Смертоносная

Карина и Пак обменялись взглядами — тот самый, полный понимания, который бывает только у тех, кто прошёл через одно и то же.

— Насколько можно считать, если речь о тех, кто неразрывно связан со Смертью? — Обычная насмешливость Карины сменилась чем-то серьёзным.

В её глазах отразилась глубокая связь — та, которую не объяснить словами.

Брат и сестра?

Может быть.

Но они больше — две души, которые нашли друг друга в темноте.

Пак замер, посмотрев на Питера, затем на Карину.

— Родные? — переспросил он задумчиво. — Это сложный вопрос, альфа. Мы не связаны кровью, но связаны чем-то более мощным. Судьбой, возможно. Или тем, что оба не совсем люди. И знаем, каково это — стоять на грани жизни и смерти.

Он тоже это знал, ходил по этой грани, поэтому понимал. Питер слушал внимательно. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах светилось понимание — то самое, которое не нуждается в словах.

— Называй это как хочешь, — продолжил Пак, пожимая плечами. — Брат и сестра. Товарищи по оружию. Два упрямых существа, переживших слишком много вместе, чтобы теперь расстаться. Это самое точное определение.

Они не могли разойтись, даже если бы захотели. Пробовали — не работает. Они всегда обращались друг к другу за помощью.

Карина, сидя рядом, кивнула. Её лицо было бледным — всё ещё сказывалась усталость, — но в глазах читалась та же глубокая связь.

— Он прав, — сказала она тихо, и её голос звучал спокойно. — Мы семья. Не по крови, но по духу. И это, наверное, важнее.

Кровь можно не выбирать. А дух — выбираешь.

Они выбрали друг друга в семью и ни разу не пожалели.