Страница 71 из 85
— Я рад, что ты согреешься.
— Ну что стоишь, как истукан? — женщина бросилась ему на шею. — Мы столько не виделись! Соскучился? Да, соскучился? Ты какой-то странный сегодня. А я ужасно соскучилась.
Она с жаром прильнула к его губам, одновременно скидывая телогрейку. И у Пети перед глазами все закружилось — старинное зеркало, часы с кукушкой, свечи в канделябрах.
Лежа в кровати на втором этаже, он потянулся за папиросой. Анна Григорьевна тряхнула растрепанными волосами:
— А знаешь, что у нас есть? Вино!
— Да ты что?
— Да, я заранее принесла и на подоконник поставила. Чтобы прохладным оставалось. Выпьем?
— Давай.
— Сейчас принесу.
Они пили вино, читали стихи, потом просто отдыхали.
— Ты знаешь, — решился, наконец, начать разговор Петя, — мои родные категорически не хотят, чтобы я на тебе женился. Я пытался им все объяснить, но они слышать ничего не хотят. Но я же не вправе решать этот вопрос один, понимаешь…
Анна Григорьевна медленно поднялась на локте. Тревожно заглянула ему в глаза.
— Так вот почему ты такой странный, — и замолчала.
— Ну, что ты молчишь, — легонько толкнул ее Петя, — скажи, что мы делать будем.
— А что тут делать? — она тяжело вздохнула, села на кровати, потянулась за бокалом вина. — Можно, конечно, остаться здесь. Но ты все равно будешь ездить к родным. И всегда один, без меня. И они каждый раз будут высказывать тебе о неверном выборе. О том, что я старше.
— Ну что ты! — Петины брови смущенно дрогнули.
Он попытался обнять женщину, но она дернула плечом и одним махом допила свое вино.
— Можно, конечно, уехать к моим родным в Орел, — продолжала Анна Григорьевна, — забрать моего сына. Но это так далеко! Ты можешь не увидеть своих родных до конца жизни. А что такое терять родных, я знаю. Сама… родителей на войне потеряла. И я слишком люблю тебя, чтобы допустить такое…
Она упала лицом в подушку и глухо зарыдала.
У Пети по щеке сама собой побежала слеза.
— Прости, — только и вымолвил он.
Откуда-то снизу донесся бой часов и звонкий, как ручей, голос кукушки. Время любви. «Ку-ку» — любовь навсегда. «Ку-ку» — время любви пришло. «Ку-ку» — время любви ушло.
В комнате было темно, только неровный огонек свечи метался в углу на комоде. Но Петя вдруг увидел, как закончилась в этом доме любовь богатой купеческой дочки и простого парня.
Нет, не приехал ее папа с револьвером. И не было кровавых пятен на стенах и коврах. И вовсе никто здесь от горя не повесился и не вскрыл себе вены. И даже неудачного аборта у девицы не случилось.
Все оказалось вполне заурядно и грустно. Просто парень ей надоел со временем. И она перестала сюда приезжать на тайные встречи. Что там дальше происходило с богатой наследницей — замуж за ровню вышла или за границу уехала, — в любом случае, с ней все было хорошо. А парень от тоски занялся революционной деятельностью, а потом погиб в Гражданскую. Вот так и закончилось в этом доме музицирование, чтение стихов, поездки на велосипеде. И эта вечная весна посреди осеннего леса.
Вот так и Анна Григорьевна без него проживет. Найдет офицера себе под стать, может, переедет с ним в другой город. И когда-нибудь, через много лет, они будут благодарны себе нынешним, что смогли отпустить друг друга.
Биробиджан, июль 2025 года
В квартире тети Нины на пятом этаже было шумно. Здесь, как всегда, любили и умели принимать гостей. Длинный стол в зале ломился от всевозможных блюд и напитков. Сквозь причудливые переливы хрустальных ваз разного калибра проглядывали очертания и привычных салатов по советским рецептам, и необычных новомодных. В центре стола в высокой вазе стояли свежие цветы. Возле каждой тарелки — рюмка для водки и бокал для вина.
Во главе стола сидела тетя Нина — вдова дяди Пети, — пожилая, но такая спокойная и улыбчивая женщина. От нее так и веяло домашним теплом и доброжелательством.
Была здесь и тетя Люда Реснянская, старшая дочь дяди Пети — яркая, красивая, всегда энергичная и эффектная. При этом очень открытая и добрая. Ее старший сын Владимир давно живет в Москве. А дочь Татьяна со своей семьей в Биробиджане и вот-вот должна приехать. Она всегда занята, все-таки генеральный директор крупной логистической фирмы.
Были здесь и другие дочери дяди Пети — Надя, Света и Галя со своими мужьями. Только Лены не было.
— Нас пять дочерей, — рассказывала тетя Люда, — а отец, конечно, мечтал о сыне. И вот, когда родилась пятая сестра, Лена, мама даже боялась, что отец не станет ее из роддома забирать. Но нет, утром он надел выходной костюм и отправился забирать своих девочек.
— Конечно, это же был дядя Петя, а не кто-нибудь, — пробормотала Ирина Игоревна, — но сын же был, насколько я знаю, только умер маленьким.
— Да, — тяжело вздохнула тетя Люда, — маленький Вова всегда так и улыбается на старых фотографиях. Его так все любили. Ему три годика всего было, когда он сильно простыл. Отец повез его в больницу, и, только переступил порог, как малыш на его руках и умер.
Все помолчали.
— Давайте помянем вашего братика, — предложил дядя Саша и разлил водку по рюмкам.
Все выпили, закусили.
— А что ж вы не взяли с собой Ларису Рысину? — поинтересовалась тетя Надя. — Я помню, она приезжала к нам, и так же за столом сидели, общались.
— Да вот не додумались в Иркутск за ней заехать, — Дина огорченно встряхнула своей стильной прической.
— А надо было, — сказала Ирина Игоревна, — я ее до сих пор не видела.
— Как-то спонтанно собрались, поехали, — объяснила Дина. — Мы же решили посмотреть сериал по старым фотографиям…
— Что за сериал? — подняла брови тетя Люда. — Почему мы ничего не знаем?
Ирина Игоревна, Дина и Людмила принялись наперебой делиться впечатлениями от того, что они успели увидеть.
— Ну нет, ждать, пока весь сериал будет пройден, мы не хотим! — отчаянно покачала головой тетя Люда. — Ну хоть первые серии посмотреть бы! Ну правда!
За столом поднялся неровный и крайне взволнованный хор голосов. Все хотели хоть одним глазком, хоть пару серий.
— Ладно, — Ирина Игоревна встала из-за стола, — сейчас вызову такси и сгоняю, привезу сюда КСОНТ, покажу.
Тем более, что ехать тут недолго, Биробиджан город небольшой.
Через пару минут она уже входила в свой гостиничный номер.
А, войдя, женщина остановилась, как вкопанная. От КСОНТа отскочила непонятная в темноте фигура. Ирина Игоревна привычным движением включила свет.