Смертоносная

Корнелий вошёл в комнату последним, останавливаясь в дверном проёме, словно преграждая путь, не смотрел на сокровища. Голос парня звучал тихо, будто он боялся разбудить что-то спящее.

— Ищем не карты, — сказал Корни, скользя взглядом по полкам, — а ищем сходства. Демон использует фейри, их символы, их энергию. Где-то здесь должны быть записи о старых договорах, призывах, жертвах. Особенно о тех, что связаны с Марой.

Договоры. Призывы. Жертвы. Всё, что связывает Мару и Морока.

Всё, что может объяснить их связь.

Кайя посмотрела на Карину.

— Чувствуешь что-нибудь? Отголосок? Как с Мороком? Место или предмет, который резонирует? Почувствуй — и мы найдём.

Её связь и нити.

Морок откинулся на спинку стула, его крылья медленно хлопали по дереву.

— Это было убежищем Аэрона. Здесь он учился читать по запрещённым книгам отца и здесь поклялся, что никогда не станет таким, как он, до сих пор не уверен, сдержал ли клятву.

Брат Бальтазара. Аэрон тоже боролся с наследием, и, кажется, проигрывал.

Беря с полки старый свиток, Морок аккуратно развернул его.

— Вот карты троп между мирами, которые считали уничтоженными.

Тропы. Пути. Они живы — просто забыты.

— Можно посмотреть? — задала вопрос Кайя.

Тропы.

Она знала их и ходила по ним.

Указывая на один особенно запутанный узел, Морок аккуратно расстелил свиток на каменном столе:

— Смотрите. Это — то место, где Бальтазар пытался открыть врата для призыва Гекаты. Это в двух шагах от лунного колодца.

Геката. Богиня перекрёстков. Её пытались призвать здесь.

И теперь здесь же — демон хочет призвать Морану.

В свете магических огней проступали переплетения путей, похожие на серебристые нити.

Нити, как те, что она видела.

Тропы — это тоже нити, только миров.

Питер подошёл к столу, указывая на узел, отмеченный Мороком, посмотрел на них, после на парня.

— Лунный колодец. Это место силы. Если демон хочет использовать энергию Рождества и зимнего солнцестояния — это идеальное место для ритуала. Но карта показывает, что здесь несколько точек доступа. Где ближайший вход к резервуару? И есть ли у нас время добраться туда до рассвета?

Время. Его всё меньше. Но карта давала надежду.

Корнелий подошёл к столу и быстро пробежал глазами по свитку. Его новые, необычные ощущения позволяли не только читать текст, но и улавливать энергию, вплетённую в пергамент. Корни указал на тонкую, едва заметную линию, ведущую от отмеченного узла вглубь земли, к предполагаемому резервуару.

— Здесь, — уверенно произнёс он, касаясь пальцем точки на карте. — Это не просто вход. Это шлюз или клапан. Если лунный колодец — источник энергии, то это место, где её можно сконцентрировать и выпустить, как через линзу.

Шлюз. Клапан.

Точка невозврата для энергии и для них.

Кайя взглянула на Питера.

— Это и есть ритуальная площадка, — продолжила она. — Но не на поверхности, а под ней, в старых подземных резервуарах или тоннелях. Демон будет там. Мы можем добраться до него через эту сеть туннелей. У нас есть время, если отправимся прямо сейчас и не заблудимся.

Туннели.

Она знала их.

Они не заблудятся.

Корнелий посмотрел на Морока.

— Ты знаешь этот путь? Можешь провести нас, минуя основные ловушки?

Он вырос здесь, знал каждый камень.

«Веди»

Взгляд Карины пристально изучал карту.

— Просто мы знаем половину из этих мест. Вот это, — она показала на холм рядом с метро. — Этот находится в Нью–Джерси. Через него фейри и пикси ходят между мирами. Вот этот проходит рядом с кладбищем и заброшенным метро в Бейкон–Хиллз, — Карина указала на место рядом со старым кладбищем. — Мы через него ходили.

Тот проход.

С Корни и с Кайей.

Они были там.

Внезапно Морок схватил её запястье.

— Ты прошла через тропы? Самостоятельно? Они могли разорвать тебя на части или свести с ума.

Тропы опасны особенно для Мары.

Её глаза расширились, а голос стал резким и почти испуганным.

— У меня был проводник.

Корни. Кайя.

Она была не одна.

Кайя провела пальцем по карте.

— Я знаю эти места. Они ходили со мной и Корни.

Они провели её и защитили. Тропы не тронули Карину — потому что они были рядом.

Морок выдохнул, но не отпустил руку Карины.

— Ребята, вы храбрецы или безумцы. Эти тропы сейчас нестабильны. Фейри пытаются их «залатать» тёмной магией.

Латают, как старую одежду. Но дыры становятся только больше.

— Чтобы никто больше не ходил? — Взгляд Кайи стал холодным и расчётливым.

Тропы — это свобода. А они хотят запереть их.

Горько усмехаясь, Морок развернул другую часть карты, указывая на три переплетающихся пути.

— Чтобы контролировать, кто проходит. Он создаёт пункты пропуска с демоническими стражами. Чтобы взимать плату за проход или решать, кто достоин войти.

Платные дороги между мирами. Демоны-таможенники. Адская бюрократия.

Взгляд Карины стал тяжёлым.

— Значит, нам нужно будет первым делом найти посредника, а потом Верховного.

Посредник — ключ.

Верховный — замок.

Они откроют этот замок или сломают.

Питер кивнул, смотря на карту, потом посмотрел на остальных.

— Контроль над путями между мирами. Это дало бы им невероятную власть. Значит, ритуал в резервуаре — это не просто призыв Мораны, а попытка усилить и стабилизировать эти тропы, используя её силу. Наш приоритет — сорвать ритуал. Если мы сделаем это, их планы рухнут.

Сначала ритуал. Потом — тропы. По порядку.

Корнелий внимательно изучал карту, его глаза бегали от одной точки к другой, соединяя их в сложные маршруты, видел не просто пути, а всю логистику вторжения. Его голос прозвучал тихо, но уверенно, как у человека, который только что понял суть происходящего.

— Это не просто контроль, — сказал он, проводя пальцем по переплетённым линиям на карте, — а регулирование. Они хотят превратить эти тропы в магистрали с контрольно-пропускными пунктами, пошлинами и охраной. Чтобы превратить свободное перемещение между мирами в товар, в привилегию. И использовать силу Мораны, чтобы сделать эти пути необратимыми и постоянными.

Не завоевание. Приватизация. Они хотят владеть тропами, как собственностью.

Кайя откинулась на спинку стула, её лицо стало мрачным.