Страница 91 из 117
Дети Вивариума собрались на небольшой поляне, скрытой от взрослых глаз кустами с серебристыми листьями. Их было около дюжины. Разного возраста, от малышей, которые едва научились ходить, до подростков, ровесников Матвея и старше. Они играли в какую-то игру, смысл которой земные дети не сразу поняли. Бросали друг другу светящийся шар, сплетённый из гибких веток, и тот, кто ловил, должен был назвать имя какого-нибудь животного или растения. Если не называл — выбывал. Если называл, то оставался в кругу.
Матвей и Вероника стояли за кустами и смотрели. Игра выглядела простой, но в ней было что-то завораживающее. Шар перелетал из рук в руки, оставляя в воздухе светящийся след, как миниатюрная комета, и дети смеялись тем самым смехом, который не нуждается в переводе. Смехом, который звучит одинаково на всех планетах.
Их заметила девочка, та, что в прошлый раз улыбалась Максу. Она была чуть старше Вероники, с кожей цвета кофе с молоком и волосами, заплетёнными в десятки тонких косичек. На ней не было ничего, кроме ожерелья из ракушек, и, увидев чужаков, она не смутилась, не убежала, а просто остановилась и посмотрела на них.
— Вы дети королевы, — сказала она. Это был не вопрос. Это была констатация факта.
— Да, — ответила Вероника. — Меня зовут Вероника. А это мой брат Матвей.
— Мат-вей, — повторила девочка, пробуя имя на вкус. — Странное имя.
— У нас на Земле нормальное, — обиделся Матвей. — А тебя как зовут?
— Ирида. Это значит «утренняя роса» на старом языке.
— Красивое имя, — сказала Вероника.
— У вас тоже красивое. Только трудное. Можно я буду звать тебя Ника?
— Можно.
Ирида улыбнулась и протянула им светящийся шар.
— Хотите поиграть?
Так началась дружба. Дети есть дети. Им не нужны дипломатические протоколы и межкультурные мосты. Им нужен мяч. Или шар. Или просто повод побегать и покричать.
Через полчаса Матвей и Вероника уже знали всех детей лагеря по именам. Через час они освоили правила трёх разных игр. А ещё через полчаса Матвей, захлёбываясь от гордости, вёл целую процессию к тому месту, где стоял их автомобиль.
«Форд» был припаркован на краю лагеря, под навесом из веток, который соорудили местные, чтобы защитить машину от палящего солнца. Он выглядел чужеродно и нелепо. Серебристый седан 2012 года выпуска посреди леса, где единственным транспортом были ноги и аквары. Но именно эта чужеродность и привлекала внимание.
— Что это такое? — спросил один из мальчиков, трогая дверцу.
— Это машина, — ответил Матвей. — Автомобиль. На нём ездят.
— Как аквара?
— Нет. Аквара живая. А это — механизм. Он работает на бензине.
— Что такое «бензин»?
Матвей задумался. Он знал, что бензин — это топливо, но объяснить это детям, которые никогда не видели двигателя внутреннего сгорания, было непросто.
— Это такая жидкость, которая горит внутри и толкает поршни, — начал он, вспоминая уроки физики, которые папа иногда проводил с ним по выходным. — Поршни двигают колёса. Колёса крутятся, и машина едет.
Дети смотрели на него с тем же выражением, с каким он сам смотрел на летающих ящеров. Смесь недоверия и восторга.
— А можно внутрь? — спросила Ирида.
— Можно. Только осторожно. Не запачкайте салон.
Матвей открыл дверцу, и дети по очереди залезли в салон. Они трогали сиденья, щупали руль, нажимали на кнопки. Когда одна из девочек случайно включила магнитолу и из динамиков грянула земная поп-песня, все завизжали от восторга.
— Это музыка? — спросила Ирида.
— Да. У нас такую слушают.
— Она громкая. И странная. Но весёлая.
Вероника показала им, как открывается бардачок. Матвей — как работает кондиционер. Он включил его на пару секунд, и дети ахнули от потока холодного воздуха. Потом он сел за руль и позволил каждому по очереди подержаться за баранку.
— А ты умеешь на ней ездить? — спросил мальчик по имени Орсо, самый старший из местных.
— Умею, — гордо ответил Матвей, не уточняя, что его опыт вождения ограничивался всего парой минут за рулём на автодроме.
— Научи нас!
— Не сейчас. Двигатель громкий. Он привлечёт внимание. Но когда-нибудь обязательно научу.
Дети расселись вокруг машины и начали задавать вопросы. Сколько людей может поместиться? Как быстро она едет? Почему она не светится? Её можно кормить? Последний вопрос задала самая младшая девочка, и все рассмеялись.
Матвей и Вероника отвечали как могли. Они чувствовали себя послами Земли. Странное ощущение для детей, которые ещё вчера думали, что Вселенная состоит только из их двора, школы и парка аттракционов.