Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 85 из 117

Глава 43

Странности незнакомого мира

Из зарослей вышла первая фигура. Женщина. Высокая, мускулистая, с кожей цвета тёмной бронзы. На ней не было почти ничего, если не считать набедренной повязки из грубой ткани и ожерелья из клыков какого-то зверя. В руке она держала копьё с каменным наконечником.

За ней вышли ещё несколько человек. Все такие же полуобнажённые, такие же вооружённые. Затем ещё. И ещё. Через минуту перед машиной стояла толпа человек в тридцать. В основном женщины, но были и несколько мужчин, таких же обнажённых и с копьями.

— Пап, — позвал Матвей, — почему они без одежды?

— Не знаю, — ответил Макс и инстинктивно закрыл ладонями глаза Веронике, которая тоже заинтересовалась. — Дети, не смотрите.

— Но они же просто люди, — возмутилась Вероника, пытаясь отодвинуть его руку. — Они как на пляже!

— Это не пляж! Это чужая планета! И у них свои обычаи!

Паулина между тем выпрямилась и вышла вперёд, подняв руки в жесте мира. Её лицо было спокойным, но в глазах горел тот самый огонь, который появлялся у неё в моменты опасности.

Из толпы вышла женщина постарше. Её волосы, седые и заплетённые в косы, были украшены перьями. На шее висело ожерелье из золотых пластин, что обозначало знак высокого статуса. Она была выше остальных, с властной осанкой, которая не нуждалась ни в какой одежде, чтобы внушать уважение. Её глаза, тёмные и глубокие, остановились на Паулине.

И вдруг она замерла.

Её копьё дрогнуло в руке. Она вгляделась в лицо Паулины, сделала шаг вперёд, ещё один, и остановилась в нескольких шагах.

— Сияющая? — произнесла она на языке Вивариума, и голос её дрогнул. — Это… это правда ты?

— Я, — ответила Паулина.

Женщина упала на колени. За ней, как по команде, опустились все остальные. Тридцать человек, мужчин и женщин, стояли на коленях в высокой траве, склонив головы. Их копья лежали на земле. Макс, всё ещё прикрывавший детям глаза, убрал руки.

— Пап, — сказала Вероника, — они что, молятся?

— Похоже на то, — ответил Макс.

Женщина подняла голову, и по её щекам текли слёзы. Самые настоящие, мокрые, солёные слёзы, блестевшие в свете двух солнц.

— Мы уже отчаялись, — сказала она. — Мы думали, что ты погибла. Что Грифон победил. Мы думали, надежды больше нет.

— Я жива, — ответила Паулина, подходя к ней и кладя руку ей на плечо. — Встань. Все встаньте.

Люди поднялись. Женщина вытерла слёзы тыльной стороной ладони.

— Меня зовут Урса, — сказала она. — Я старейшина этого племени. Мы — те, кто не подчинился Грифону. Мы ушли из городов, когда он начал свою охоту. Мы живём в лесах, прячемся, охотимся с помощью палок и камней.

— А как же магия? — спросила Паулина. — Я не чувствую магии.

— Магия теперь под строгим запретом, — ответила Урса. — Грифон разместил в городах устройства, которые подавляют магическую энергию. А за пределами городов патрулируют дроны. Любое использование магии, даже малейшее, привлекает их внимание. Они прилетают и уничтожают всё живое в радиусе поражения. Мы потеряли многих, кто пытался колдовать. Теперь мы используем только то, что не излучает магию: копья, ножи, силки.

— Поэтому вы с копьями.

— Поэтому. Мы стали как древние предки, которые жили до того, как магия стала частью нашего мира. Это страшно. Но мы выживаем.

Паулина обернулась к своей семье. Макс и дети стояли у машины, наблюдая за происходящим. Она жестом подозвала их.

— Знакомьтесь. Это моя семья, — сказала она, обращаясь к Урсе. — Мой муж Макс. Мои дети — Максим и Вероника.

Урса посмотрела на них. Её взгляд скользнул по Максу, задержался на его одежде. Джинсы, футболка, ботинки. Она слегка улыбнулась.

— Твой муж не из этого мира? — спросила она.

— Да. Он землянин.

— Я слышала о Земле. Торговцы рассказывали. Мир, где нет магии. Где люди одеваются, потому что им холодно. — Она сделала шаг к Максу. — Добро пожаловать на Вивариум, землянин.

Макс, не зная, куда девать глаза (потому что женщина была практически обнажена, а её грудь находилась в опасной близости от его лица), пробормотал:

— Спасибо. Очень приятно.

Урса заметила его смущение и рассмеялась.

— Ты стесняешься, землянин? У нас так не принято. Мы не носим одежду, потому что здесь тепло. И потому что нам нечего стыдиться. Тело — это просто тело. Красивое, уродливое, молодое, старое. Какое есть, такое и есть.

— Да, я понимаю, — выдавил Макс, стараясь смотреть ей в глаза, а не ниже. — Просто… у нас другие традиции.

— Я заметила. — Она окинула взглядом его одежду. — На тебе столько ткани, что хватило бы на палатку для всей деревни.

Люди вокруг засмеялись. Это был добрый смех, не обидный. Макс выдавил улыбку.

— Я отдам вам палатку, если понадобится, — сказал он.

— Это шутка была? — спросила Урса.

— Попытка.

— Ты забавный землянин. Это хорошо. — Она повернулась к Паулине. — Мы рады, что ты вернулась, Сияющая. Мы надеялись. Мы ждали. И дождались.

— Я не одна, — сказала Паулина. — Со мной моя семья. И я собираюсь остановить Грифона.

— Мы поможем, — ответила Урса. — Всем, чем сможем. Пойдёмте. Мы отведём вас в деревню. Там вы отдохнёте, поедите, наберётесь сил. А потом решим, что делать дальше.

Деревня находилась в глубине леса, скрытая от посторонних глаз высокими деревьями и густым подлеском. Путь к ней занял около получаса. Всё это время Макс сидел за рулём автомобиля, который толкали сзади и с боков люди Урсы. Машина, не приспособленная для бездорожья, постоянно буксовала, а бензина оставалось не так уж много, поэтому Макс решил не заводить двигатель. Местные толкали автомобиль с той же лёгкостью, с какой дети толкают игрушечную машинку.

— Спасибо! — крикнул он, высунувшись из окна. — Огромное спасибо!

— Не благодари, — ответила одна из женщин, та, что толкала с левого борта. Она улыбнулась ему, и Макс заметил, что у неё отсутствует один зуб, но это ничуть не портило её улыбки. — Ты муж нашей королевы. Мы сделаем для тебя всё.

— Да я просто… ну, муж.

— Для нас ты не «просто муж». Ты консорт. Это почётно.

Макс не знал, что такое «консорт», но переспрашивать не стал.

Дети ехали на заднем сиденье. Вероника смотрела в окно и комментировала всё подряд. Матвей рисовал в альбоме увиденных животных, пытаясь запомнить их названия.