Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 25 из 108

Глава 13

Сердце ухает вниз за одно мгновение, и в голову стреляет тревога. Мой родитель обычно не

балует нас личными визитами, и его приезд в день моего собеседования наталкивает на плохие

мысли. Может, он уже в курсе?

— Где он?

— Я проводила его в гостиную, — Полина немного нервничает, и это не удивительно. Наш разлад

с Захаром для домработницы не новость, а вот для отца — ещё какая!

— Я сейчас подойду, — отворачиваюсь, убирая эскизы в ящик стола, и захлопываю крышку

ноутбука.

Краем глаза замечаю, что на почту пришёл долгожданный ответ, но не могу сейчас отвлекаться.

Отец слишком дорожит своим временем, чтобы заставлять его ждать. Поднимаюсь с места, с

волнением расправляя одежду, и спешу в гостиную.

Папа стоит у окна, спиной ко мне, но даже так мне понятно, что он не в духе. Спина

напряжена, руки сложены на груди, а ноги расставлены по ширине плеч — стандартная боевая

стойка перед нападением. Я её хорошо знаю.

Уверена, он услышал, что я вошла в зал, но так и не обернулся.

— Здравствуй, пап, — произношу первая, делая вид, что не замечаю его состояния.

— Где Захар? — спрашивает, стоя всё так же спиной ко мне.

Я мешкаю с ответом, так как не знаю ответа на этот вопрос. Может, Захар уже успел где-то

засветиться с Ксюшей. От одной мысли об этом меня выворачивает наизнанку.

— Почему бы тебе не узнать у него? — предлагаю тихо.

— Я задал вопрос тебе, Алиса, — холодно цедит отец.

— Захар на работе.

— Интересно. Когда я звонил ему напомнить о завтрашнем мероприятии, он заявил, что

находится в командировке, и не уверен, что успеет вернуться вовремя.

Вот же, чёрт. Мог бы и меня предупредить!

— Командировка — это тоже работа, — поправляю невозмутимо.

— Продолжаешь врать? — он наконец-то поворачивается, окидывая меня снисходительным

взглядом. — Не утруждайся. Я уже расспросил твою мать и знаю о твоих планах подать на

развод.

Я молчу, опустив взгляд, а отец продолжает искрить даже с расстояния.

— Отвечай, Алиса. Что за бредни ты несла матери, когда приезжала к нам в последний раз?!

Какой ещё развод?!

— Это касается только нас с Захаром.

— Идиотка! — рявкает так, что я вздрагиваю всем телом. — Думаешь, ты вышла замуж за

наследника Грушевских просто потому что сама так захотела? Или может, считаешь, что это

Захар тебя выбрал? Поверь, ему было из кого выбирать: и умнее и красивее находились! Но этот

брак организовал я! Пристроил тебя, непутёвую, в надёжные руки! А ты теперь хвостом вильнуть

решила?!

В горле собирается ком едкой желчи. Я даже ответить не успеваю, как на меня давит новая

порция нападок:

— Ладно, если бы хоть умная была, способная, представляла из себя хоть что-то! Но ты и двух

слов без запинки прочесть не в состоянии. Всё, что от тебя было нужно — это удачно выйти

замуж и жить припеваючи! Но ты и с этим справиться не в состоянии! Рожать наследников тоже

оказалась не способна, или же ни черта не стараешься! Ровно как и удержать мужа в семье!

Я едва сдерживаюсь, чтобы не прикрыть уши руками. Мне невыносимо всё это слушать. За три с

половиной года я успела отвыкнуть от подобных унижений. Отец никогда не скупился на

оскорбления в мой адрес.

Он подходит ближе, плотно сжав челюсти, буравит тяжёлым взглядом, и рычит на полтона тише:

— Слушай меня внимательно, Алиса. Мне плевать, что у вас происходит с Захаром, разбирайтесь

сами, но что бы не происходило, виновата в этом только ты! Потому что глупая, как пробка, а

мнишь из себя чёртову королеву. Зять сам виноват, разбаловал тебя. Теперь вот и пожинает

плоды твоей «благодарности»!

Я сглатываю горечь и киваю:

— Мы разберёмся сами, как ты верно подметил.

— Правильно, Алиса! Немедленно разберёшься! Прямо сейчас звонишь мужу и возвращаешь его из

«командировки»! И завтра идёшь с ним вместе на важный приём, что я организовал. Не смей

позорить меня непристойными слухами!

Я молчу, сжав кулаки.

— Ты меня услышала? — продолжает давить отец, проговаривая вопрос чуть ли не по слогам.

Не могу говорить, слёзы душат. Я делаю глубокий вдох, в попытках подавить горечь и кое-как

выдавливаю из себя:

— Мы будем на приёме.

— Замечательно. И больше я не желаю возвращаться к этой теме, — строго припечатывает отец и

обходит меня, направляясь на выход.

Я же не могу пошевелиться, словно зажатая бетонными плитами. Хлопает входная дверь и

наступает тишина. В тот же момент меня начинает трясти. Я упрямо борюсь со слезами,

выравниваю дыхание, и как только немного прихожу в себя, сбегаю в спальню. Сижу в полной

темноте, не считая времени, как слышу неуверенный стук в дверь.

— Алиса Петровна, я принесла вам воды, — звучит голос Полины.

— Войди, — хриплю глухо.

Домработница проходит в комнату с подносом. Прячет взгляд. Наверняка она слышала все

унижения, что наговорил мне отец. Такие крики невозможно было не услышать. Но мне плевать. Я

совсем ни о чём не думаю сейчас.

Беру в руки стакан и делаю пару глотков.

— Спасибо.

— Может, я ещё чем-то могу быть полезна?

— Да. Принеси, пожалуйста, из кабинета мой ноутбук.

Полина не заставляет себя ждать. Через несколько минут я открываю почту и проверяю вредящие

письма. Первое от Ляпина. Ему понравился эскиз и он готов включить его в зимнюю коллекцию.

Второе от Захара. Юристы одобрили договор, и муж предлагает всё подписать. Я должна за это

ухватиться, какие бы отношения у нас с мужем не были.

Помедлив, беру телефон и открываю вкладку сообщений.

— Я готова обсудить наш брак. Завтра при встрече, — диктую текст послания и отправляю

Захару.

Ответ приходит, только когда я готовлюсь ко сну, и состоит из всего одного коротенького

слова: «Ок». Отбрасываю телефон на тумбочку и накрываюсь одеялом, стараясь не думать о том

безразличии, что таит в себе этот скупой ответ.

На следующий день я подписываю договор и уверенно вручаю его Альберту Марковичу. Мой кумир

сияет довольной улыбкой, будто только что одержал долгожданную победу в нелёгкой битве, и

предлагает мне познакомиться со своим рабочим местом. Его суета настолько приятна, что

вчерашние оскорбления отца немного притупляются. Потому что вопреки мнению папы, которое он