Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 92 из 117

Глава 46

Война

Паулина и Макс наблюдали за своими детьми с края поляны. Как те общаются с такими же малышами, только совсем другими. Как два разных мира в детском обличье пытаются познать что-то новое, ранее неведанное.

Они стояли, держась за руки, и молчали. В такие моменты слова были не нужны. Они оба думали об одном и том же: какими бы ни были их миры, их дети только что доказали, что мост между ними возможен. Что разница в одежде, языке, обычаях не имеет значения, когда ты девятилетний мальчик, который показывает друзьям свою машину.

— Они справятся, — сказала Паулина.

— Я знаю, — ответил Макс. — Вопрос в том, справимся ли мы.

К ним подошла Урса. Старейшина была облачена в церемониальное одеяние. Не в повседневную набедренную повязку, а длинную тунику из ткани, напоминавшей шёлк, расшитую золотыми нитями. Это был наряд для важных событий. Для прощаний. Для битв.

— Всё готово? — спросила Паулина.

— Почти. Группа для храма отобрана. Десять человек. Лучшие воины, которые у нас есть. Они знают план. Они ждут только сигнала.

— А дети?

— Дети останутся со мной. Я обещаю тебе, Сияющая: пока я жива, с ними ничего не случится.

— Спасибо, Урса.

— Не благодари. Это мой долг. И моя честь.

Они ещё раз обсудили детали. Маршрут к храму был проложен через старые подземные ходы, которые Паулина знала с детства. Вход в эти ходы находился в подвале заброшенной библиотеки на окраине столицы, здания, которое Грифон не тронул, потому что оно не представляло стратегической ценности. Оттуда группа должна была пройти около двух километров под землёй, обходя патрули и дроны, и выйти прямо в святилище под Восточной скалой.

— Храм охраняется, — напомнила Урса. — Грифон не оставляет кристалл без присмотра. Там будут солдаты.

— Солдаты — это проблема, — согласилась Паулина. — Но не неразрешимая. Они не ожидают атаки из-под земли. И они не ожидают, что кто-то вообще полезет в храм, когда вся планета будет праздновать свадьбу.

— Если Грифон согласится на твоё условие, — заметил Макс.

— Согласится. Он слишком тщеславен. Он мечтал о троне и королеве. Я дам ему и то и другое на его собственной свадьбе. Он не откажется.

В этот момент над лагерем пронёсся звук.

Это был не ветер и не пение птиц. Это было механическое жужжание, низкое, вибрирующее, от которого закладывало уши. Паулина узнала этот звук мгновенно. Она слышала его раньше, когда Грифон впервые атаковал города Вивариума. Так жужжали дроны.

— Воздух! — крикнула Урса, и её голос разнёсся над лагерем, как удар колокола. — Рассредоточиться! Всем в укрытия!

Началась паника. Женщины хватали детей и бежали к шатрам. Охотницы вскидывали копья. Матвей и Вероника, всё ещё сидевшие у машины, инстинктивно пригнулись.

Дрон вылетел из-за верхушек деревьев и завис над поляной. Он был небольшим. По всей видимости это была разведывательная модель, а не боевая. Его сенсоры сканировали лагерь, передавая данные на базу. Красный глаз на его корпусе вращался, фиксируя лица, оружие, постройки.

Паулина знала: если дрон передаст сигнал, то очень скоро здесь будут боевые машины. А вместе с ними и десант. И тогда от лагеря ничего не останется.

Она вышла вперёд, на открытое место, и подняла руки. Не в жесте капитуляции. В жесте вызова.

— Смотри на меня! — крикнула она. — Ты ищешь королеву? Ты её нашёл!

Дрон развернулся к ней. Красный глаз сфокусировался на её лице. Прошла секунда, другая, третья. Дрон, издав короткий звуковой сигнал, взмыл вверх и исчез за деревьями.

Тишина. Потом голос Урсы:

— Он засёк тебя.

— Я знаю, — ответила Паулина, опуская руки. — Это то, что нам нужно.

— Что⁈ — Макс схватил её за плечи. — Ты только что позволила ему улететь! Теперь Грифон знает, где ты! Он пришлёт сюда всё, что у него есть!

— Нет, — спокойно ответила Паулина. — Он не пришлёт. Он получил то, что хотел. Он знает, что я здесь. Он знает, что я не прячусь. Теперь он будет ждать.

— Чего ждать?

— Меня.

Она повернулась к Урсе.

— План начинается сейчас. Немедленно. Отправляй группу к храму. Пусть выдвигаются прямо сейчас, пока дрон передаёт разведданные и пока Грифон переваривает информацию. Я отправляюсь во дворец.

— Одна?

— Одна. Чем меньше людей со мной, тем меньше подозрений.

— Я хочу быть с тобой, — сказал Макс.

— Ты идёшь с группой. Ты знаешь, что нужно делать. Вчера мы всё решили, и менять планы не будем.

— Паулина…

— Макс. — Она взяла его лицо в ладони. — Мы это уже обсуждали. Ты нужен там. Я нужна здесь. У каждого своя битва.

Он хотел возразить, но промолчал. Потому что знал: она права.

Следующий час прошёл как в тумане. Паулину облачили в церемониальное одеяние. Это было то самое одеяние, которое Урса хранила многие годы на случай большого события. Это было не платье в земном понимании.

Это была туника из живого шёлка, который переливался и дышал, подстраиваясь под температуру тела. Она начиналась у шеи широким воротником, расшитым золотыми нитями, и спускалась до босых ступней, оставляя открытыми руки и плечи. Ткань была полупрозрачной, но многослойной. Она скрывала ровно столько, чтобы оставаться царственной, и открывала ровно столько, чтобы напоминать: это женщина, а не статуя.

На шею ей надели ожерелье из изумрудов. На запястья — браслеты из живого серебра, менявшие форму при каждом движении. Волосы ей убрали в высокую причёску, закрепив их гребнем из кости летающего ящера.

Когда она вышла из шатра, лагерь замер. Люди, которые минуту назад бегали, кричали, готовились к бою, остановились и смотрели. Перед ними стояла не беглая королева, которую они прятали в лесах. Перед ними стояла Сияющая. Владычица. Женщина, ради которой они были готовы умереть.

Макс стоял у края поляны, и у него перехватило дыхание. Он видел её разной. Видел в фартуке за стойкой чайной, в халате на кухне, голой в их постели, уставшей после родов, счастливой, злой, испуганной. Но такой он её не видел никогда. Она была не его женой в эту минуту. Она была королевой. И он вдруг остро, до боли осознал, что женился на женщине, которая старше, больше и значительнее, чем он когда-либо мог представить.

Она подошла к нему. Остановилась в шаге.

— Ну, как я выгляжу? — спросила она, и в её голосе прозвучала та самая Полина, которую он знал. Его Полина.

— Как королева, — ответил он. — Как настоящая королева.

— Я всегда была королевой. Просто ты не замечал.

— Замечал. Только не понимал.

Она улыбнулась.