Страница 25 из 46
Катер Светлова практически не имел пробоин от стрельбы сторожевых кораблей, по крайней мере сторожевик, который следовал в конце конвоя получил в свой борт не одну очередь и ещё до подрыва торпеды Шабалина, прекратило стрелять его орудие, установленное в носовой части корабля.
Отойдя на несколько миль от конвоя и узнав, что на катере Полякова много раненых, Светлов сам лично перешёл на катер, прихватив с собой, боцмана Петровича и несколько его подчинённых. За управление ТКА-11 встал я сам. И только после этого катера дали ход в сторону своей дислокации.
По приходу на базу, я увидел мрачного и подавленного Светлова, больше половины экипажа катера были ранены, как, впрочем, и сам лейтенант Поляков. Пока дошли до места временного базирования, двое из экипажа уже умерли. На ТКА-11 после атаки на конвой, также было два раненых краснофлотца.
По-первости весёлый Шабалин, тут же почернел лицом, когда стали выносить раненых с катера Полякова и укладывать на повозку для отправки в госпиталь, который располагался непосредственно в посёлке Западное Озерко.
Все доклады закончились далеко за полночь 6 октября, на катер ТКА-13, старшим перешёл боцман Петрович, пока не прибудет замена, которую пообещали уже завтра утром.
Пока пили чай в каюте командира, Светлов, рассказал нам с Шабалиным, что командование отряда торпедных катеров, приняло решение, что завтра сюда приходит ТКА-15 младшего лейтенанта Хапилина. ТКА-15 сопроводит сюда моторный катер «Щуку», на ней будут доставлены торпеды для Шабалина и временный экипаж для ТКА-13 для перегона последнего, на маневренную базу отряда Пумманки.
Глава 12. Небольшая, историческая, с анализом использования торпед советскими моряками за 1941 год на Севере, на немецких заполярных морских коммуникациях
Первая торпедная атака и первая выпущенная торпеда советскими моряками была сделана 21 августа, сделала её подводная лодка М-172, вышедшая в море 18 августа (командир ст. лейтенант Фисанович И.И., с ним на лодке в походе находился комдив 3-го дивизиона, капитан 3-го ранга Колышкин И.А). Лодка проникла в глубь фьорда Петсамо-вуоно, дошла до порта Лиинахамари, обнаружила у причала крупный транспорт (это был пароход «MONSUN» - 6590 брт.) вот по нему и была выпущена одна торпеда, торпеда взорвалась рядом с пароходом, не причинив ему вреда. Почему так получилось, что не попали, по неподвижно стоящей крупной цели? Потому что, выстрел был сделан на циркуляции лодки, взрыв подводниками был зафиксирован, но не визуально, к тому моменту лодка уже скрылась за скалами, что не помешало им заявить о победе. Уже на следующий день 22 августа, в 00.02 на берегу (западнее Нурменсетти) взорвалась торпеда, выпущенная этой же лодкой М-172 Фисановича, по "паровой яхте с белым корпусом". Последовавшие два взрыва, командир посчитал за попадание и взрыв котлов, что дало повод претендовать на вторую победу за один поход. По его результатам, Фисанович 8 ноября получил орден Красного Знамени (Википедия, Фисанович Израиль Ильич). Вместе с тем, 30 августа пароходы «SOLGLØTT» и «MONSUN» без конвоя совершили переход из Петсамо в Киркенес. Если пароход «MONSUN» и был потоплен, или повреждён, но только не 21 августа 1941 года.
Второе упоминание за 1941 год, по пускам торпед советскими моряками, пришлось на 11 сентября.
11 сентября, в море вышли ТКА-11 и ТКА-12 под командованием капитан-лейтенанта Светлова Г.К. и лейтенанта Шабалина А.О., только на этот раз задачей был не поиск, а перехват уже обнаруженного постом СНиС каравана. Выход был зафиксирован в 20.40, катера вышли в 21.15. При хорошей погоде и освещенности (солнце село недавно), ТКА прошли вдоль берега в сторону Киркенеса и в 22.05 увидели трубы и мачты 5 кораблей – груженого транспорта на 6000 т, рядом с ним сторожевика, а мористее – трех СКА. Цели очень хорошо наблюдались на фоне заката. В 22.20 с дистанции 2 - 4 кабельтовых, оба катера дали по залпу, но у ТКА-11 не сработала автомат-коробка. Только когда капсюль разбили молотком, торпеда ушла по назначению. Через полминуты раздались взрывы и появились два столба черного дыма. Корабли охранения открыли сильный огонь, но всё, чего они смогли достичь – пробить дыру в правом борту ТКА-12. В остальном, катера без потерь вернулись на базу. Транспорт и сторожевик считались потопленными.
