Смертоносная

52 глава

Ночь почти закончилась. До утра было далеко. Шёл дождь — мелкий, моросящий, тот самый, что превращает свет фонарей в размытые золотые пятна на мокром асфальте.

Примерно через полчаса они вчетвером уже прогуливались по безлюдной площади у автовокзала.

Корнелий и Тони отправлялись домой.

Гурий отлучился, чтобы получить обещанное вознаграждение за демона во Дворе фейри.

Потоки машин и толпы людей произвели неожиданно хорошее впечатление — провинциальное захолустье успело основательно поднадоесть.

Корнелий и Тони предложили скоротать время в кинотеатре, за какой-то бессмысленной комедией.

Потом, выбравшись из кинотеатра, они перекусили в кафе и вернулись в сквер у автовокзала.

Хотелось преодолеть эти последние километры как можно быстрее, но расписание автобусных маршрутов выглядело неутешительно. Автобус укатил совсем недавно, забрав пассажиров предыдущего поезда. Дальнейшие наблюдения показали: кое-кто из попутчиков парней уже отправился в дорогу, воспользовавшись услугами частного извоза. Ладненько. Если финансы поют романсы — им придётся ждать автобуса. У остановки собралась небольшая толпа: в основном приезжие с баулами и чемоданами, но встречались и местные жители.

— Чёрт. Неделька выдалась — будь здоров, — проговорила Карина, стоя под козырьком, засунув руки в карманы куртки, и смотрела, как капли дождя разбиваются об асфальт.

Семь дней назад они ещё были в аду.

Семь дней назад она едва дышала, а теперь стояла здесь, на автовокзале, и ждала автобус, провожая друзей, как обычный человек.

Это было странно, но приятно.

Корнелий, прислонившись к влажной стене здания автовокзала, смотрел, как дождь рисовал серебристые полосы в свете фонарей. В кармане его пиджака лежал билет в один конец. Он вытащил его, не глядя, перебирал пальцами углы — привычный нервный жест.

Это был не просто билет, а ключ от двери, которую они только что открыли всей своей кровью, болью и упрямством.

Корни тихо повторил её слова, посмотрев на них — даже на приближающуюся фигуру Питера в толпе:

— Эх, вернуться бы поскорее в свой трейлер. Будь здоров — это мягко сказано. Но знаете что? Я бы не променял эту «недельку» ни на какую другую. Потому что теперь у меня есть сюжет для целой книги. И, что важнее, — соавторы. — В его голосе прозвучала лёгкая, уставшая усмешка.

Книга о том, как они победили демона.

И о том, что было после. Может быть, это будет бестселлер, а может — просто способ не забыть.

Взгляд Карины, обычно такой острый и оценивающий, теперь был спокоен.

Она смотрела на Корнелия, и в её глазах читалось понимание — то самое, которое не нуждается в словах.

Соавторы.

Ей нравилось.

«Пиши, Корни»

А они помогут — если не советом, то хотя бы тем, что не умрут в следующей главе.

Энтони, стоявший рядом с ним, молча наблюдал за толпой, поймал их взгляды и коротко кивнул в сторону уходящего в ночь автобуса, который только что забрал часть ожидающих.

— Следующий будет наш.

В этих словах не было нетерпения, а было ожидание — не того, что их унесёт отсюда, а того, что начнётся, когда они сойдут на остановке вместе.

Автобус придёт.

Они с Корни сядут в него.

И начнётся новая глава, он не был уверен, что она будет спокойнее предыдущей — но уж точно будет интереснее.

Пак, стоя под козырьком автовокзала, слушал дождь и наблюдал за Корнелием, усмехнувшись, посмотрел на Карину, затем на Тони и, наконец, на приближающегося Питера, чья фигура вынырнула из пелены дождя.

— Соавторы, — повторил он, и в его голосе звучала задумчивость. — Звучит неплохо, — Пак взглянул на Питера, чьи волосы намокли под дождём. — Только не делай меня слишком героическим. Читатели не поверят.

Он — реалист, знал, как выглядел со стороны: мелкий пакостник с колпаком и бубенчиками на колпаке.

Но если Корнелий напишет правду — всю правду, — тогда, может быть, те увидят то, что видели они.

Питер подошёл ближе, стряхивая капли с волос. В его руке был бумажный пакет — судя по запаху, с чем-то съестным.

Он посмотрел на них, на автобусную остановку, на дождь — и ничего не сказал, просто встал рядом.

Ещё один член их странной семьи. Ещё один соавтор их общей истории.

Тони с Корни ждали автобус.

Питер с Кариной ждали новую жизнь.

Пак ждал неизвестности.

Но они ждали её все вместе.

И это — самое главное.

Питер, подойдя к группе и встав рядом с Кариной, посмотрел на Корнелия.

Его зонт — огромный, чёрный, как сама ночь — держался в руке, но он не спешил его раскрывать, позволяя дождю оседать на плечах серебристыми каплями.

— Соавторы, — повторил он, задумавшись. Питер был серьёзным, но в нём читалось облегчение. — Это интересная мысль. Но, наверное, нам стоит подождать, пока история закончится. А она, кажется, только начинается.

Книга ещё пишется. Каждый день — новая страница.

И он хотел быть там, когда допишут последнюю главу, хотел увидеть, чем всё кончится. Корни, прислонившись к стене и сжимая билет — тот самый, что лежал в кармане, с загнутыми углами, — посмотрел на Питера.

— Да, — тихо, но уверенно сказал он. Его лицо было бледным, но в глазах читалась решимость. — Начинается. Я хочу быть частью этой истории — не как наблюдатель, а как участник, как друг.

Он устал записывать чужие приключения, пора писать свои — и хотел, чтобы они были рядом не персонажами, соавторами.

Провидец, глядя на уходящий автобус — тот самый, что забрал часть ожидающих, — повернулся к группе.

— Друг, — повторил он задумчиво. Его лицо было бледным, но в глазах читалось облегчение. — Звучит хорошо. Нам всем нужно больше друзей и меньше демонов. Надеюсь, в новой главе их будет меньше. Иначе мы не доживём до хэппи-энда.

Серьёзно.

Если каждая глава будет заканчиваться тем, что кто-то из них при смерти — им понадобится дополнительная страховка.

Питер держал над собой огромный, чёрный, как сама ночь, зонт.

Карина была напряжена — он чувствовал это без всяких оборотничьих способностей. Знал её слишком хорошо.

Питер остановился у входа в здание вокзала.

— Что тебя грызёт, Карина?

Она тяжело вздохнула, стараясь не смотреть ему в глаза, чтобы скрыть плещущуюся во взгляде тревогу.

— Я… Что будет дальше, Питер? Демон изгнан. Орден нечисти в Бейкон–Хиллз практически уничтожен. Мои метки стёрты, но…

Но она всё ещё не знала, куда идти, что делать, как жить — после всего.