Смертоносная

Он услышал их план, видя их решимость и зная — если что-то пойдёт не так, будет рвать глотки. Но пока — они делают всё по правилам.

Ноа кивнул, протягивая руку — не для рукопожатия, а чтобы снова взять руку Карины, его пальцы сомкнулись вокруг её в твёрдом, но не сковывающем пожатии.

Это был не жест собственности, а знак союза, клятва, высеченная в прикосновении.

— Договорились, — голос Ноа был низкий, ровный, но в нём слышалась стальная нить, которая не порвётся. — Каждый шаг и шорох. Никаких отступлений от плана, — он перевёл взгляд на Питера, потом на Корнелия, включая их в этот негласный договор. — Мы делаем это чисто, быстро и все возвращаемся обратно. И тогда, — его взгляд был снова на Карине, и в глубине глаз мелькнуло что-то, что обещало разговор на совсем другие темы, когда всё это закончится, — тогда мы, наконец, поговорим. Обо всём.

О том, кто она.

О том, кто он.

О том, что случилось на лекциях по квантовой механике, пока он думал, что Карина просто делала заметки. Обо всём, что они прятали друг от друга.