Страница 37 из 117
Макс потёр переносицу. Этот разговор выходил за рамки его обычного опыта общения с женщинами. С другими женщинами он говорил о работе, о погоде, о кино. С этой женщиной он говорил о природе одежды и допустимости публичного взгляда.
— Слушай, — сказал он, улыбаясь, — ты вообще откуда? Ты задаёшь такие вопросы, будто вчера родилась.
— Вчера, — тихо повторила она, и в её глазах мелькнула тень. — Можно сказать и так.
— Так, ладно. Я не буду давить. Загадочная незнакомка — это круто. Я уважаю загадочных незнакомок.
— Я не загадочная. Я просто… новая.
— Новая, — он кивнул. — Мне нравится. Я тоже себя чувствую новым, когда пью четвёртый мартини. О, смотри. Вон там сидят мои друзья. Димон и Серёга. Они уже полчаса подают мне знаки, чтобы я тебя к ним привёл. Пойдём? Посидишь с нами?
Паулина посмотрела на столик у окна, за которым сидели двое парней. Они помахали ей руками, один смущённо, другой с энтузиазмом пьяного человека. Она перевела взгляд на Макса. Он был… безопасным. По крайней мере, пока. И его друзья, судя по жестам, не представляли угрозы.
— Пойдём, — сказала она, поднимаясь с табурета. И добавила, вспомнив выражение, которое он употребил раньше: — Веди меня в демократию алкоголя.
Он расхохотался и подал ей руку. Она приняла её, на этот раз более уверенно.
Они прошли через зал, и снова мужские взгляды провожали её, но теперь к ним примешивались и женские. Кто-то перешёптывался. Кто-то качал головой. Одна женщина, сидевшая у стойки, поджала губы и демонстративно отвернулась. Это был классический жест конкуренции, универсальный во всех мирах.
— Ребята, знакомьтесь, — объявил Макс, подводя Паулину к столику. — Это Паулина. Паулина, это Димон и Серёга.
— Можно просто Дима, — сказал Димон, вставая и протягивая руку. — Очень приятно.
— Рада встрече, — ответила Паулина.
— Сергей, — представился второй. — Вы, простите, откуда? У вас акцент такой… необычный.
— Из далека, — ответила Паулина, пожимая руки. — Очень издалека.
— Издалека — это хорошо, — сказал Димон. — Я сам издалека. Из Мухосранска. Но я уверен, что ваш далеко круче моего.
— Что такое «мухосранск»? — спросила Паулина, садясь.
Парни переглянулись и заржали.
— Это город такой! — пояснил Серёга сквозь смех. — Ну, типа, дыра. Глухомань. Место, где скучно и делать нечего.
— А, — кивнула Паулина. — У нас такое называли «Дальними Садами».
— Дальние Сады? — переспросил Макс. — Звучит красиво.
— Это не было красиво. Там жили отшельницы и те, кто не хотел подчиняться общим законам. Маргиналы.
— Маргиналы, — повторил Димон. — Слушай, ты такими словами разбрасываешься. Ты случаем не филолог?
— Я… — она замялась, подбирая слово. — Правительница.
Парни снова заржали.
— Правительница! — воскликнул Серёга. — Ну ты даёшь! Макс, где ты её нашёл? Она огонь!
— Она просто косая, — сказал Димон. — В смысле, в хорошем смысле. Не как все.
— Я знаю, — ответил Макс, и в его голосе прозвучала гордость, будто он уже присвоил её, уже сделал частью своей биографии.
Следующие час или два, ибо время текло незаметно, подгоняемое алкоголем и смехом, Паулина сидела за этим столиком и впитывала новый мир. Она слушала разговоры парней, которые говорили о работе, о футболе (она не знала, что это), о каких-то «дедлайнах», о «начальнике-мудаке», о том, что «вчерашний сервер лёг и все базы накрылись». Она понимала едва ли половину слов, но интонации были красноречивы.