Страница 39 из 69
Глава 32
Семен уже давно спит, и даже тихо похрапывает, свернувшись на лавке у стены. А Лина давно ушла в свою комнату и тоже спит, прижимая к груди куклу.
В доме тихо, только дрова потрескивают в печи, да за окном шуршит ветер. Я сижу у огня, держу в руках дневник и понимаю, что больше не могу ждать.
Я должна дочитать.
Слишком много вопросов накопилось за эти дни, слишком много странного и пугающего происходит вокруг.
А теперь, когда Киан наконец сказал, что оранжерею разрушил его брат из-за женщины, которую тот любил, я должна узнать правду. Кто она и почему ее выбор привел к такой боли?
Я открываю дневник на том месте, где остановилась в прошлый раз, и продолжаю читать.
Записи становятся другими. Более живыми и тревожными, будто женщина, которая писала эти строки, уже чувствовала, что ее счастье не продлится долго.
Она пишет о мужчине, который приходил к ней в оранжерею по ночам. Не называет его имени, но я узнаю его по описанию.
Золотые глаза, горящие в темноте, легкая и бесшумная походка, скользящая, словно он не касается земли.
Она пишет, что сначала боялась его, но потом страх уступил место совсем другому чувству. Сильному и горячему, которому я не смогла сопротивляться.
'Я полюбила его, — читаю я, и пальцы мои дрожат, едва касаясь страницы. — Полюбила так, как не любила никого в своей жизни. Он был для меня и светом, и тьмой, и каждый раз, когда он уходил, мне казалось, что мир тускнеет. Я ждала его у окна, всматривалась в темноту, молилась, чтобы он пришел снова.
И он приходил. Всегда приходил. Но я боялась этой любви, потому что она была слишком сильной и всепоглощающей. Он — дракон, а я всего лишь человек. Что я могу дать ему? Что мы можем построить вместе?'
Я читаю эти строки и чувствую, как тепло разливается в груди, как перехватывает дыхание, словно это не чужая боль и сомнения, а мои собственные.
Я никогда не видела эту женщину. Никогда не знала ее, но сейчас, сидя у печи в полуразрушенной сторожке, я чувствую ее так остро, словно она стоит рядом и шепчет мне эти слова на ухо.
Она пишет о том, как сомневалась, как металась между желанием быть с ним и страхом перед этой связью.
Она пишет о том, что он был не единственным, кто искал ее внимания. Что вскоре появился другой мужчина, человек, который обещал ей спокойную жизнь без тайн, магии и драконьего огня.
Она опять не называет его имени, но я понимаю, что это тот, за кого она в итоге вышла замуж.
'Я не знаю, что делать, — читаю я дальше. — Мое сердце разрывается на части. Он подарил мне ожерелье, сказал, что оно будет защищать меня, пока я ношу его.
Такое красивое, с подвеской в виде цветка. Я надеваю его каждый день и чувствую, как тонкая сила пронизывает меня, дает мне уверенность, которой мне так не хватает. Но защитит ли оно меня от него самого? От боли, которую я причиню ему, если уйду?'
Ожерелье.
Я замираю, перечитываю эти строки снова и снова, и сердце мое начинает биться чаще.
Она пишет об ожерелье.
О том самом, которое я отдала Федору.
Значит, эта женщина — моя родственница. Моя прабабка?
Это ее дневник?
Я вновь и вновь рассматриваю потрепанную жизнью тетрадь. И теперь передо мной открывается совсем другой смысл.
Получается я не просто так попала именно в эти земли? Что-то вело меня сюда? Родственные узы? Связь с прабабкой?
А ведь про нее мне никогда не рассказывал отец. Все, что мне было известно, что она в юности ослушалась семью и ушла жить в дальние края.
Но как ожерелье попало снова к нам? Ведь оно было с ней здесь, в этом месте.
Ей принадлежал дневник, ей принадлежали цветы и оранжерея. А Рейн любил ее. Она была той, кого он не смог забыть и простить. Именно из-за нее уничтожил все это место.
Я откладываю дневник на колени и закрываю лицо руками.
Я долго сижу так, слушая треск дров в печи. В голове крутятся обрывки прочитанного, и я пытаюсь собрать их в одну картину.
Рейн любил мою прабабку, любил так сильно, что ее уход разрушил его. Он уничтожил оранжерею, думая, что уничтожит и память о ней, но не смог.
А она ушла к другому, вышла замуж, родила детей, и никто в нашей семье не знал, что она оставила здесь дневник и магическое ожерелье, которое защищало это место.
И теперь я здесь.
Я, ее правнучка, которая случайно или нет оказалась в той же оранжерее, с теми же цветами и тем же драконом, который не простил предательства.
Я снова беру дневник и переворачиваю страницу. Записи обрываются на полуслове, а дальше идут вырванные листы. Кто-то уничтожил конец. Сама прабабка? Или тот, кто нашел дневник после нее?
Я не знаю.
Но я понимаю одно.
Ожерелье нужно вернуть. Это не просто бабушкина память и не просто красивое украшение. Оно — часть магии этого места. Частица той силы, которая когда-то защищала оранжерею.
Без него цветы не оживут, и Рейн сможет уничтожить все окончательно.
Я закрываю дневник, встаю и подхожу к окну. За стеклом темнота, и только звезды мерцают где-то высоко. Я прижимаю ладонь к холодному стеклу и шепчу:
— Я верну тебя. Обещаю.
И в этот момент я чувствую на себе чей-то взгляд. Поднимаю голову и вижу на краю леса знакомый силуэт.
Киан стоит неподвижно, прислонившись к дереву, и смотрит прямо на меня. Он не приближается и не пытается заговорить. Просто стоит и наблюдает, как всегда.
Я не отвожу взгляда.
Пусть смотрит.
Пусть знает, что я не сдамся и что я сделаю все, чтобы спасти оранжерею и понять, что здесь произошло на самом деле.
Киан исчезает в темноте.
Завтра начнется новый день, полный забот и опасностей. А еще через несколько дней, возможно, я отправлюсь в путь, чтобы вернуть то, что вынуждена была отдать.
Ожерелье моей прабабки.
Ожерелье, которое теперь должно стать моим снова.