Смертоносная

Страшно, что она потеряет его, что он умрёт из-за неё. Что они разойдутся — и она снова будет одна. Гурий сделал шаг ближе. Его рука едва касалась её плеча.

Этот жест был поддержкой, не более.

Морок заговорил тише, почти шёпотом:

— Мне тоже страшно, — он перевёл взгляд на неё. — Но страх не должен нас останавливать. Если мы победим, возможно, вместе найдём способ ослабить эту связь, — Гурий сделал паузу.

Ослабить, не разорвать, — чтобы они могли дышать.Карина обняла его, прижавшись головой к его сильному плечу:

— Мне очень страшно. Что я снова очнусь в гробу и окажусь в холодной земле. Что я подвергну опасности. Я беру на себя много, потому что моя судьба связана с твоей. Если моя нить порвётся, твоя разорвётся следом. Я должна защитить тебя. Это моя ответственность. Я втянула тебя в это.

Ответственность.

Её вина.

Он замер на мгновение, затем осторожно обнял её в ответ.

— Ты не втянула меня, — Морок сделал паузу. Его голос прозвучал тихо, но твёрдо. — Я сам решил идти сражаться, — он слегка отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза. — И моя нить тоже связана с твоей. Мы защищаем друг друга. Это не только твоя ответственность. — Его голос стал чуть мягче. — И ты не вернёшься в гроб. Я не позволю.

Карина отошла от него на шаг, когда Гурий снял с себя свой чёрный плащ и капюшон с головы.

Она замерла в немом удивлении.

Его исиня–чёрные волосы. Его лицо…

Она не могла не смотреть.

Он тоже приводил с себя в порядок, Карина потеряла дар речи, стараясь сильно не пялиться, но взгляд всё равно падал на него.

Она в смущении старалась смотреть либо в пол, либо на старые иконы.

Гурий заметил её смущение и улыбнулся, не насмешливо, а с пониманием, убрал волосы с лица, подняв глаза, уже не выглядел настороженным:

— Мы оба знаем, кто мы, Карина, — сказал он. — Не прячь глаза.

«Смотри»

Он не исчезнет.

— Я не пялилась на тебя, — ответила она.

Пялилась, но он не должен знать.

Морок тихо фыркнул, в нём взгляде читалась спокойная уверенность. В его голосе слышалась теплота.

— Конечно, не пялилась, — сказал он, поправляя край доспеха. — Просто изучала иконы очень внимательно. Это нормально — смотреть. Ведь мы всё равно связаны.

Карина могла смотреть. Он был не против. Она — его Мара. Он — её Морок. Они защищают друг друга.

И никаких гробов.

Где-то в глубине церкви, словно забытый всеми, журчал фонтан, вторя ему — чей-то слабый кашель, затерявшийся в сыром эхе. Исповедальная, полускрытая массивной колонной, примостилась у самих витражных окон, их тусклый свет едва проникал сквозь закатные цвета.

Карина повернулась к Гурию, взглянула на свой след от укуса на руке и сглотнула.

— Что происходит, если Мара умирает? Если вдруг… — она замолчала. — Морок тоже умирает? Как Мара и её Морок из легенды в горах?

Легенда про Эхо в горах.

Она не хотела стать камнем и не хотела, чтобы он им стал. Морок посмотрел на неё и стал серьёзным, почти мрачным.

— Да, — сказал он низким голосом. — Связь неразрывна. Если одна сторона умирает, другая угасает. Не сразу, но быстро и безвозвратно, — Гурий сделал паузу и стал отстранённым. — Вот почему это проклятие. И вот почему нас разлучали.

— Это как в легенде про Мару, — продолжила Карина, — которая после смерти любимого долго звала его по имени, а потом превратилась в эхо? Она исчезла следом за ним? — Её голос стал тише, почти шёпотом.

Эхо. Горы. Камень.

Она боялась этого.

Морок кивнул.

— Да. Её голос стал эхом в горах. А тело превратилось в камень, — он посмотрел на неё. — Это не сказка, а история. Так закончилась одна из первых пар. Поэтому мы учимся контролировать эту связь или избегать её создания.

История. Не сказка, а предупреждение.

— Сначала была Морана и её Тень, — начала Карина, её взгляд стал рассеянным, словно вспоминала древние свитки памяти. — Вторая — жена варяга, третья — Витена и её Морок Рокель. Четвёртая — Валедара и Морок Ирай. О пятой никто не знает, но легенды ходят — это Эхо и её Морок. Шестая — Анна и принц Северин. Седьмая — Агата и Морок Аарон–Александр. Мой прадед, Морок Илья, видел нити в пространстве и женился на русалке Леле. Я пошла по его линии. А ты?

Семь пар. Семь легенд.

И они… какие по счёту? Восьмые? Сто восьмые?

Гурий задумался:

— Я из линии Морока Эйнара, — сказал он. — Он был известен тем, что мог погружать людей в вечный сон.

Он унаследовал его дар.

Морок посмотрел на Карину.

— Наши ветви соединились только сейчас случайно или по воле того, кто связал нас.

— Это потому что, — она произнесла тише, — считалось, что так можно убить двух зайцев одним выстрелом. Как появились Мороки? — спросила Карина. — Морана отсекла серпом Тень у своих ног. Она страдала без любви и не могла найти места в мире. Так появилась первая Тень. У них не родилось детей. Но я не понимаю, как у Мар, не вполне живых, могут быть дети? Как? Я нигде не нашла ответов. — В её усмешке не было насмешки — только усталость и мудрость.

Дети от нежити.

Как это возможно?

Гурий слегка усмехнулся.

— Дети Мар и Мороков — это редкий дар или проклятие, — сказал он. — Они рождаются, когда связь между Мороком и Марой достигает предела. Когда тьма и свет внутри нас уравновешиваются. Это не физический процесс. Это магия жизни, рождённая из смерти. Поэтому такие союзы редки и ценятся высоко — или вызывают страх.

Магия. Не плоть. Дети рождаются из равновесия.

— Дети становятся могущественнее? Поэтому союзы Мар и Мороков запрещены? — Её голос стал почти шёпотом.

Потому что они — угроза.

Морок медленно кивнул.

— Да. Они наследуют силу обоих, а иногда и нечто большее. Способность видеть нити судьбы, как твой прадед, или погружать в вечный сон, как я. Вот почему такие союзы запрещены. Власть, способная нарушить баланс, всегда вызывает страх и зависть.

Страх. Зависть. Запрет.

Но они уже связаны.

— Поэтому у тебя есть крылья! — В Карине появилось что-то похожее на признание.

Крылья. Дар предков, не проклятие.

Он слегка расправил массивные крылья за спиной, создав лёгкий ветерок, затем сложил их обратно.

— Да. Это остаточный дар от одного из моих предков. Не от Морока. Если связь углубится, ты тоже можешь получить нечто подобное или нет. Это непредсказуемо.

Как всё в их связи.