Кадры из прошлого

Глава 9

Седьмая серия. «Первый тракторист»

Ивановка, июнь 1927 года

В пять утра начал заниматься рассвет. Первые розовые лучи проникли в дом, играя на чисто вымытых стеклах. Наталья выключила электричество — всего два года, как село получило полную электрификацию, а лампочки стали неотъемлемой и привычной частью всего хозяйства, — и кинула придирчивый взгляд на жилище. К этому часу полы у нее были вымыты, картошка сварена, рыба пожарена, посуда вычищена до блеска.

Что ж, в доме полный порядок и, пока все спят, она выйдет во двор, сходит в курятник и наберет свежих яиц для завтрака.

На улице стояла благодать раннего летнего утра. Солнечный диск уверенно поднимался, превращая свои лучи из розовых в золотистые, отчего роса на траве и цветах заблестела, переливаясь. Отовсюду неслись звуки просыпающегося села — мычание коров, пронзительные песни петухов, квохтанье куриц.

А вот и лошадь проскакала по уличной дороге, за ней телега загромыхала, потряхиваясь на неровной глине.

— Ой, останови! — послышался вдруг окрик, и возница натянул поводья.

С телеги спрыгнул высокий молодой человек и встал, как вкопанный, глядя на Наталью.

— Чемоданы-то свои забери, — грубовато попросили его.

— Ах, да, — парень сгреб с телеги несколько баулов, а лошадь с телегой помчались дальше.

Наталья вгляделась в лицо парня и приподняла брови от неожиданности. Подошла к калитке.

— Станислав? Ты чего это здесь? Вернулся, что ли?

Перед ней стоял тот самый незадачливый жених из прошлого, Станислав Нежинский. И надо сказать, взросление отнюдь не пошло ему на пользу. Если раньше это был пусть и не красавец, но очаровательный в своей юности и неопытности паренек, то теперь за калиткой стоял совершенно неинтересный мужик. Как будто в нежное блюдо забыли добавить соли или приправы. Если раньше светлые напомаженные волосы придавали ему вид ангелочка, то теперь это были просто серые выгоревшие лохмы. Во взгляде появилась неприятная смешинка. Голова странно подергивалась во время разговора. Хотя, кто его знает, что пришлось пережить человеку за эти непростые годы. Где его носило, чем жизнь била?

— Да вот, как видишь, вернулся, — жизнерадостно выдохнул этот новый, незнакомый Нежинский, — учительствовать у вас буду. Позвали вот на помощь селу. Натальюшка…

Брови женщины резко сдвинулись. Черты лица стали суровыми. Какая она ему Натальюшка?

— Наталья Степановна, — сурово процедила она.

Станислав отпрянул и обиженно замолк. Но уже через мгновение переступил через свою гордость и примирительно продолжил:

— Да, понимаю, ты ведь теперь человек семейный. Наверняка и дети имеются?

— А как же, три дочери.

— А всего сколько детей?

— Говорю же, трое.

— И все три — дочери?

— Ну да, — пожала плечами Наталья.

Так уж получилось. Одни девчонки, как на подбор. Тимофей рад был и первой дочери, и второй. Слегка сокрушался, что нет сына, ведь за рождение сыновей выдавали участок земли. Но когда появилась третья, Наденька, такого правила в селе уже не существовало. Был создан колхоз «Новая заря», и вся земля стала общей.

А Наталье так и вовсе нравилось, что старшие у нее именно девочки. Будут помощницами. Да что там, Зоя уже сейчас, в свои шесть лет, активно интересовалась хозяйством. И полы подметала, и даже белье училась потихоньку стирать. Сама мать семейства к такому труду с рождения была не приучена, однако, ради любимого мужа быстро освоила все премудрости ведения быта.

— Да-а, тяжело тебе, небось, приходится? Прислуги нету, — в глазах Станислава засветилась неприятная смешинка.

— У нас с семнадцатого года никаких слуг нет, — опять нахмурилась Наталья, — эксплуатация человека человеком в далеком прошлом осталась.

И вообще не его это дело, как она живет, и тяжело ли приходится. Ишь, интересуется он!

— Да-да, — поспешно согласился мужчина, — светлые идеалы коммунизма, весь мир до основанья. Я это лучше тебя знаю, мне ведь учить подрастающее поколение. Пока что физику и химию буду преподавать, а там, возможно, и директором школы назначат.

— О, так тебе бежать надо, наверно, — подсказала Наталья, — помнишь, где школа находится?

— Да помню, помню, — заверил ее Нежинский, — меня бы прямо туда и довезли, но я как тебя увидел…

«…так всколыхнулось все внутри», — Наталья поняла недосказанное — по чувственно загоревшимся глазам молодого человека. Вслух сказать побоялся, знает, что замужней женщине говорить такое вроде как неприлично.

— Хорошо, что помнишь, — она подчеркнула первую часть его фразы, проигнорировав тем самым вторую, — мне тоже пора.

— До свидания, — сказал он, слегка покраснев, — надеюсь, еще увидимся.

Наталья демонстративно усмехнулась и, ничего не ответив, пошла в сторону курятника. С чего бы им вдруг видеться?

А Станислав бежал со своими баулами к школе, и душа его пела от радости. Казалось, стоит ему взмахнуть руками, и он взлетит над этой пыльной дорогой. Теперь ему все было в радость — и это утро, и назначение в Ивановскую школу, и даже колхоз «Новая заря», черт бы его побрал! А все из-за одного взгляда, которым удостоила его любимая!

«Ох, уж эта Наталья!» — покачал он головой. Всегда была строптивицей, дерзкой девчонкой. А глаза у нее при этом ну такие обманчиво кроткие. Ни за что на первый взгляд не догадаешься, что таится за ними непростой характер. В общем, такая девушка-загадка.

Волна влюбленности все сильнее накатывала на него в это утро. И сердце сладко замирало от невозможной надежды. Ну, не бывает же на этом свете ничего невозможного, в конце-то концов! Наверняка она уже поняла, какую великую ошибку допустила когда-то, выскочив за простого казака. С ним ведь не поговоришь о возвышенном, не обсудишь философских вопросов. Одни лошади да шашки, поди, на уме. А еще бытовые неурядицы, тяготы с тремя-то детьми — несомненно, ее замучили!

Да-да, в ее взгляде определенно сквозила заинтересованность. Как она на него смотрела! Широко распахнутыми глазами, словно впервые увидела. Уж он-то такие вещи видит насквозь. И позаботилась о нем — забеспокоилась, что Станиславу пора в школу. А какую она кинула фразу: «Хорошо, что помнишь»? Ведь это с особенным значением было сказано. Если перевести на иносказательный язык, то звучит, как «Помнишь все, что между нами было».

А вдруг это и есть его шанс? А вдруг она возьмет и бросит надоевшего мужа, бросит все? И тогда они уедут вместе куда-нибудь…