Страница 27 из 41
Старший Зорин поворачивается ко мне, его грудь тяжело и часто вздымается. Зрачки расширены, как у хищника, сорвавшегося с цепи. Адреналин, который он сдерживал буквально фонтанирует, пробиваясь сквозь его броню.
Я стою, прижимая к груди папку с миллионными активами. Мое сердце бьется где-то в горле.
Он делает шаг ко мне, протягивает руку. Его пальцы жестко, почти грубо зарываются в мои волосы на затылке. Он не спрашивает разрешения, не дает мне времени на раздумья, он просто наклоняется и накрывает мои губы своими.
Это не нежный поцелуй.
Это удар.
Он сминает мои губы, выбивая из меня кислород, ломая остатки моей выстроенной брони и сметая все мои страхи.
В этом поцелуе — семь лет его одиночества, моя боль от предательства и та самая единственная и дикая искра из прошлого, которую мы оба пытались похоронить.
Папка с документами с глухим стуком падает на пол. Я вцепляюсь побелевшими пальцами в лацканы его рубашки, отвечая на поцелуй с той же первобытной жаждой.