Противником их были ветеран маршрута пароход «BJØRNSUND», буксирный пароход «GLETTKAU» с наливным лихтером на буксире и сторожевики «TOGO», «KRAHE», «NORDWIND». В 21.45 «NORDWIND» заметил катера, а к 22.30 огнем кораблей атака ТКА считалась отбитой. В 22.25 было отмечено прохождение 3 торпед, от которых немцы смогли увернуться. В 23.25 все суда благополучно достигли Лиинахамари.
Но уже 12 сентября, те же сторожевые корабли («TOGO», «KRAHE», «NORDWIND») в составе конвоя сопровождали «SOLGLØTT», «JETTA» и «SVANHILD», который прибыл в конечный пункт Киркенес, 13 сентября в 07.00.
Что касается парохода «BJØRNSUND» и буксирного парохода «GLETTKAU», то они в составе конвоя вышли в обратный путь 13 сентября, вечером и в 05.00 14 сентября, конвой без помех добрался до Киркенеса.
Третье применение торпед произошло 14 сентября. Именно в этот день в 15.00 Киркенес покинул конвой в составе пароходов «SOLGLØTT» (149 брт.) и «LANGENES» (119 брт.) под охраной сторожевиков «NORDWIND» и «FRANKE» менее чем через два часа, он был атакован М-172 Фисановича. Командир определил состав конвоя, как транспорт в сопровождении тральщика и 2 СКР. "Малютка" выпустила по транспорту на 3000 тонн одну торпеду, слышала взрыв, а через 3 минуты не обнаружила на поверхности своей цели. Враг, якобы проводил бомбардировку, сбросив 10 ГБ. Как это часто бывает, здесь мы видим загадку, которой нет объяснения. Немцы атаку не зафиксировали, никого не бомбили, конвой в полном составе в 23.00 прибыл в Петсамо. Через 25 минут, сторожевики в одиночку отправились обратно. В 02.10 15 сентября, они были атакованы двумя советскими ТКА, но сумели увернуться от торпед, чтобы затем в течение получаса вести бой с катерами. Немцы доложили о попаданиях и повреждениях одного катера. В 04.15 оба корабля пришли в Киркенес.
В эту ночь 3 советских эсминца производили постановку мин около Рыбачьего, а ТКА-13, ТКА-14 и ТКА-15 их прикрывали. Прикрытие осуществлялось в форме поиска у вражеского побережья (ожидался проход конвоя), причем в процессе ТКА-14 отстал и ушел в базу. ТКА-13 и ТКА-15 (лейтенант Поляков, мл. лейтенант Хапилин П.), дойдя до Хольменгро-фьорда, повернули обратно. Здесь они и столкнулись со сторожевиками, приняв их за два больших транспорта. ТКА-15 выпустил торпеды по концевому, ТКА-13 смог выпустить по головному только одну (вторая не вышла). В обоих случаях командиры фиксировали попадания, транспорты считались потопленными, а затем появились "ранее не замеченные" корабли охранения, которые вели по катерам безрезультатный огонь.
Следующие пуски торпед произошли 26 сентября очередной конвой в Петсамо составили пароходы «HAVBRIS» (1316 брт.) и «SOLGLØTT» (149 брт.), а также СКР «KRÄHE» и «POLARFUCHS». Они вышли в 16.00, а в 18.00 в Лиинахамари, наконец-то прозвучала противолодочная тревога! Только на четвертый раз, проникшая подлодка была реально обнаружена во время выстрела торпед; впрочем, экипажи находившихся в гавани 2 МТЩ (R.155/162) в этот момент, нежились в сауне. Пока они погрузились на свои корабли и отошли от пирсов, атаковавшая лодка смогла уйти. По ней вели огонь зенитки и противотанковые орудия, тщетно. Затем немцы бомбили место выстрела, давным-давно пустое. М-174 под командованием капитан-лейтенанта Егорова Н.Е., после выпуска на циркуляции обеих торпед уже отходила из гавани. Тем не менее, взрывы 28 глубинных бомб причинили ей небольшие повреждения. Командир лодки целился по самым крупным судам, увиденным им у причалов – «MIMONA» (1147 брт.) и «ALDEBARAN» (7891 брт.), однако одна торпеда застряла в деревянных опорах пирса, вторая выскочила на мель и разломилась. Ни одна торпеда не взорвалась (какую-то из них можно до сих пор видеть в музее в Хельсинки), что не помешало Егорову, считать оба транспорта потопленными. Командование сначала с ним согласилось, но потом после проверки данных, реальные обстоятельства стали известны.