Страница 57 из 61
Это было ни на что не похоже. Меня выворачивало наизнанку, скручивало, сжимало и растягивало одновременно. Перед глазами мелькали картины: Нева, набережная, моя каморка, зелёное кресло, кот Граф Вэлдар, лицо Марфы, пирожки с капустой. А потом другие картины: моя квартира, ноутбук на столе, шлем на полу, коробки из-под пиццы, грязная кружка, пыль на мониторе.
Я видела оба мира одновременно. И оба они были реальны. И оба тянули меня к себе.
Система, тем временем, продолжала глючить. Перед глазами бежали строки:
ЗАГРУЗКА… 37%… 42%…
ОШИБКА: КОНФЛИКТ ВРЕМЕННЫХ ЛИНИЙ.
ОШИБКА: НЕСОВМЕСТИМОСТЬ ПРОШИВКИ.
ОШИБКА: УСТАРЕВШАЯ ВЕРСИЯ РЕАЛЬНОСТИ.
ХОТИТЕ ОБНОВИТЬ ДО ВЕРСИИ 2.0?
— Нет! — заорала я. — Не хочу! Просто верни меня домой!
ПОДТВЕРЖДЕНИЕ: ВОЗВРАТ В БАЗОВУЮ РЕАЛЬНОСТЬ.
ЗАГРУЗКА… 78%… 91%…
ВНИМАНИЕ: ЗАРЯД БАТАРЕИ 1%. ЗАВЕРШИТЕ ВОЗВРАТ НЕМЕДЛЕННО…
Один процент! У меня был один процент, чтобы вернуться! Я сжала провод изо всех сил. Руки дрожали. Перед глазами всё плыло. Я видела Петербург и одновременно свою комнату. Слышала крик чаек над Невой и одновременно гул компьютера из будущего. Чувствовала запах дыма и одновременно запах пыли и старой пиццы.
И вдруг всё остановилось.
Я висела между двумя мирами. В буквальном смысле, как будто меня подвесили в воздухе, и внизу не было ни пола, ни земли. Вокруг была темнота, не чёрная, а скорее серо-голубая, как экран зависшего компьютера. И в этой темноте светилось только одно: системное сообщение.
ВОЗВРАТ ПРИОСТАНОВЛЕН.
ПРИЧИНА: НЕРАЗРЕШЁННЫЙ ВЫБОР.
ПОЖАЛУЙСТА, ПОДТВЕРДИТЕ:
ОСТАТЬСЯ В ТЕКУЩЕЙ СИМУЛЯЦИИ
ВЕРНУТЬСЯ В БАЗОВУЮ РЕАЛЬНОСТЬ
И две кнопки: [ОСТАТЬСЯ] и [ВЕРНУТЬСЯ].
Мой палец завис над ними. Я смотрела на эти слова и не могла выбрать.
Остаться. Здесь. В XVIII веке. Где холодно, грязно, опасно. Где я женщина в мужском мире, каждый день рисковавшая разоблачением. Где у меня нет прав, нет будущего, нет даже нормальной туалетной бумаги. Но где у меня есть друзья. Марфа. Фёдор. Ванька. Петр Иванович. Аглая, Дарья, Катерина, Мария. Куры. Зорька. Кот Граф Вэлдар.
Вернуться. Домой. В XXI век. Где тепло, удобно и безопасно. Где я могу писать под своим именем, не боясь, что меня сдадут в Тайную канцелярию. Где есть кофе, горячий душ и интернет. Но где нет никого из тех, кто стал мне дорог за эти три месяца.
— Да что ж ты будешь делать, — прошептала я.
Система, будто услышав меня, выдала новое сообщение:
ПОДСКАЗКА: ВЫ ВСЕГДА МОЖЕТЕ ВЕРНУТЬСЯ.
СИМУЛЯЦИЯ СОХРАНЕНА. ПРОГРЕСС НЕ ПОТЕРЯН.
ПРОДОЛЖИТЬ ВОЗВРАТ?
Я уставилась на эти слова. «Вы всегда можете вернуться». Симуляция сохранена. Значит, если я сейчас вернусь домой, я смогу потом прийти обратно? В этот же момент? К этим же людям?
— А можно уточнить? — спросила я вслух. — Когда я вернусь обратно в симуляцию, время здесь продолжится? Или я попаду в тот же момент?
