Страница 79 из 112
– Вообще-то, мое имя Урлила. Но в академии зови меня Урлиель. – И «эльфийка» начала быстро заплетать теперь уже светлые волосы в привычную косу.
– У нее даже запах изменился! – восхищенно шепнула мне на ухо Лапка.
– А… Ондриель?.. – решила я уточнить вспыхнувшую догадку.
– Моя внучатая племянница Ондрия. Она еще совсем юная, пока без крылатой формы и в целом уязвимая. Так что, я за ней присматриваю.
И снова широко и дружелюбно мне улыбнувшись, драконица под личиной эльфийки первой шагнула из пещеры. Мы, а точнее Тобиас, на котором мы трое ехали, вышли следом.
Меня ослепило и оглушило – после полумрака от фонарика или шарика и тишины пещеры яркий солнечный свет и радостный гул множества голосов ошеломляли. Самый громкий из них истерично выкрикивал мое имя, а потом на меня запрыгнул голосящий Клещ и заскакал по мне, словно пытаясь на ощупь удостовериться, что я жива и невредима. Он тыкался мордочкой мне в лицо, ерошил лапками волосы, нырял под плащ и обратно, разбудив Ноппи.
– Риони! Моя Риони! Ты жива, ты вернулась ко мне. Я так испугался, так испугался! Но теперь все будет хорошо. И ни в какие пещеры мы больше никогда не полезем. Никогда-никогда!
К нам подошли Гейб и госпожа Рэнди, оба дракона-преподавателя с женами, какие-то незнакомые мне перевертыши, драконы, маги и существа, удивительно похожие на мастера Дэна. Рэнди меня обняла, осторожно, потому что на мне сидело сразу три зверюшки, Гейб похлопал по плечу Тобиаса, магистр Ардерик радостно хлопнул его по спине, а его жена, подпрыгнув, умудрилась чмокнуть моего друга в щеку. И почему-то от этого дружеского чмока мне стало неприятно. Зачем она целует
моего Тобиаса
, у нее свой дракон для этого есть.
И все окружающие радовались нашему спасению, а еще с чем-то поздравляли парня. Все время звучало:
«Наконец-то», «Давно пора!», «Прозрел все же»,
а я никак не могла понять, о чем они говорят, и от этого всего – непонимания, усталости, непонятной даже мне злости на красавицу, целующего чужого парня, а еще от шума и яркого света – у меня кружилась и звенела голова и мошки перед глазами летали.
– Ну-ка, подвиньтесь! Пропустите меня! – требовал возмущенный женский голос. – Да пропустите же меня к пациенту!
Бессмертные вокруг нас слегка расступились, пропуская госпожу Куанду, нашу преподавательницу по основам целительства, которая тоже была здесь на экскурсии. Взяв меня за руку, она сосредоточенно нахмурилась.
– Так, серьезных травм и ранений нет, тут все в порядке, несколько мелких синяков, царапин и ссадин не в счет, я их уже залечила. Но общее состояние ужасно. Тяжелейшее физическое и магическое истощение, немедленно в постель и сытное, но нетяжелое питание, начните с наваристого куриного бульона. И дайте девочке напиться, наконец!
Перед моим лицом тут же появилась открытая фляжка, я даже не посмотрела, кто именно ее протянул, а просто присосалась к живительной влаге, о которой так мечтала. Когда оторвалась от горлышка, чувствовала себя заметно лучше.
– Тобиас, Лапка? Хотите пить? – спросить Ноппи не решилась, сложно было с ней разговаривать как прежде.
– Меня напоили уже, когда я в первый раз вылезла, – покачала головой Лапка.
– Ты сама пей, не у меня истощение, – слегка нахмурился Тобиас. А потом оглянулся на фиолетового дракона. – Рик, открой нам портал домой, пожалуйста. Риони нужно отдохнуть.
– Отдохните какое-то время, – вместо магистра Ардерика, к которому Тобиас обращался, ответил перевертыш с каштановыми волосами. – Но слишком долго не получится, император захочет узнать подробности, в том числе и то, как эта девочка обрела темный дар, если сама такая возможность была наглухо перекрыта нами задолго до ее рождения. Поэтому… У вас пять часов
[5]
[Любое время того мира делите пополам.]
, не более.
– Этого мало! – рыкнул Тобиас.
– Это все, что я смогу выторговать у Мелануира, – развел руками перевертыш.
– Хотя бы десять, – попросил Тобиас. – Дед, постарайся, пожалуйста. Мел тебя послушает.
– Сделаю все что смогу. Сам понимаю, что вам сейчас о многом нужно поговорить.
– На разговоры у нас будет вся оставшаяся вечность. А сейчас Риони нужно отдохнуть, поесть и поспать. Это важнее.
– Ладно, идите, отдыхайте, – кивнул перевертыш. – Рик?
– Открыл уже, – послышалось чуть в стороне, и кольцо вокруг нас распалось, открывая стоящего метрах в десяти магистра Ардерика, а рядом с ним – портал, вроде того, которым мы попали сюда из города.
Пока Тобиас решительно шагал к тому порталу, я быстро огляделась, ища Гейрона и Гейлу. Успела увидеть, что здоровенная дыра в горе, через которую мы вышли, находилась в стороне от портальных входа и выхода, где-то метрах в ста или побольше. Значит, это не прежний вход раскопали, а Урлила новый проделала.
Двойняшки нашлись немного в стороне – они жевали пирожки и яблоки, одновременно что-то эмоционально рассказывая мастеру Гидеону и его, наверное, жене, а те, присев на корточки, чтобы быть с детьми на одном уровне, внимательно их слушали. Эти четверо были так поглощены общением, что, в отличие от всех остальных, собравшихся возле свежевыкопанной пещеры и провожающих нас сейчас взглядами, в нашу сторону даже не обернулись.
Я едва успела порадоваться, что у двойняшек пока вроде все хорошо – накормлены и под присмотром, как Тобиас шагнул в портал и вышел в просторную, с учебный класс, наверное, роскошно обставленную комнату.
– Я домой просил, а не сюда! – развернувшись к уже исчезнувшему порталу, возмущенно воскликнул перевертыш. – Не мог в Долину отправить?
– Он все равно тебя не слышит уже, – хмыкнула Ноппи… то есть Искин… то есть… И как мне теперь воспринимать эту зверюшку, состоящую из тела и разума по отдельности? – Да и логично – все равно ж на аудиенцию идти придется, а тут гораздо ближе.
– Словно бы я из Долины ногами шел, – фыркнул Тобиас, обернулся, осматривая комнату и давая мне тоже увидеть и резную мебель, и тяжелые шторы на трех окнах, и пушистый ковер, и большой камин, и огромную кровать, к которой он и направился. – Ладно, воспользуемся тем, что имеем.