Смертоносная

— Эллисон Арджент, — произнёс Питер с осторожностью. — Она была охотницей. Да, это было на Самайн. Границы были тонки, — он посмотрел на Карину. — Почему ты спрашиваешь? Думаешь, её воскрешение связано с тем, что происходит сейчас?

Эллисон Арджент.

Карина.

Всё связано.

Карина кивнула.

— Я тоже воскресла, но двадцать лет назад после Рождества. Мне тогда сказали, что произошёл какой-то пролом и люди начали подниматься. Мёртвые «просыпались». Ваша Эллисон тоже встала, но мёртвые не должны воскресать. Хотя ты тоже нежить, — она бросила взгляд на него. — Странно, что мёртвые начали вставать. Может, демон всё спланировал? Поднять тех, кто ещё не сильно разложился. Но кто-то ему помешал, и он решил начать войну. Как Гитлер, которого не взяли в художественную школу, и он решил создать шедевр из трупов.

Эксперименты. Проломы.

Демон играл с воскрешением.

И она — часть его данных.

Гурий слушал, его брови сошлись на переносице. Он кивнул, его голос стал тише и серьёзнее.

— Демон, который может манипулировать Смертью… Это объясняет, почему границы стали тоньше, — сказал он. — Ты думаешь, что твоё воскрешение и воскрешение Эллисон были экспериментами? Чтобы проверить, как далеко он может зайти?

Эксперименты. Они — подопытные.

И демон — их создатель?

Её глаза сузились.

— Ну да, поднял нескольких, убедился, что живые и ходят, решил продолжить эксперимент. Это логично. А для полного воскрешения нужна богиня Смерти. Большой Босс в аду вряд ли обрадуется такой идее. Ох, не хотела бы я оказаться демоном, если Босс узнает…

Люцифер, или кто там на троне. Ему не понравится конкуренция.

Питер издал короткий, сухой смешок без тени веселья.

— Большой Босс в аду — не тот, с кем стоит шутить, — сказал он, глядя на Карину. — Значит, демон играет с огнём, который может сжечь его самого. Это делает его непредсказуемым и опасным. Но это же может быть его слабостью. Если мы сможем использовать его страх перед Боссом…

Страх — его слабость.

Они используют её.

— И рядом со штатом Оклахома тоже зафиксировали случай такого «поднятия», — вмешался Корнелий. — Мужика похоронили, все клянутся, что он умер, гроб несли! А он встал и пошёл дела поправлять. Его многие видели. Хотя он должен был лежать в могиле много лет. Очень странно.

Ещё один.

Демон развлекается.

Карина повернула голову.

— Странное? Это уже обыденность.

Воскрешение. Ходячие мертвецы. Демоны.

Добро пожаловать в их мир.

Питер резко повернулся к Корнелию.

— Оклахома? Значит, это не локальное явление. Демон действует по всей стране или даже шире. Это подтверждает твою теорию, Карина. Он долго готовился, экспериментировал и теперь, когда готов… — он замолчал, не закончив фразу. — Нам нужно остановить его сегодня.

Пока демон не закончил.

— Здравствуй.

Голос, взлетевший из-за спины Дмитрия, прервал их беседу. Они с Кариной замерли, обернувшись. В проёме двери стояла Шторм, их соседка, приветствуя.

— Как поживаешь?

Карине с трудом удалось сдержать усмешку, глядя на эту застывшую сцену.

Дмитрий же, натянув на лицо фальшивую улыбку, обернулся к женщине, стараясь изобразить непринуждённое радушие.

— Здравствуй, Шторм. У меня всё отлично, просто я немного занят.

Шторм кивнула, заглядывая ему через плечо, и, заметив Карину, добавила:

— Здравствуйте, Карина.

— Здравствуйте, Шторм, — отозвалась Карина, подходя ближе и пряча руки в карманы.

Шторм пригладила светлые волосы, собранные в конский хвост, а другой рукой потянула поводок своего кинг-чарльз-спаниеля, которого вывела на прогулку каких-то полчаса назад. Переведя взгляд на Дмитрия, она произнесла:

— Давно я Карину вашу не видела.

— Ну да, она много работает. А что? — Дмитрий замялся, выдумывая на ходу нелепое оправдание.

Шторм взглянула на Карину, затем снова на Дмитрия.

— Я слышала, Карина иногда присматривает за твоим племянником. Это так? Я сама ищу кого-нибудь, кто бы приглядел за моими детьми. Вечеринка в честь открытия нового клуба на том берегу реки, можем поехать расслабиться.

— Сегодня? — Вырвалось у Дмитрия.

Но Шторм, не дожидаясь ответа, вновь повернулась к Карине.

— Что скажешь, Карина? Тебе уже не пятнадцать, но я всё же решила тебе предложить.

— Да, конечно…

— Нет.

Дмитрий перебил её.

«Чёрт»

Мелькнуло у него в голове.

Это было настолько неуклюже, что даже нелепо.

Карина на мгновение закрыла глаза.

Шторм удивлённо уставилась на Дмитрия.

— У неё рано утром занятия, — быстро нашёлся Дмитрий.

«Да уж»

Подумала Карина. Ведь её «занятия» приходились на воскресенье.

— Да и по дому ещё много дел. Карина в последнее время плохо справляется со своими обязанностями, — добавил он, бросив на неё строгий взгляд.

Да, Шторм.

После того, как она помоет посуду, ей ещё предстоит разбираться с призраком…

— Прости, она ничем не может тебе помочь, — наконец произнёс Дмитрий.

Шторм перевела взгляд с Карины на него и обратно, прекрасно понимая, что между ними что-то не так.

Дмитрий вёл себя невероятно странно.

Но, решив не углубляться, она прощебетала:

— Ничего страшного. Может, в другой раз.

Карина слабо улыбнулась и кивнула, стараясь не выдать ни смущения, ни облегчения от того, что Шторм, наконец, ушла.

— Почему они встают? — Голос Карины звучал устало, словно она сама была на грани того, чтобы осесть на землю. — Из-за чего им не лежится в могилах?

Долгая, давящая пауза повисла в воздухе.

Дмитрий закинул голову назад, прислонившись затылком к шершавой стене дома, закрыл глаза, словно пытаясь найти ответ в темноте, затем открыл их и устремил взгляд в небо, будто там, среди звёзд, скрывалась истина.

— Никто не знает наверняка, — начал он, и в его голосе прозвучала нотка смирения перед неведомым. — Есть теории. Говорят, это сдвиг в энергетическом поле Земли. Или коллективное бессознательное человечество, достигшее критической массы. Может, чей-то эксперимент вышел из-под контроля. А может, это просто естественный цикл, как приливы и отливы. Только для душ. Мы — этот прилив, Карина, нежеланный, непонятный, смывающий привычные берега. И теперь нам предстоит выбор. Стать волной, что сметает всё на своем пути, или течением, которое ищет новые русла. Но лежать спокойно… этой опции у нас больше нет.