Страница 38 из 63
Интерлюдия
Мир богов
Рев тревожной сирены вырвал Тцчишуакатля из сна. Бог славных побед мгновенно пришел в себя и опрометью кинулся в подземный грот, с недавних пор постоянно заполненный дымом.
— Умбурака!
— Хозяин, — просипела белесая сущность, отчаянно махая верхними отростками. — Дева задумала самоубиться и взывает к богине! Еще мгновение, Ануальшауки отзовется, и все пропало!
С первого же взгляда оценив серьезность ситуации, Тцчишуакатль в один прыжок оказался у края окна в мир смертных людей, на ходу ухватив клюв поверженного спрута.
Щелчок!
Могучий клюв надтреснул, но сдюжил.
Кривая колода под маленькими босыми ногами завалилась набок, следом подломилась широкая потолочная поперечина, веревка соскользнула, по пути зацепившись за острую щепу, и порвалась надвое. Дева рухнула на пол и зашлась в горестных рыданиях.
Тцчишуакатль облегченно выдохнул, колени подкосились, и он обессилено обрушился на плоский камень, где раньше любил устроиться для наблюдений.
— Умбурака, дарую тебе часть своей силы, — устало выдохнул славный Тцчишуакатль. — Давай анализ последних молитв.
— Хозяин? — испуганно проблеяла блеклая сущность.
— Что там еще⁈ — рявкнул бог, больше всего мечтавший сейчас просыпаться долго и плавно, а не подскакивать по тревоге.
— Дева не молилась уже довольно давно.
Тцчишуакатль прикрыл глаза и застонал. На нем даже нет ритуальных браслетов и мантии, а приходится решать столь сложные задачи!
— Ладно! — прорычал он сквозь до боли сжатые зубы. — Что она там говорила, когда только встретила сего мужа? За что благодарила? Безотносительно к мужчине.
— За кров и еду, хозяин.
— А перед тем, как сигать с колоды, о чем просила богиню?
— Избавить от мужиков, хозяин, — едва слышно пискнул Умбурака.
Стиснутые зубы опасно захрустели в тишине грота. Призванная сущность безуспешно пыталась слиться со стеной. Бог славных побед не собирался отступать, но ему необходимо было развеяться. Облегчение дарили смертельно опасные битвы с чудищами мира смертных тварей. Ему требовалось время на отдых.
Клюв спрута вновь защелкал, подсохшая аорта загудела.