Смертоносная

Питер не вмешивался, позволяя им вести допрос, ждал, готовый к действию, если Бальтазар попытается использовать магию или сбежать.

— Говори или беги.

В любом случае — он их.

Глаза Карины были прикованы к Бальтазару, следя за каждым его микровыражением.

Он колебался, боялся, но всё ещё был слишком горд, чтобы сдаться.

Бальтазар посмотрел в глаза Морока с насмешкой:

— Что ты мне сделаешь, слуга Тени?

Слуга Тени.

Так он назвал Морока.

Это оскорбление.

Или факт?

Внезапно Морок отпустил его, отступая на шаг и издавая короткий, безрадостный смех, повернулся к Карине, и в ней появилась странная ясность:

— Старые шрамы?

Она спрашивала — не его ли это шрамы, не его ли это боль.

Да, его.

И он не позволит этому фейри играть на ней.

Смотря на фейри с новым, холодным презрением, Морок взял её руку:

— Бальтазар прав. Я не причиню ему вреда. Потому что это именно то, чего он хочет — чтобы я стал монстром, каким меня считает. Но ты забыл, Бальтазар. У меня есть кое-что, чего нет у тебя. Союзники, а не слуги. Теперь говори. Или мы уходим, и ты остаёшься один с демоном, которому ты продал свою «чистоту». Уверен, он будет очень доволен своей покупкой.

Союзники, не слуги.

Это то, что отличало их от него, и это то, что убьёт его демона.

Бальтазар начал доставать топорик с боковых ножен:

— Чтоб вы сдохли!

Он решил атаковать, вот идиот.

В Карине вспыхнул дикий, первобытный свет, и по её коже пробежали тени, будто сама тьма откликнулась на гнев.

Он оскорбил её и Морока.

Он предал свой народ, и заслуживает смерти.

Карина вырывалась от рук Морока, занося меч, снесла голову фейри, произнося по-русски:

— Это ты заслужил.

Смерть, быстрая, почти милосердная.

Для неё это не просто смерть предателя, а символ.

Конец одного и начало другого.

По камням полилась красная река крови. Замирая на мгновение, все посмотрели на безжизненное тело фейри.

Он был мёртв и ничего не сказал. Корнелий не отводил взгляда, наблюдая за казнью с тем же ледяным спокойствием, с каким следил за допросом. Его голос прозвучал тихо, когда голова Бальтазара скатилась по камням:

— Это было эффективно, — проговорил он, поднимая глаза, чтобы встретиться с взглядом Карины. В парне не было осуждения, только принятие и понимание тяжести этого поступка. Корни посмотрел на Морока, потом на Питера. — Теперь демон знает, что его прикрытие раскрыто. Слуга мёртв. Он либо ускорит ритуал, либо попытается бежать.

Они ударили первыми.

Теперь его ход. И он будет быстрым.

Кайя повернулась, её взгляд обшарил коридор, будто ожидая немедленного возмездия из тени.

— Мы не можем ждать, — продолжила она. — Нужно идти к сердцу его власти. Пока демон ещё не оправился от удара.

Сейчас, пока он не понял и не усилил защиту.

Пока связь между Марой и Мороком ещё секрет. Крылья Морока медленно опустились, он повернулся к Карине, и в его глазах не было страха, только глубокая усталость и что-то похожее на облегчение. Он сделал шаг к ней, убирая локон волос с её лица.

— Это было необходимо. Ты в порядке?

Она убила его быстро и чисто, и не дрогнула.

Он гордился.

Кайя произнесла:

— Парень, этот чувак даже не в первой пятёрке ей убитых. Привыкай к нашим методам.

Мара убивает. Это её природа. И она хороша в этом.

Корнелий кивнул, но его новое лицо ничего не выражало.

Он посмотрел на Карину с холодной, тактической оценкой. Её решимость — его оружие, её усталость — его слабость.

— Необходимость не делает это легче, — проговорил Корни, но это было не утешение, а факт. Его голос прозвучал ровно. — Сейчас нет времени на сожаления или отдых. Его смерть — сигнал. Мы должны двигаться. Быстро и тихо.

Вперёд. Никаких остановок. Никакой скорби.

Кайя бросила последний взгляд на тело Бальтазара и отвернулась.

— Давайте используем любые шансы.

Поза Карины выражала готовность к действию.

Пока демон думал, что они разобщены, пока не знал об их новой связи, у них был шанс на неожиданность.

Беря лицо Карины в свои руки, Морок поцеловал её нежно, но с настойчивостью, которая говорила больше слов. Они связаны. Он чувствовал её усталость. Она чувствовала его решимость. Они идут вместе. Отстраняясь от него, Карина вытерла свой меч об мёртвое тело, прежде чем убрать обратно в ножны:

— Мы на коне, а он в болоте.

У них есть преимущество, связь и союзники.

А у него — только страх.

Взгляд Морока стал ещё более сосредоточенным.

— А теперь найдём этого демона, пока он не узнал, что его любимая пешка мертва.

Он узнает.

Но будет поздно.

Питер кивнул, указывая вглубь коридора, откуда, кажется, исходило слабое багровое свечение:

— Он близко. Чувствую его энергию. Используйте вашу связь. Она может предупредить вас о ловушках или засадах. Двигаемся тихо. Наша цель — демон, а не его прислужники, — он посмотрел на Карину и Морока.

Багровый свет, там, в конце коридора.

Там демон?

Корнелий не произносил ни слова, лишь кивнул, его тело уже развернулось в сторону багрового света. Новые, обострённые чувства сканировали пространство, выискивая скрытые заклинания, невидимые нити и засады.

Он понимал, что их главное преимущество — это внезапность.

Но и их главная угроза — это связь между Марой и Мороком, которая могла стать каналом для атаки, если демон разгадает её природу.

Если он поймёт, то ударит по одному, чтобы ранить обоих.

Они должны успеть первыми.

Кайя двинулась бесшумно, словно тень, её глаза непрерывно сканировали окружение, готовые уловить малейший признак опасности.

Они шли навстречу демону, и знали, что эта битва решит всё — или уничтожит их.

Вперёд, в багровый свет.