дымовую завесу, скорость конвоя на тот момент была 8-9 узлов.

- Ещё немного и уже можно начинать пристрелку, на максимальную дальность, - подумал я сверяясь с картой, наконец, первые данные по залпу ушли на батарею.

Буквально через пятнадцать секунд батарея сделала свой залп. Три столба воды встали со значительным разбросом, два из которых в стороне от движущейся колонны транспортов. Сверка с картой и новые данные были продиктованы мною на батарею. Этот залп лёг хорошо среди колонны транспортов, но всё равно без попаданий и близких разрывов. Три повтора залпов, принесли наконец, одно практически накрытие, снаряд упал рядом с бортом одного корабля, тот находился в середине колонны транспортов. Хода он не сбросил, но скорость его значительно снизилась, видать были какие-то повреждения (позже было выяснено, что это был пароход «STELLA» (479 брт.), хоть он и снизил скорость, но тем не мене, смог самостоятельно дойти до порта Лиинахамари).

Ещё через насколько залпов, наконец было первое попадание и довольно удачное, куда наши попали было не очень видно, всё-таки расстояние сказывалось, но тем не менее было видно, что на корабле было заметное возгорание, которое постепенно разрасталось. Как позже выяснилось, это был пароход «STORFJELD» (2021 брт.), который перевозил в своих трюмах бочки с ГСМ, потушить возникший пожар не смогли и пароход выгорел полностью, капитану пришлось выбрасывать пароход на берег сразу же после входа в залив Петсамо-вуоно.

Командир конвоя Лангенфельд по всей видимости понял, что с катеров ведётся корректировка огня батареи, и отдал одному из концевых кораблей охраны команду на выставление дымовой завесы и в конце конвоя. Тем более, что наши торпедные катера вошли в зону ответственности немецкой береговой батареи, которая тут же открыла по нам огонь.

Об этом я сообщил на батарею и предложил Поночёвному продолжить огонь ещё минут пять в слепую, при этом учитывая только скорость конвоя.

- А ведь конвой закрылся от нас дымовой завесой, - мелькнуло у меня в голове, и тут же появилась мысль, как правильно вывести в торпедную атаку катера.

- Георгий Кириллович, - стараясь перекричать рёв движков, обратился я к Светлову, - а что если…

Тут я изложил ему своё виденье торпедной атаки, тем более показывать ничего не надо было, всё было перед глазами.

Светлов даже не задумывался, тут же стал отдавать указание краснофлотцу, находившемуся в люке, для передачи информации на катер Шабалина.

Два торпедных катера, по широкой дуга начали уходить с сторону полуострова Средний, выжимая из движков всё возможное, чуть позже дуга переросла в полукруг, конец которого приходился на вход в пролив Петсамо-вуоно.

Краснофлотцы под управлением боцмана Петровича, лихорадочно готовили торпедные аппараты к пуску торпед. Я же продолжал оставаться около Светлова, в этот выход я корректировал стрельбу, поэтому по договорённости со Светловым за ДШК встал штатный краснофлотец, закреплённый за ним и сейчас переходить за пулемёт мне, не было никакого смысла.

По плану наш катер и Шабалина выскакивали из-за дымовой завесы, у нас было не так много времени, чтобы определиться с пуском торпед, потом мы должны скрыться за этой же дымовой завесой. Так что на стрельбу из пулемёта там было мало времени.

- Выходим на готовность к пуску торпед, - прокричал указание боцману Светлов, которое, тот и продублировал своим подчинённым, у торпедных аппаратов замерли неподвижно краснофлотцы, готовые произвести пуск торпед.