Система задумалась. Потом выдала:
ВРЕМЯ В СИМУЛЯЦИИ ОСТАНАВЛИВАЕТСЯ ПРИ ВЫХОДЕ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ.
ПРИ ПОВТОРНОМ ВХОДЕ ВЫ ПРОДОЛЖИТЕ С ТОГО ЖЕ МОМЕНТА.
То есть… если я сейчас уйду домой, отдохну, приведу себя в порядок, а потом захочу вернуться, я вернусь в ту же секунду, из которой ушла? И никто ничего не заметит?
— Это… это меняет дело, — сказала я.
Я посмотрела на кнопки. [ОСТАТЬСЯ] и [ВЕРНУТЬСЯ]. Мой палец дрогнул и нажал [ВЕРНУТЬСЯ].
В ту же секунду темнота взорвалась светом. Меня дёрнуло, закрутило и швырнуло куда-то с такой силой, что я зажмурилась и вцепилась в провод мёртвой хваткой.
А потом всё стихло.
Я открыла глаза и увидела потолок своей квартиры.
Тишина.
Первое, что я услышала, тишину. Не крики торговцев за окном, не скрип телег, не кудахтанье кур, не шум ветра с Невы. Просто тишину, ровную, плоскую, электрическую. И поверх неё едва слышный гул. Гул работающего холодильника.
Холодильник. У меня есть холодильник!
Я открыла глаза. Потолок. Белый. Ровный. С люстрой, на которой висела паутина. Я знала этот потолок. Я смотрела на него пять лет, с тех пор как сняла эту квартиру.
Я была дома.
Я села. Голова закружилась, но не от дыма лучины, а от резкого движения. Я сидела на полу своей комнаты. Вокруг меня валялись коробки из-под пиццы — три штуки. «Пеперони». «Гавайская». «Четыре сыра». Они пахли… странно. Не то чтобы испортились, но и свежими не были. Я осторожно заглянула в одну, пицца зачерствела, сыр превратился в пластик. Но плесени не было. Значит, прошло не так много времени.
Я перевела взгляд на стол. Там стоял ноутбук. Тот самый, который умер три месяца назад (или три дня? сколько прошло?). Экран светился. Он был включён.
— Ты же сдох, — прошептала я. — Ты же героически умер. Чёрный экран, тишина, моё застывшее лицо с дёргающимся глазом. Как ты…
Ноутбук молчал. Но на экране было открыто системное сообщение:
ВОССТАНОВЛЕНИЕ СИСТЕМЫ ЗАВЕРШЕНО.
ПОТЕРЯННЫЕ ДАННЫЕ ВОССТАНОВЛЕНЫ.
ВРЕМЯ ПРОСТОЯ: 3 ДНЯ 7 ЧАСОВ 23 МИНУТЫ.
Три дня. Всего три дня. А для меня прошло три месяца. Три месяца в XVIII веке с коровами, критиками, дуэлями, Тайной канцелярией и «Чернильными барышнями». Три месяца, которые уместились в три дня здесь.
Я медленно поднялась с пола. Ноги держали плохо, но держали. Я оглядела комнату. Всё было на своих местах. Кружка с засохшим чаем. Разбросанные бумаги. Зарядка от телефона. И шлем. Тот самый шлем, VR-MASTER 3000. Он лежал на полу, опутанный проводами, и тихо пищал, видимо, разрядился окончательно.
Я протянула руку и осторожно коснулась его. Шлем был тёплым. Он работал все эти три дня. Держал меня там. И только что отпустил.
— Спасибо, — сказала я ему. — Наверное.
Шлем пискнул и погас.
Я подошла к столу. И замерла.
На столе, рядом с ноутбуком, лежала стопка бумаг. Гербовая бумага XVIII века. Плотная, с водяными знаками, чуть желтоватая от времени. Мои рукописи. «Кровавая роза полуночи». «Дневник пленницы». «Следователь». «Луна и сквозняки» то, что мы успели написать с Фёдором. Они были здесь. В моей квартире. В XXI веке.
Я взяла верхний лист дрожащими руками. Это была первая страница «Кровавой розы», та самая, которую я писала в сарае, при свете лучины, пока куры клевали мне ноги. Почерк был мой. Неровный, с кляксами, но вполне читаемый. И дата: «Сентябрь 1768 года».
— Не может быть, — прошептала я. — Этого не может быть.