Страница 25 из 29
«Мускатный цвет?» — спросил Нил.
«Это пряность, — ответила Одри. — Возможно, ты пробовал его с…» — она пыталась придумать, с чем Нил, выросший в Ланкашире, мог его пробовать, — «креветками в соусе?»
«Его делают из внешней оболочки мускатного ореха», — сказал Дэниел, а затем добавил: «Что интересно, это единственное дерево, дающее две разные специи».
«Значит, орех?» — спросил Нил.
«Мускатный орех — это не орех», — сказала Одри, — «это семя. Так же, как помидор — не овощ, а фрукт».
«Но это всё равно аллерген», — сказала Джейн. «Однажды я чуть не потеряла Виктора из-за эггнога. Это была мускатная ореховая стружка!»
«Но мацис — это не мускатный орех», — сказала Одри. «Я же говорила, что в моём хлебном соусе не было мускатного ореха».
«В нём те же самые чёртовы химикаты», — сказала Джейн.
«Едва ли щепотка. И, как я уже сказала» — она взглянула на Дэниела в поисках поддержки, — «это не орех, так как же он может представлять опасность?»
«Почему ты не сказала?» — спросила Джейн.
«Я не привожу исчерпывающий список ингредиентов для всего, что подаю, дорогая», — ответила Одри, но тут она вспомнила, что муж Джейн только что умер на полу в её гостиной, и сдержала свой сарказм. «Вы же обещали, что на тарелке Виктора не будет ничего, что могло бы навредить ему».
«Но откуда мне было знать, что в хлебном соусе — вашем знаменитом хлебном соусе, о котором все так восторженно отзываются, — содержались аллергены?»
«Боже мой, вы выставляете меня какой-то Лукрецией Борджиа!»
«Вы только что убили моего мужа!»
Наступила тишина.
«Джейн, я знаю, что ты очень расстроена, — сказала Онория, — это расстраивает всех нас, но я не думаю, что такой исход кто-то предполагал…»
Нил не знал, почему он посмотрел на Дэниела, когда Онория это сказала, но он посмотрел, и то, что он увидел, ему уже было знакомо.
Дэниел и Нил находились в кабинете.
«О чём это было?» — спросил Нил.
«О чём именно?»
«О твоём взгляде, в котором промелькнуло едва уловимое скептическое выражение. Для меня оно было вполне заметно».
Дэниел сказал: «Не „такой исход, которого кто-то хотел“…»
«Да, именно это и заставило меня посмотреть. Чтобы понять, как это восприняли. Ты думаешь, что это был исход, которого кто-то хотел?»
«Не знаю. Возможно, это просто неудачное стечение обстоятельств».
«Это вполне вероятно. Ты слышал о теории швейцарского сыра, Дэн?»
«Нет, не слышал, по-моему.»
«Несчастные случаи происходят, когда ряд мер безопасности непредвиденным образом не сработал. Представь себе ломтики швейцарского сыра с дырками. Перемешай их, переставь определенным образом — и ряд дырок совпадет, и через него может проникнуть то, что в противном случае не проникло бы. Может, именно это и случилось с Виктором?»
«Его нераскрытая аллергия, нераскрытый маме фактом перцовый баллончик, недосмотр со стороны Джейн?»
«И он пробует хлебный соус и, не зная об этом, проглатывает аллерген, вызывающий смертельную реакцию».
«А что думают медики?» — спросил Дэниел.
«Остановка сердца. Вероятно, вызванная реакцией на мускатный орех в хлебном соусе — похоже, у него была аллергия на мускатный орех — с участием алкоголя, возможно, физической нагрузки?»
«Игра в шарады — это же не марафон».
«С ним довольно энергично обращались под омелой».
Дэниел сказал: «Это я не скоро забуду. Ты видела, как он вообще ел хлебный соус?»
«Нет. Не помню. А зачем мне это помнить? А ты?»
«Я не видел, но не думаю, что он его ел».
«Потому что он опасался бы чего-то, чего раньше не пробовал?» — спросил Нил.
«Нет, не по этой причине».
«Ты ведешь себя загадочно, Дэн. Почему, по-твоему, он его не ел?»
«Книга Исхода. Кажется, в двадцать третьей главе».
Они собрались в гостиной. На улице уже стемнело, огонь красно светился, на рождественской ёлке мерцали огоньки. Одри принесла на тележке чай, рождественский торт и кусок сыра «Уэнслидейл».
Джейн с грустью посмотрела на место перед камином, где умер Виктор. Теперь это место занимали Космо и Хильда, лежащие в форме буквы V, животами к пламени. Космо храпел.
Джейн сказала: «Может, покончим с этим поскорее? Я хочу домой».
«Прости, что заставляю тебя проходить через это, но мне нужно, чтобы мы все были здесь, чтобы прояснить пару моментов», — сказал Нил.
«А ещё здесь есть угощения», — сказала Одри, для которой внезапная кончина гостя не была поводом сократить полную церемонию этого дня. Итак, раздали рождественский торт с сыром «Уэнслидейл» — нововведение, которое Дэниел ввел в рождественские традиции семьи Клемент после того, как пожил в Йоркшире, — и, когда все справились с типично английской задачей — как одновременно пользоваться тарелками для гарнира, вилками для торта, чашками, блюдцами и чайными ложками, сидя на диване, — Нил начал свою речь.
«Это ещё не подтверждено, но, похоже, у мистера Кэбота случилась аллергическая реакция на хлебный соус», — Одри вдруг заворожился пламя камина, когда он это сказал, и не поднял глаз, чтобы увидеть укорительный взгляд своего гостя. «Это не первый раз, когда у него была плохая реакция на то, что там содержится в мускатном орехе и мускатном цветке, но, к сожалению, на этот раз это привело к сердечному приступу. Было бы очень полезно узнать, видел ли кто-нибудь, как он действительно ел хлебный соус?»
Никто ничего не ответил. Затем Джейн сказала: «Да, я видела. Он ел его и раньше, здесь, во время охотничьих выходных, только тогда это не было смертельно токсично».
Одри промолчала.
Джейн продолжила: «Сегодня он его попробовал. Он посмотрел на меня, чтобы понять, считаю ли я это нормальным, и, конечно, я считала, поэтому кивнула. Ничего особенного в этом не увидела».
«Вы уверены?» — спросил Нил.
«Совершенно уверена».
Дэниел сказал: «Не думаю, что это может быть правдой».
«Простите?»
«Я подозреваю, что твой муж не стал бы пробовать никакой хлебный соус».
Джейн цокнула языком. «Знаешь, Дэниел, твоя инстинктивная реакция оправдать мать и её хлебный соус говорит в твою пользу, но давай опираться на факты. У него не было причин полагать, что это опасно».
«Верно».
«Так в чём же, чёрт возьми, проблема?»
«Это было некошерно».
Наступила тишина.
«Что ты имеешь в виду?» — спросила Джейн, впервые прозвучав неуверенно.
«Исход, глава двадцать третья, стих девятнадцатый: „Не вари козлёнка в молоке его матери“. Я только что посмотрел».