Планета секса

Кристалл был тёплым. Почти горячим. Он пульсировал в ладонях Макса, как сердце, и его свет отражался в глазах землянина. Макс обхватил его, попытался сдвинуть с места. Он неожиданно легко поддался, но тащить его было задачей не прсотой. Макс прижал его к груди попытаолся сделать несколько шагов. Получалось. И таким образом, делая короткие передышки, он пошёл прочь из зала, волоча за собой светящийся кристалл, туда, откуда они пришли.

Но через несколько шагов он остановился. Один он не справится. Он не знает этих тоннелей достаточно хорошо. Он не знает, как выбраться на поверхность. Ему нужна помощь.

И тогда он отпустил кристалл.

Макс двинулся из зала в темноту, на ходу подбирая факел. Он бежал прочь, наугад, уже не по тому пути, которым они пришли, а по другому, вглубь, в темноту, куда вели вырубленные в скале ступени. Он шёл, освещая дорогу факелом, и надеялся, что интуиция не подведёт его.

Темница оказалась не такой глубокой, как он боялся. Через несколько минут слепого блуждания он вышел на свет. Это был старый каземат, выдолбленный прямо в скале. Вдоль стен тянулись камеры с решётками. Некоторые пустые, некоторые с останками тех, кто не дожил до освобождения. А в самой дальней камере, скрючившись на куче соломы, сидел человек.

Он был одет в то, что когда-то было земной одеждой: джинсы, рубашка, пиджак. Всё грязное, изорванное, но безошибочно земное. Его лицо, бледное и осунувшееся, покрывала щетина. Глаза, запавшие, но живые, щурились от приблизившегося свечения факела.

— Ты… — прохрипел он. — Ты землянин?

— Да, — ответил Макс. — Меня зовут Макс. А ты кто такой? Неужели тот самый Герман?

— Да. Герман. — Он попытался встать. — Как ты здесь оказался? Где Паулина? Она жива?

— Жива. Сейчас она во дворце. Готовится к свадьбе с Грифоном. Но это часть плана.

— Плана? — Герман подошёл к решётке, вцепился в прутья. — Какого плана?

— Долго рассказывать. Но суть такая: мне нужна помощь вытащить чёртов кристалл на поверхность, чтобы вырубить всё электричество на планете. Понимаешь? Если вырубится электричество, то у них будет шанс одолеть пиратов. Но один я не справлюсь. Мне нужна помощь.

— Погоди. Ты говоришь об электромагнитном импульсе? Я всё правильно понимаю.

Макс кивнул.

— Всё так. Но времени мало. Нужно спешить.

Герман несколько секунд смотрел на Макса, мучительно соображая. Его лицо, только что бывшее лицом сломленного пленника, внезапно изменилось. На нём появилось выражение, которое Макс видел у Паулины, когда она говорила о возвращении на Вивариум. Выражение надежды.

— И ты знаешь где находится этот самый кристалл?

— Всё так. Всё так.

— Что ж, если ты поможешь мне выбраться отсюда, то думаю, я смогу чем-то помочь, — произнёс Герман. — К сожалению я не знаю магию, но зато я знаю физику. Если этот кристалл действительно способен генерировать электромагнитное поле такой мощности, я помогу тебе его вынести. Открой решётку.

— Как?

— Замок механический. Рычаг на стене, слева от тебя.

Макс нашёл рычаг, нажал. Решётка с лязгом поднялась. Герман вышел, пошатываясь, и Макс поддержал его.

— Ты в порядке?

— Я провёл в этой камере несколько дней. Меня били. Меня морили голодом. Но я всё ещё жив. И я готов помочь.

— Тогда идём.

И они пошли. Двое землян. Один с догорающим факелом в руке, другой с пустыми руками и горящими глазами. Они шли через тёмные тоннели, навстречу свету, который должен был спасти мир.

В какой-то момент Герман остановился.

— Тебе не хорошо?

— Нет, не в этом дело. — Герман замер, будто прислушиваясь. — Воздух. Я чувствую приток воздуха. Кажется, выход в той стороне.

Он указал пальцем в направлении куда дул ветер.

— Отлично. А кристалл в другой.

— Ну так давай поспешим.