Страница 23 из 51
Босые ноги бесшумно касаются ступеней. Гул оживленной беседы и чей-то резкий смех заставляют сердце биться чаще. Я спускаюсь в холл, превращаясь в призрачную тень, и ныряю в глубокую нишу. Отсюда мне открывается идеальный обзор на всё происходящее.
Я оборачиваюсь, и сердце пропускает удар. Из своей тени я наблюдаю за зрелищем, которое одновременно ослепляет восторгом и леденит кровью. Светский раут у Кайлана Вайтса — легенда, о которой в академии говорили лишь приглушенным шепотом. И вот я здесь: непрошеный призрак, подсматривающий за миром, для которого я не существую
Звуки смеха, разливающееся по залу, шампанское, легкая, ненавязчивая музыка — все это создает атмосферу непринужденной роскоши. Гости, одетые в лучшие наряды, плавно перемещаются по залу, обмениваясь любезностями и слухами. Еда, изысканные закуски, словно произведения искусства, украшают столики.
Взглядом я нахожу Кайлана Вайтса, идеально выглядевшего в безупречном черном костюме с бокалом в руках. Его лицо, словно выточенное из мрамора, не выражает ни тени эмоций: высокий лоб, прямой нос, точеные скулы. Каждый изгиб, каждая линия подчеркивает аристократическое происхождение и природное благородство Верховного. Но что-то в этой идеальности меня тревожит и отталкивает. Словно за внешней оболочкой скрывалось нечто темное и неизведанное. Легкая ухмылка, едва заметная, играет на губах, добавляя образу опасной привлекательности. Он держится с достоинством, свойственным императорам, одним своим видом приковывая к себе внимание. Каждый его жест отточен до совершенства, в них чувствуется привычка повелевать. Казалось, Вайтс не принадлежит этому миру, а лишь снизошел до него, дабы наблюдать за суетой простых смертных.
Вампир словно заполняет собой все пространство, заставляя замирать сердца и ускорять дыхание. В нем читается сила, власть и некая необъяснимая притягательность, перед которой едва ли кто может устоять. Кайлан Вайтс сейчас — воплощение холодного и недоступного совершенства, которое недоступно и безучастно к земным страстям.
Разумеется, он не один, рядом Клара. Она хозяйским жестом берет его бокал, прикладывается к краю и с тягучей улыбкой отдает обратно. Выглядит девушка великолепно — ее красное платье, как и все в этом месте, безупречно. Движения Клары наполнены уверенностью хищницы и ее взгляд, направленный на Кайлана, полон огня. Слова, которыми они обмениваются, доносятся до меня обрывками, но их смысл вполне ясен.
— Кайлан, дорогой, сегодня ты просто ослепителен, — её голос, подобно мягкому бархату, обволакивает пространство. — Надеюсь, этой ночью ты поделишься со мной хотя бы каплей своего блеска?
— Мы вернемся к этому вопросу, Клара, — его голос звучит низко и искушающе. — А ночь… — Я не разбираю слов, но вижу ответ в её глазах. Улыбка девушки — это открытый вызов, брошенный всем, кто мог бы претендовать на него.
Я вижу, как ее пальцы невесомо касаются руки Вайтса. В этот момент мой мир сужается до этого прикосновения на фоне сверкающего великолепия. Чувство отчуждения, смешанное с острым любопытством, сдавливает грудь. Я тень, которой открыли мир, но теням не место здесь. Я закрываю глаза, пытаясь вычеркнуть из памяти эту сцену.
— Не смей так на него смотреть, — раздается прямо над моим ухом ледяной шепот. Я вздрагиваю, осознавая, что это Клара.
— Я не понимаю, о чем вы, — произношу я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, хотя сердце отчаянно колотится.
— Ты прекрасно понимаешь, — ее голос похож на шипение змеи а глаза кажутся черными вулканами. — Он мой.
Слова ее ударяют меня, словно хлыст. Я отшатываюсь к стене, но взгляд не опускаю. В глазах девушки нет ни ревности, ни злости, лишь холодная уверенность собственницы и яркое желание уничтожения всего, что станет помехой. Эта уверенность и всепоглощающая страсть пугают больше всего.
— Я не претендую ни на кого, — бормочу я, чувствуя, как меня охватывает дрожь. — Он сам предложил свою помощь в обучении.
— Его хваленое чувство ответственности и полного контроля над любой ситуацией не дают ему другого выхода, — звучит голос Клары, становясь все тише, — поэтому сейчас ты стоишь слишком близко близко к огню. И тебе стоит быть осторожнее, чтобы не обжечься.
С этими словами она растворяется в толпе, оставив меня одну с нарастающим чувством тревоги. Я же выхожу из ниши поднимаюсь наверх, глотая обиду, и скрываюсь в своей комнате, оставляя за спиной блеск раута и яд Клары.
Резкий звук открываемой двери заставляет меня вздрогнуть. Дейвас Салиндор смотрит на меня с порога, и в его глазах я вижу нечто совсем иное, чем холодное безразличие Вайтса. Его силуэт на фоне тусклого коридорного света кажется мне нереальным. Мужчина переступает порог и наглухо закрывает дверь. Я без слов кидаюсь в его объятия, жадно вдыхаю его запах, который зажигает во мне искру надежды на спасение. Щит срабатывает, поэтому руна не выдает никакой реакции на мужчину. Это придает мне чувство уверенности. Я улыбаюсь и, поднимая голову, встречаюсь с его голубыми, полными нежности и заботы, глазами. Этот миг мне кажется воплощением счастья. Дейв… он пришел, я нужна ему!
— У нас всего несколько минут, — шепчет он, едва касаясь своими губами моих. — Амбер, пойдем со мной. Я введу тебя в свою ветвь! Я все брошу к твоим ногам! — произносит Дейв такие желанные моему сердцу слова.
Да! Да! Да! Кричит мое сознание, захлебываясь от переполняющих чувств. Сердце отбивает бешеный ритм, грозя вырваться из груди. Мир сужается до дикого желания почувствовать его губы, обещающие рай. Каждая клеточка моего тела отзывается на его зов, стремясь раствориться в нем, забыть обо всем, кроме этого сладкого, головокружительного «да».
Воздух вокруг нас трепещет, наполненный невысказанными желаниями и предвкушением. Рука Дейва бережно касается моей щеки, и я закрываю глаза, позволяя себе утонуть в этом ощущении. Его тепло разливается по всему телу, разгоняя остатки страха и сомнений. Я чувствую, как мое тело притягивается к нему, словно под действием неведомой силы, словно мы два магнита, обреченные на слияние.
Наконец его губы касаются моих нежно и страстно. Это не просьба, это обещание. Я приоткрываю губы, впуская его в свой мир, в свою душу. Поцелуй становится глубже. Чувствую, как мы теряем счет времени, как стираются грани между реальностью и мечтой.