Страница 92 из 117
Глава 46
Война
Паулина и Макс наблюдали за своими детьми с края поляны. Как те общаются с такими же малышами, только совсем другими. Как два разных мира в детском обличье пытаются познать что-то новое, ранее неведанное.
Они стояли, держась за руки, и молчали. В такие моменты слова были не нужны. Они оба думали об одном и том же: какими бы ни были их миры, их дети только что доказали, что мост между ними возможен. Что разница в одежде, языке, обычаях не имеет значения, когда ты девятилетний мальчик, который показывает друзьям свою машину.
— Они справятся, — сказала Паулина.
— Я знаю, — ответил Макс. — Вопрос в том, справимся ли мы.
К ним подошла Урса. Старейшина была облачена в церемониальное одеяние. Не в повседневную набедренную повязку, а длинную тунику из ткани, напоминавшей шёлк, расшитую золотыми нитями. Это был наряд для важных событий. Для прощаний. Для битв.
— Всё готово? — спросила Паулина.
— Почти. Группа для храма отобрана. Десять человек. Лучшие воины, которые у нас есть. Они знают план. Они ждут только сигнала.
— А дети?
— Дети останутся со мной. Я обещаю тебе, Сияющая: пока я жива, с ними ничего не случится.
— Спасибо, Урса.
— Не благодари. Это мой долг. И моя честь.
Они ещё раз обсудили детали. Маршрут к храму был проложен через старые подземные ходы, которые Паулина знала с детства. Вход в эти ходы находился в подвале заброшенной библиотеки на окраине столицы, здания, которое Грифон не тронул, потому что оно не представляло стратегической ценности. Оттуда группа должна была пройти около двух километров под землёй, обходя патрули и дроны, и выйти прямо в святилище под Восточной скалой.
— Храм охраняется, — напомнила Урса. — Грифон не оставляет кристалл без присмотра. Там будут солдаты.
— Солдаты — это проблема, — согласилась Паулина. — Но не неразрешимая. Они не ожидают атаки из-под земли. И они не ожидают, что кто-то вообще полезет в храм, когда вся планета будет праздновать свадьбу.
— Если Грифон согласится на твоё условие, — заметил Макс.
— Согласится. Он слишком тщеславен. Он мечтал о троне и королеве. Я дам ему и то и другое на его собственной свадьбе. Он не откажется.
В этот момент над лагерем пронёсся звук.
Это был не ветер и не пение птиц. Это было механическое жужжание, низкое, вибрирующее, от которого закладывало уши. Паулина узнала этот звук мгновенно. Она слышала его раньше, когда Грифон впервые атаковал города Вивариума. Так жужжали дроны.
— Воздух! — крикнула Урса, и её голос разнёсся над лагерем, как удар колокола. — Рассредоточиться! Всем в укрытия!
Началась паника. Женщины хватали детей и бежали к шатрам. Охотницы вскидывали копья. Матвей и Вероника, всё ещё сидевшие у машины, инстинктивно пригнулись.
Дрон вылетел из-за верхушек деревьев и завис над поляной. Он был небольшим. По всей видимости это была разведывательная модель, а не боевая. Его сенсоры сканировали лагерь, передавая данные на базу. Красный глаз на его корпусе вращался, фиксируя лица, оружие, постройки.
Паулина знала: если дрон передаст сигнал, то очень скоро здесь будут боевые машины. А вместе с ними и десант. И тогда от лагеря ничего не останется.
Она вышла вперёд, на открытое место, и подняла руки. Не в жесте капитуляции. В жесте вызова.
— Смотри на меня! — крикнула она. — Ты ищешь королеву? Ты её нашёл!
Дрон развернулся к ней. Красный глаз сфокусировался на её лице. Прошла секунда, другая, третья. Дрон, издав короткий звуковой сигнал, взмыл вверх и исчез за деревьями.
Тишина. Потом голос Урсы:
— Он засёк тебя.
— Я знаю, — ответила Паулина, опуская руки. — Это то, что нам нужно.
— Что⁈ — Макс схватил её за плечи. — Ты только что позволила ему улететь! Теперь Грифон знает, где ты! Он пришлёт сюда всё, что у него есть!
— Нет, — спокойно ответила Паулина. — Он не пришлёт. Он получил то, что хотел. Он знает, что я здесь. Он знает, что я не прячусь. Теперь он будет ждать.
— Чего ждать?
— Меня.
Она повернулась к Урсе.
— План начинается сейчас. Немедленно. Отправляй группу к храму. Пусть выдвигаются прямо сейчас, пока дрон передаёт разведданные и пока Грифон переваривает информацию. Я отправляюсь во дворец.
— Одна?
— Одна. Чем меньше людей со мной, тем меньше подозрений.
— Я хочу быть с тобой, — сказал Макс.
— Ты идёшь с группой. Ты знаешь, что нужно делать. Вчера мы всё решили, и менять планы не будем.
— Паулина…
— Макс. — Она взяла его лицо в ладони. — Мы это уже обсуждали. Ты нужен там. Я нужна здесь. У каждого своя битва.
Он хотел возразить, но промолчал. Потому что знал: она права.
Следующий час прошёл как в тумане. Паулину облачили в церемониальное одеяние. Это было то самое одеяние, которое Урса хранила многие годы на случай большого события. Это было не платье в земном понимании.
Это была туника из живого шёлка, который переливался и дышал, подстраиваясь под температуру тела. Она начиналась у шеи широким воротником, расшитым золотыми нитями, и спускалась до босых ступней, оставляя открытыми руки и плечи. Ткань была полупрозрачной, но многослойной. Она скрывала ровно столько, чтобы оставаться царственной, и открывала ровно столько, чтобы напоминать: это женщина, а не статуя.
На шею ей надели ожерелье из изумрудов. На запястья — браслеты из живого серебра, менявшие форму при каждом движении. Волосы ей убрали в высокую причёску, закрепив их гребнем из кости летающего ящера.
Когда она вышла из шатра, лагерь замер. Люди, которые минуту назад бегали, кричали, готовились к бою, остановились и смотрели. Перед ними стояла не беглая королева, которую они прятали в лесах. Перед ними стояла Сияющая. Владычица. Женщина, ради которой они были готовы умереть.
Макс стоял у края поляны, и у него перехватило дыхание. Он видел её разной. Видел в фартуке за стойкой чайной, в халате на кухне, голой в их постели, уставшей после родов, счастливой, злой, испуганной. Но такой он её не видел никогда. Она была не его женой в эту минуту. Она была королевой. И он вдруг остро, до боли осознал, что женился на женщине, которая старше, больше и значительнее, чем он когда-либо мог представить.
Она подошла к нему. Остановилась в шаге.
— Ну, как я выгляжу? — спросила она, и в её голосе прозвучала та самая Полина, которую он знал. Его Полина.
— Как королева, — ответил он. — Как настоящая королева.
— Я всегда была королевой. Просто ты не замечал.
— Замечал. Только не понимал.
Она улыбнулась.